если скрипнет, никто толком не проснется. Ну, за петуха примут и проматерятся!
— Мы? — повторил он.
— Ты что, думал, я одна полезу?
— Я думал, что ты сейчас закончишь мечтать, и мы пойдем спать.
— Лебедев, я придумала план, провела разведку, и я туда полезу. Мне тут скучно! А ты поможешь шарить на полках, высокий какой!
— То есть моя роль — подавать тебе вещи с верхних полок.
— Твоя роль — обеспечивать мне тыл и выглядеть угрожающе на случай, если кто-то появится. С этим ты справишься, у тебя лицо подходящее.
Он откинулся на стуле и скрестил руки на груди. В тусклом свете его глаза блестели.
— Ты сейчас похожа на маленького злого генерала, — заметил он.
— Я и есть маленький злой генерал. Ты подчиняешься или мне искать другого рядового?
Он наклонился через стол, взял меня за подбородок и поцеловал. Прямо посреди разговора о шпингалетах и заборах, его губы накрыли мои. Он целовал меня над салфеткой с нарисованным домом Геннадия, а поцелуй был хоть и коротким, но жестким и жадным. Когда он отстранился, у меня поплыло перед глазами.
— Подчиняюсь, — ответил он. — Генерал.
Я сглотнула и посмотрела на салфетку. План расплывался, салфетка была слегка влажной еще когда я ее нашла..
— Ты мне план испортил, — объявила я. Ну не признаваться же, что он был обречен.
— Перерисуешь.
— На чем? Салфетки кончились.
— На туалетной бумаге. Тут больше не на чем.
Я посмотрела на него, а он взял мою руку и поцеловал пальцы, медленно, один за другим.
Глава 15
В два часа ночи они вышли из дома. Тихо, босиком по крыльцу, чтобы не скрипнули ступеньки, которые Артем сам же днем прибивал. Алиса была в футболке и юбке, потому что джинсы неудачно оказались в стирке, а сарафаны никак не соответствовали суровому образу генерала и вора в одном привлекательном женском теле.
Ночь была теплой и темной, безлунной, только звезды давали света ровно столько, чтобы не врезаться в забор. Пахло ночной травой и жасмином от куста у калитки. Где-то далеко лаяла собака, лениво и скучно, будто по привычке, а не по делу.
— Готова? — шепнул Артем.
— Лебедев, я родилась готовой.
— Только к чему?
В темноте блеснули ее зубы, и Артем подумал, что влюбиться в эту женщину было самым безрассудным решением в его жизни, включая армию по контракту.
Они прошли вдоль забора до дома Геннадия. Артем двигался бесшумно по привычке, а Алиса старалась, и у нее почти получалось, если не считать момента, когда она наступила на что-то мягкое и живое, а мягкое и живое мяукнуло и рвануло в кусты.
— Кошка, — прошипел Артем.
— Я поняла, что кошка! У меня чуть сердце не выпрыгнуло!
— Тише, генерал. Ты сейчас всю деревню поднимешь, а мы еще до цели не дошли.
— Если бы ты предупредил про кошку, я бы не орала.
— Я не знал про кошку. Я знаю расположение окон, замков и подходов, потому что ты мне нарисовала на салфетке. Кошек на салфетке не было.
— В следующий план внесу.
Они обогнули дом. Забор тут действительно был ниже, и Артем перемахнул через него одним движением, приземлившись на мягкую землю грядки. Протянул руки.
— Давай.
Алиса подтянулась на заборе, перекинула одну ногу, зацепилась юбкой за верхний край профнастила и повисла.
— Артем, — произнесла она ледяным голосом. — Я застряла.
— Вижу.
— Это не смешно, Лебедев. Помоги.
— Я и не смеюсь, — он подошел и отцепил юбку от острого края, придерживая Алису за талию. Она соскользнула ему в руки, и он поставил ее на землю, но его ладони задержались на ее бедрах. Теплая кожа под тонкой юбкой, ее дыхание у его подбородка. Она не отстранилась. Он убрал руки.
— Профессионально вламываешься, — оценил он.
— Заткнись и веди.
— Говорил тебе джинсы из стирки достать, кто тут видит.
— Лебедев, еще одно слово про джинсы, и я полезу обратно, а ты будешь искать ключи один.
Окно с перекошенной ставней было именно там, где она показывала на салфетке. Ее план работал. Артем достал из кармана складной нож, который таскал с армии, просунул лезвие в щель между рамой и створкой и подцепил шпингалет. Металл чуть заскрежетал, щелкнул, и створка подалась. Артем потянул раму, и та открылась с тихим стоном. Сухое дерево рассохлось, но заклинить не успело.
— Подсади меня, — скомандовала Алиса.
Артем сцепил руки в замок и подставил ей. Она встала одной ногой, подтянулась на подоконнике, перевалилась животом через край и исчезла внутри. Послышался глухой стук и тихое непечатное ругательство.
— Жива? — хмыкнул он, изучая ее словарный запас.
— Жива. Тут табуретка стоит прямо под окном, я на нее рухнула. Лезь давай.
Артем подтянулся и влез следом. Внутри было темно и пахло чужим жильем — старой мебелью, пылью и сухими травами, которые висели пучками у притолоки. Он включил фонарик на телефоне и обвел комнату лучом света.
Она вломились в кухню, правда осматривать тут особо было нечего. Газовая плита, стол с клеенкой, шкафчики на стене, выключенный приоткрытый холодильник. На столе стояла пустая бутылка из-под пива и лежала газета двухнедельной давности.
— Начинаем отсюда, — скомандовала Алиса, уже выдвигая первый ящик. — Ты берешь верхние шкафчики, я нижние. Ищем связку ключей на колечке, два ключа, от верхнего замка и от нижнего.
— Есть, генерал.
— Мне нравится, как ты это говоришь.
— Мне тоже. Это единственное, что мне нравится в этой ситуации.
Они методично обыскали кухню. Артем открывал верхние шкафы, перебирал банки с крупой, тарелки, чашки, коробку со специями. Алиса шуршала внизу, выдвигала ящики, заглядывала за плиту и под раковину. Двигались рядом, в темноте, подсвеченные одним фонариком, и не мешали друг другу, будто грабить чужие дома ночью было их общим хобби.
— Куда он мог их сунуть, если достал из кармана и вообще не понял что это? — вздохнула Алиса.
— В любой ящик с хламом или вообще не пол. Не похоже, что он фанат порядка и разгадок тайн. А может уже давно с мусором вывез.
— Тут тараканы, — нервно сообщила Алиса из-под раковины.
— Тебе после чердачных пауков тараканы должны казаться мелочью.
— Пауки хотя бы чистые
