Тину не посмотрела. Хотя, кажется, она что-то сказала вслед, но слова тонули в шуме крови в ушах.
В офисе на меня уставились сразу.
Кэссиди первой поднялась со своего места.
— Ну?! — выпалила она, будто не могла больше молчать.
Я положила пиджак на спинку кресла, медленно села, глядя на документы, которые сама же и разбросала полчаса назад.
— Меня перевели к Уокеру, — произнесла я почти спокойно.
— Господи, да ты шутишь?! — Дженна выдохнула, опираясь на стол. — Мы думали... ну, ты знаешь.
Я кивнула, приглаживая волосы.
— Я знаю.
Кэссиди подошла ближе.
— И что теперь?
Я подняла глаза.
— Четырнадцатый этаж. Уокер. Новый отдел. Новый уровень ответственности. Новый уровень ада, скорее всего.
Они переглянулись, лица вытянулись.
Все знали, кто такой Джейкоб Уокер. Его не зря называли Хищником, а иногда и Палачом.
Он не терпел ошибок.
Не прощал слабости.
И мало кому удавалось выдержать под его руководством дольше пары месяцев.
— Ты справишься, — сказала Кэссиди с такой уверенностью, что мне самой захотелось в это поверить.
Я кивнула.
— У меня нет выбора...
Джейкоб Уокер ждал меня в своём офисе.
Тина проводила меня до его дверей и исчезла, как только я коснулась ручки. Металл был тёплым, что показалось странным после ледяного холода кабинета Уинтерса. Будто это был не офис в небоскрёбе, а какая-то другая, живая территория, где всё по-другому.
Отдел Джейкоба жил своей жизнью — точной, быстрой, напряжённой.
Здесь никто не сидел без дела: пальцы стучали по клавишам, дисплеи ноутбуков отражали скупой свет на сосредоточенные лица, телефоны звонили коротко и резко, будто выстрелы.
Переговорные — прозрачные, как аквариумы, за стеклом шли бесшумные баталии юристов. Папки с делами лежали ровными рядами, метки на них — цвета тревоги: алый, графит, сталь.
Запах свежесваренного кофе вперемешку с бумагой и металлом. Шум принтеров, шуршание бумаги, тихие, но напряжённые разговоры.
Каждый здесь знал своё место и цену ошибки. Чёткий ритм, как пульс большого города. Отдел напоминал нервный центр — живой организм, где Джейкоб был мозгом, а команда — руками, глазами, слухом.
И всё работало безупречно.
До тех пор, пока кто-то не делал неверный шаг.
Я глубоко вдохнула и вошла в кабинет Уокера.
Он сидел за массивным, угольно-чёрным столом из стекла и металла, сосредоточенно глядя в экран ноутбука. Пальцы быстро стучали по клавишам, с точностью хирурга рассекая тишину офиса. Он не поднял глаз, но сказал, почти равнодушно, как будто подтверждая сам факт моего появления в его жизни:
— Тесса Чон. Поздравляю с переводом в мой отдел.
Это звучало как сухое извещение на похоронах. Только вместо венка — ноутбук, а вместо соболезнований — его спокойный, но тяжёлый голос.
— Спасибо, сэр, — выдала я на автомате. Даже слегка наклонила голову, как учили на стажировке.
И тут он поднял взгляд. Тяжёлый. Пронзительный. Он буквально пробивал насквозь, лишая всяких иллюзий.
Глаза светло-серые, холодные и умные. Он смотрел так, как хирург осматривает сложный случай. С интересом. Я поняла — либо вскроет, либо вылечит, других вариантов нет.
— Привыкай работать на пределе, — спокойно сказал он, словно перечисляя пункт меню. — С сегодняшнего дня твоя жизнь изменится. Ты посмотришь на свою профессию под другим углом. Здесь либо работаешь, либо проваливаешь. Без серых зон.
Я кивнула, и это было моё первое правильное решение за день.
Пункт первый: не спорь с Джейкобом Уокером.
Пункт второй: никогда не проси объяснений. Пункт третий: если хочешь выжить — держи рот закрытым и уши открытыми.
— Приступай, — коротко сказал он и указал рукой на место рядом с его столом. Не отдельный кабинет. Не даже стол. Место. Указал точно так же, как выдают инструменты на операционном столе. — Ты мой личный помощник. Всегда под рукой. Без исключений.
Я моргнула. Несколько раз.
Я думала, что хотя бы мне дадут стол у окна или отдельный угол на общем этаже… Но место прямо рядом с ним? В радиусе метра от его глаз и ушей? Это даже не проверка. Это расстрельная команда.
— И ещё, Тесса, — добавил он, пристально вглядываясь в меня. — Ты можешь обращаться ко мне просто Джейк. Договорились?
Я поморщилась, даже не пытаясь скрыть сомнение.
— Вы же мой начальник, — начала я. — Да и... коллеги могут это воспринять не совсем правильно.
Он хмыкнул, наклонившись ближе.
— Ты меня умиляешь, маленькая Тесса. — В его голосе мелькнула тёплая насмешка, а во взгляде промелькнула искра лукавства. — Хорошо. Сегодня я тебе уступлю. Но когда мы наедине — зови меня на "ты". Иначе урежу тебе зарплату.
— Так-так, — фыркнула я, — мою зарплату не трогать!
Он рассмеялся, коротко, грудным бархатистым звуком, от которого мурашки прокатились по спине.
— Вот это другое дело, — кивнул Джейк. — Пойдём знакомиться с отделом. Думаю, тебе здесь понравится.
Он двинулся по коридору так, будто у него была цель. Он шагал быстро, уверенно, а я поспевала за ним с трудом.
— Этот отдел не совсем обычный, Тесса. — начал он, когда мы вошли в рабочую зону с прозрачными стенами переговорок и рядами рабочих столов.
— Мы занимаемся комплексными судебными процессами. Тяжбы с многомиллионными контрактами. Финансовые расследования. Корпоративные споры. Арбитраж международного уровня. Ты попала туда, где выигрывают либо гении, либо чудовища. Лучше, если ты будешь и тем, и другим.
На секунду я забыла, как дышать.
Джейкоб останавливался у каждого стола. Представлял меня.
— Это Харрисон. — Он кивнул в сторону высокого брюнета с колючими глазами. — Финансовое право, слияния, поглощения. Его называют Чистильщиком. Если сделка воняет, он её вычистит или похоронит так, что никто не найдёт.
Харрисон только слегка наклонил голову, продолжая печатать.
— Дальше… Бетти Кларк. — Джейк показал на худощавую женщину с волосами, собранными в идеальный пучок. — Арбитраж, международные контракты, санкционные режимы. Знает налоговые схемы всех оффшоров лучше любого банкира.
Бетти мельком взглянула на меня, кивнула.
Её взгляд был как рентгеновский сканер. Точно определила, кто я и чего стою.
— А это Томас. — Джейк ткнул пальцем в парня с татту рукава и круглой бородкой. — Уголовка белых воротничков. Мошенничество, отмывание, киберпреступность. Бывший хакер. Теперь он на стороне закона. Почти всегда.
Томас улыбнулся. Широко. Чуть хищно.
Я впитывала информацию, пытаясь запомнить не только имена, но и ту атмосферу, которая витала в этом отделе. Строгость. Чёткость. Холодный профессионализм.
Но за этим — страсть к своей работе, почти фанатичная. И преданность Джейку Уокеру, которая напоминала религию.
Мы обошли весь этаж.
Каждый здесь был акулой.
И каждый — специалистом.
Мир Уокера — это не про мягкие кресла и обеды в ресторанах. Здесь пахло кофе, стрессом и победами.
В конце он
