совесть. Я старательно делаю вид, что пребываю во сне, хотя и оставляю маленькую щелку между веками, чтобы подглядывать. Интересно же! – Она и так с близнецами устает, ей отдых нужен. Забирай Финдуса и сидите тихонько или тоже спать ложитесь.
– Фу, как в детском садике? – кривится дочь. Ульяна очень важничает от того, какая она взрослая школьница и презрительно относится ко всему малышковому. – Я лучше маме оладушек испеку. Она проснется и обрадуется.
– Иди, Ольга Анатольевна (это наша помощница по дому) тебе поможет. И тихо себя ведите, – напутствует Евсей.
Улька с Финдусом покидают спальню. Муж крадется следом, но вместо того, чтобы выскользнуть за дверь, запирает ее, исправляя собственную оплошность. Возвращается ко мне.
– Ну наконец-то, – рычит довольно, снова избавляя меня от одежды. Только теперь на порядок быстрее. – Я так соскучился, Синичка, – зовет меня старым прозвищем, хотя я давно уже Журавлева.
Нашим малышам по полгодика, а это значит, что времени друг для друга у нас с мужем не так-то и много. И то удается найти урывками, примерно вот как сейчас. Тем более, что Евсею приходится много работать. Очень много работать.
Я знаю, чем ему пришлось заплатить за нашу семью. Первую половину бизнеса он отдал за то, чтобы навсегда избавиться от соседки, захотевшей отобрать нашу Ульянку. Тут я его понимаю и целиком поддерживаю. А вот второй он расплатился за то, чтобы восстановить справедливость.
Когда-то наша с ним история началась с того, что моя мачеха обманом лишила меня наследства, и я была вынуждена переехать в село. Там же познакомилась с Еленой Николаевной, которой помогала по хозяйству. Две квартиры, три машины, дача и гараж отца достались мачехе и моим сводным сестрам. Лично я давно с этим смирилась и думать забыла о потерянном. В конце концов, я слишком счастлива была с Евсеем и Улькой, чтобы помнить старые обиды. Да и знала не понаслышке: не в деньгах счастье, далеко не в них.
А вот муж не привык прощать врагов. Он снова воспользовался связями безопасника Михалыча, и вернул мне все имущество, оставив мачеху и сестер безо всего. Так Евсей окончательно лишился бизнеса, а я стала обладательницей ценной недвижимости. Часть мы, конечно же, продали, и муж начал новое дело. Довольно успешно, надо сказать, но времени оно требует прорву. К счастью, чем дальше, тем стабильнее все становится, и вот уже бизнес не требует внимания Евсея двадцать четыре часа в сутки.
Мачеха же с сестрами пытались поначалу спорить, взывать к моей совести и умолять, подкарауливая на улице. Но охрана, которую нам с Улей организовал муж, не оставила бывшим родственницам шанса. Да, после случая в больнице мы с дочкой выходим из дома только в сопровождении. Так всем спокойнее, и я не спорю. Больше мы с Евсеем не дадим никому шансов вмешаться в нашу семью. Ведь это самое ценное, что у нас есть.
– Я тоже соскучилась, – признаюсь, торопливо сдирая с мужа футболку. Глажу руками мускулистое тело, кайфую от его такой приятно-агрессивной близости. – Люблю тебя, – считаю важным сообщить до того, как все между нами случится.
Никогда не устану говорить об этом мужу. Ведь если бы он не боролся за нас, не было бы у нас этого тихого, но яркого счастья.
– И я тебя, моя Синичка, – наконец-то соединяя нас, отзывается он.
