я отметила это, но грезы не прервались, вновь утянув меня в свое царство.
Когда же наконец будильник победил, вокруг стояла тишина. Дом без папы всегда ощущался иначе, никто не разговаривал, не звонил, не кричал в трубку. Даже часы в холле тикали как-то одиноко.
За завтраком я сидела одна. Марина накрыла мне как обычно, но только на одну персону. Артем появился, когда я допивала кофе. Явно невыспавшийся, в футболке и с отпечатком подушки на щеке, он налил себе чашку и сел напротив. Надо же, даже он бывает не в лучшем состоянии, а я уже подумала, что в него и правда напиханы какие-то кибернетические детали.
— Красиво, — оценила я его внешний вид.
— Зеркало видела?
— Хам.
Он ухмыльнулся и потянулся за моим тостом. Я шлепнула его по руке:
— Свои сделай.
— Твои вкуснее.
— Они одинаковые!
— Нет. Твои — с чувством принадлежности к великому, — откусил он, прежде чем я успела забрать. — А это вкуснее.
Я не выдержала и засмеялась.
В остальном утро было обычным и почти нормальным. Я даже не нервничала, пока мы не сели в машину…. А потом переживала всю дорогу!
Папа оставил мне список дел, такой же короткий, как и всегда, когда давал мне задания по другим вопросам.
«1. Осмотр участков — договорись.
2. Встреча с Левиным, четверг.
3. Андрей Валерьевич — по вопросам.
Звони, если что. Удачи».
Удачи. Всего одно слово, на которое можно было обидеться, потому что он не написал нечто вроде — обнимаю, люблю тебя… и прочую мишуру. Но важным оказалось другое — папа верил в меня. Или делал вид, что верил, но сегодня я была до жути оптимистична!
В офисе я села за стол, разложила бумаги и достала телефон. Участки, которые папа хотел, чтобы я осмотрела, принадлежали трем разным владельцам, но все они будут выставлены на аукционе. Номера контактных лиц нашлись в документах, а от меня не требовалось ничего сложного — позвонить, представиться и договориться о дате…
Я набрала первый номер и слушала гудки. Сердце стучало так, будто я звонила в приемную президента, а не управляющему земельным участком.
— Слушаю, — ответил деловой мужской голос, чей обладатель явно куда-то торопился. Я застала его не в лучший момент?
— Здравствуйте. Меня зовут Алиса Ермолова, я представляю компанию «Ермолов Девелопмент». Мы хотели бы осмотреть участок перед аукционом.
— Ермолова? — помолчал он, а я живо представила, как он прокручивает винтики в голове.
— Алиса Сергеевна. Дочь Сергея Викторовича, — зачем то добавила я, хотя как раз этого и не хотела. Мечтала ведь избавиться от славы папиной дочки, у которой все по блату.
Впрочем, кого я обманываю?
— А. Секундочку… — Он меня переключил. В трубке заиграла бодрая дурацкая музыка ожидания. Прошло полминуты, потом минута, когда наконец мне ответил женский голос, вежливый до неприятных ощущений.
— Алиса Сергеевна, здравствуйте. По какому вопросу?
— Осмотр участка. Лот номер три, аукцион «Озерный». Мы хотели бы приехать на этой неделе.
— Я поняла. Мне нужно уточнить у руководства. Оставьте номер, вам перезвонят.
— Хорошо. Когда мне ждать звонка?
— В течение дня.
Я продиктовала свой рабочий номер, и она повесила трубку. Хотелось верить, что они перезвонят, но внутри меня не покидало ощущение странной фальши. Что-то шло неверно, а я никак не могла понять, в чем именно ошиблась.
По второму номеру все прошло по тому же сценарию. Я представилась, объяснила и попросила о встрече. Там отреагировали быстрее, записали и обещали подтвердить.
По третьему номеру было занято, и я решила перезвонить позже.
Выдохнула, откинулась в кресле и почувствовала себя почти хорошо. Если бы только не это странное ощущение…
Я открыла папки и работала до обеда, пытаясь понять, что именно происходит при осмотре участков. Никто мне так и не перезвонил. Проблема или нет? Я набрала третий номер еще раз, оставив сообщение на внезапно включившейся «пленке».
К трем часам раздался звонок, хотя я успела так себя накрутить, что звук телефона поверг меня в дичайший ужас. Звонили со второго участка, подтвердили дату и продиктовали адрес. Я записала и повесила трубку с чувством маленькой победы.
Триумф был недолгим. Он продержался ровно пару минут, пока не раздался новый звонок.
— Алиса Сергеевна? — мужской голос в трубке был незнакомым и жестким, но что-то в нем заставило волосы у меня на затылке зашевелиться. — Вы оставляли заявку на осмотр?
— Да, все верно.
— Мне передали... — сделал паузу он, будто не подобрал приличной характеристики. — Я правильно понимаю, что вы звоните от имени Ермолова?
— Я представляю компанию, да.
— А Сергей Викторович в курсе?
Вот оно. В его голосе появился тот самый оттенок, который я научилась узнавать за эти дни. Вежливое недоверие. Мужик на том конце провода не верил, что дочка Ермолова может звонить по делу. Похоже, мне удалось попасть на кого-то, кто хорошо знаком с моим отцом. Может, даже имел честь выслушивать жалобы на непутевую дочь, из которой ничего умного не выйдет, потому что свой потенциал она тратит на побеги от телохранителей.
— Конечно, в курсе. Он в командировке, я его замещаю.
— Вы замещаете Сергея Викторовича?
Он произнес это так, что «замещаете» прозвучало как «притворяетесь». Внутри меня что-то сжалось.
— На ближайшем аукционе я буду представлять организацию, — решила я быстро сдвинуться с обсуждения отца. — Мне нужно осмотреть участок до начала торгов.
— Понимаю. Но я не могу организовать допуск на объект без подтверждения Ермолова. Это частная территория. Пусть он мне позвонит или пришлет официальное письмо с доверенностью.
— Официальное письмо? Это осмотр участка, а не секретный объект.
— И участки доступны для осмотра настоящим покупателям, — выделил он последние два слова. Голос стал еще вежливее, а значит, еще непробиваемее. — Всего доброго.
Он положил трубку.
Я сидела с телефоном в руке и смотрела на экран. На черном экране я видела свое отражение.
Щеки горели.
Да за кого он меня принял? За мошенницу? За играющего ребенка?
Мне еще никогда в жизни не было так противно! Я положила телефон на стол и сжала кулаки.
Позвонить папе? Попросить, чтобы он набрал этого мужика и подтвердил мою личность? Папа сделает, конечно. Один звонок займет тридцать секунд, и вопрос будет закрыт. Но тогда именно это и будет реальностью… Папа решил, папа позвонил
