будто не верил в происходящее. На его лице отразилось всё: и замешательство, и злость, и… обида? Серьёзно? Этот человек, который едва не трахнул меня в саду — и теперь ещё и обижен?
— Что?.. Нет? — повторил он, хрипло, почти с усмешкой. — Я что-то сделал не так?
Я вздохнула, стараясь восстановить дыхание. Боже, как же сложно с ним говорить, когда внутри всё горит. Подняла взгляд. Его лицо — красивое, резкое, суровое — казалось чужим в этот момент.
— Всё… так. Но… нам нужно остановиться.
Он издевательски усмехнулся. Ярко, горько, с ноткой насмешки.
— Ты серьёзно? Тесса… ты кончала от моих пальцев в зале, полном людей. — голос его был низким, обволакивающим, но с ядом на языке. — А теперь вдруг «надо остановиться»? Почему? Думаешь, я не смогу…?
Я не дала ему договорить.
— Нет! Я так не думаю! — перебила я его резко. — Просто… всё происходит слишком быстро.
— Ах, вот как? — его глаза сузились, и я поняла — он взбешён. — Между нами происходит то, что должно происходить между мужчиной и женщиной. Нас тянет друг к другу. Почему бы не получить от этого удовольствие? — его голос стал почти ласковым, но я уже слышала в нём холод.
Его слова ударили больнее пощёчины. Всё, что я до этого чувствовала — желание, тягу, дрожь, восторг — смыло ледяной волной.
Господи, да он что, всерьёз считает меня кем-то вроде развлечения на вечер? Просто тело, чтобы расслабиться? Меня накрыло злостью. Я сжала кулаки.
— Я думаю, на этом пора закончить. — холодно сказала я, подняв подбородок. — Ещё раз поздравляю с днём рождения, мистер Уинтерс. Доброй ночи.
Развернулась на каблуках, сердце бешено колотится. И уже почти сделала шаг, когда его голос догнал меня, грубый, хриплый:
— Тесса! Ты сейчас серьёзно?! После всего что было, ты хочешь уйти?!
Я обернулась. Он сжав кулаки, костяшки побелели. В его взгляде уже не было страсти. Только ледяное презрение и… собственнический гнев. Как будто я нарушила его планы.
А вот и плата за гордость.
Хотела что-то сказать, но тут послышался голос со стороны.
— А вот вы где! — Кристиан подошёл ближе, бросив взгляд то на меня, то на Александра. — Александр, тебя отец ищет.
Александр молча смерил меня взглядом, в котором не осталось ни капли тепла, и покатил к двери, обдав ледяным безразличием. Я смотрела ему вслед и понимала — этот человек не привык к отказам. Он не терпит, когда с ним не по его правилам.
Мы с Кристианом пошли следом, и я чувствовала себя опустошённой. Вечер подходил к концу. Александр вышел на сцену с благодарственной речью. Говорил идеально. Выверено. Ледяным голосом. Его взгляд скользил по гостям, останавливаясь на каждом… кроме меня. Я для него как пустое место. И плевать, что ещё десять минут назад он целовал меня так, будто хотел во мне раствориться.
И тут к нему на сцену подошла блондинка. Идеальная. Глянцевая. Изящная, как кукла, вся в золоте и бриллиантах. Она положила руку ему на плечо. Не случайно. По-хозяйски. Как будто помечая территорию.
В груди что-то болезненно сжалось.
Дыхание перехватило.
Кристиан наклонился ко мне.
— Это Изабелла Харпер. Невеста Александра.
Что?!
Всё внутри сжалось. Как будто кто-то воткнул нож и медленно проворачивает. Я уставилась на эту картинку: он и она. И поняла. Я для него действительно была просто… развлечение на вечер.
Невеста.
Вот и всё. Всё стало на свои места. А я? Глупая, наивная, что поверила в хоть какую-то искру между нами. Позор. Отвращение к самой себе затопило. Как я могла…?
Горечь заполнила горло. Позор, досада, злость на саму себя.
«Ты что, думала, что будешь особенной? Он таких, как ты, щёлкает, Тесса.»
Я не выдержала. Поспешила к выходу, чтобы не задохнуться в этой золотой клетке. Хотела вызвать такси, но Кристиан догнал меня.
— Тесса, ты куда? — догнал меня Кристиан.
— Домой... Вечер закончился. — огрызнулась я, сама не понимая, почему злость так и кипит.
И мне было плевать. Лишь бы уехать отсюда, подальше от этих взглядов, от его холодных глаз, от этой тошнотворной сцены. Лишь бы не дать волю своим чувствам..
Кристиан внимательно посмотрел на меня, будто всё понял.
Он молчал, а я пыталась не расплакаться прямо тут. Потому что на самом деле меня сдавливало в груди не от обиды. От того, что где-то там, глубоко, я на что-то надеялась. И вот теперь получила по заслугам.
— Позволь, я тебя отвезу.
Я кивнула, сжав зубы.
— Буду благодарна.
И вот только в машине, когда мы тронулись с места, я позволила себе опустить голову, прикрыв глаза. Горло жгло от сдерживаемых слёз.
«Вот и всё, Тесса. Вот ты и получила свою дозу реальности.»
-- ~ Тесса ~ —-
Я сидела в машине, глядя в окно на уличные фонари, что с ленивым равнодушием рассыпали бледный свет на мокрый асфальт. Внутри меня всё ещё клубился ком из пережитого вечера — из ревности, злости, обиды и какого-то странного разочарования. А Кристиан… он оказался удивительно тактичным человеком. Видимо, он всё понял, ничего не спрашивал, аккуратно подбирал слова, будто боялся задеть за живое. И я ценила это. По-настоящему.
Он начал рассказывать о своей работе. Спокойно, с лёгким огоньком в глазах, когда речь заходила о пациентах. Я слушала его, почти не перебивая, цепляясь за каждое слово, словно они могли вытянуть меня из того мутного болота эмоций, в котором я захлёбывалась.
— Есть у меня один мальчишка, — проговорил Крис, повернувшись ко мне боком, чтобы видеть моё лицо. — Весь в трубках, с диагнозом, от которого у многих руки опускаются. А он... держится. Такой сильный… Знаешь, Тесс, в нём, пожалуй, больше воли к жизни, чем у нас с тобой вместе взятых.
Я вскинула взгляд на него, а потом чуть улыбнулась. Этот его рассказ оказался именно тем спасательным кругом, за который я судорожно схватилась.
— Ты молодец, что борешься за таких детей, — тихо сказала я, ощущая, как мои мысли понемногу проясняются.
Кристиан кивнул и ухмыльнулся:
— Я просто делаю свою работу. А вот люди вроде тебя — это редкость.
Мы ехали медленно, как будто он специально растягивал время. А в какой-то момент вообще обнаружилось, что мы свернули не туда.
— Чёрт, — усмехнулся он. — Похоже, я намеренно хочу тебя украсть.
Я хмыкнула, впервые за вечер по-настоящему улыбнувшись:
— Да ты смотри, а то я ещё соглашусь.
Он взглянул на меня, и в его глазах промелькнуло что-то такое… тёплое, чуть озорное.
Когда мы наконец подъехали к моему дому,
