– ко мне вернулось самообладание, и даже голос сильно не дрожал. – Скажи, а когда именно мадемуазель положила туда куклу?
Глава 13
– Сразу после того, как папенька объявил, что решил проститься с мадемуазель, и вы будете моей новой гувернанткой, – бесхитростно ответила девчушка.
“Скотина, – выругалась мысленно. – Значит специально убрала, чтобы напоследок сделать гадость! Да как вообще такую особу занесло в гувернантки? Не любишь ты детей, так зачем и их, и себя мучить?”
Зачем-зачем?
Чтобы попытать удачу. Вдруг получится растопить каменное сердце и стать супругой его превосходительства.
Я глубоко вздохнула, прогоняя гнев. Бог с ней, с этой мадемуазель. Сейчас есть вещи поважнее.
– Дарья, посмотри на меня, – попросила я, и девочка послушно подняла глаза. – Мы на тебя не злимся. Правда.
Она недоверчиво прищурилась.
– Мы испугались, – пояснила я, стараясь говорить как можно мягче. – Очень сильно испугались. Потому что ты могла упасть и сильно пораниться. И тогда твой отец… папенька, он бы очень расстроился. Представляешь, как бы он переживал?
Даша задумалась. Забавно наморщила лоб, нахмурила бровки, и в её глазах мелькнуло понимание.
– Но ты же хотела как лучше, – продолжила я, взяв её за руку. – Ты никого не обманула, честно сделала уроки, а потом тебе стало скучно, и ты решила поиграть с любимой куклой. Поверь, это нормально. Только в следующий раз, когда захочешь что-то достать, но не дотягиваешься, позови кого-нибудь из взрослых. Меня, Марью Фёдоровну, нянюшку… Мы обязательно тебе поможем. Договорились?
Даша кивнула, всё ещё сопя. Но напряжение в её плечах заметно спало, и она робко улыбнулась.
– Договорились, Ольга Георгиевна.
Вот и ладушки. Я поднялась с колен, отряхивая подол. Экономка стояла у дверей, и когда наши взгляды встретились, я увидела в её глазах одобрение и похвалу. Обозначив краями губ едва заметную улыбку, она кивнула, будто говоря, мол, правильно, Ольга. Так и надо.
А потом перевела взгляд на Дашу и строго, но уже без прежней паники, поинтересовалась:
– Чай будешь пить, непоседа? Или сначала с Ольгой Георгиевной позанимаешься?
Девочка тут же встрепенулась и покрепче ухватилась за мою руку, переплетая пальцы.
– Позанимаюсь!
Марья Фёдоровна по-доброму хмыкнула и бесшумно выскользнула за дверь, оставив нас вдвоём. Теперь, когда юной Строгановой не угрожала опасность, я могла как следует оглядеться, и первыми, конечно, меня заинтересовали книжные полки.
Три из них – на уровне моих глаз и ниже, были заставлены специальными развивающими играми, которые, как я ещё помнила с института, были весьма популярны в это время. В основном это были лото, таблицы и карточки, которые следовало разрезать по линиям, игры-путешествия, а также портретные галереи с историческими личностями.
Раньше я видела их лишь на картинках и фотографиях, а теперь держала такой экземпляр в своих руках! Зуб даю, девчонки с факультета бы обзавидовались моей удаче!
– Дарья, – повернувшись, обратилась к девчушке, и она, заговорщицки оглядевшись по сторонам, прошептала:
– Зови меня Даша. Ты хорошая, не как мадемуазель, тебе можно.
– С радостью, Даша, – кивнула я, – какая твоя любимая развивающая игра?
Расчёт бы на то, что я узнаю предпочтения и быстрее пойму, что больше привлекает её внимание. Отсюда уже и буду строить план преподавания.
Однако она снова удивила меня, пожав плечами:
– А мы с мадемуазель ни во что из этого не играли.
И правда. Я вытащила несколько книжек наугад, быстро пролистала и у меня глаза на лоб полезли. Новенькие! Как будто их даже ни разу не открывали!
– Мадемуазель учила меня французскому и манерам, – пояснила Даша. – Постоянно заставляла читать, а сама тоже либо читала, либо писала.
“Ладно, – мысленно выдохнула я, – будем решать проблемы по мере их поступления.”
– Тогда предлагаю поиграть в одну игру, – предложила я, выбрав одну из книг. – Называется “Путешествие по карте”.
В голубых глазах зажглись любопытные огоньки, и я охотно пояснила:
– Представь, что мы отправляемся в дальнее путешествие по разным странам. Но чтобы не заблудиться, нам надо понимать, куда мы направляемся. Мы же не хотим влипнуть в неприятности?
– Не хотим, – помотала головой Даша.
– Тогда я буду называть страну, а ты рассказывать всё, что о ней знаешь. Неважно, где и от кого ты слышала информацию – от Марьи Фёдоровны, от нянюшки, от мадемуазель или папеньки. Любую мелочь, хорошо?
– Хорошо!
Я открыла книгу на форзаце, где располагалась карта северного полушария и, сперва сама пробежавшись по ней глазами, чтобы не попасть впросак (границы по сравнению с современным разительно отличались), и мы начали.
Какие-то страны она находила без труда, а в другие тыкала наугад, сопровождая репликами. Я дополняла её слова небольшими рассказами, например, про то, что по слухам, скоро в Париже откроют первый в мире универмаг – большую-большую лавку, похожую на рынок, только под одной крышей. Или что несколько королевств скоро объединятся в одно, имея в виду Италию. Рассказала про Олимпийские Игры, которые проводились в Древней Греции, про традиционное чаепитие в Англии и завершили нашу игру Российской Империей.
Даша раскраснелась. Она уже не сидела на месте – ёрзала, привставала, тянулась к книге, перелистывала страницы в поисках новых карт и заваливала меня всё новыми вопросами.
А когда мы обе выдохлись, и сделали паузу, чтобы перевести дух, юная Строганова подсела ко мне поближе и покосилась на входную дверь, будто нас могли подслушивать.
– Ольга Георгиевна, – прошептала она, – а хотите я вам секрет расскажу?
Глава 14
Я присела перед Дашей на корточки, наблюдая, как в её глазах пляшут огоньки – девочке не терпелось поделиться со мной тайной.
Было лишь одно “но”. И Даше следовало усвоить ещё один урок.
– Секрет, значит? – я чуть склонила голову. – Твой секрет?
Дочь Строганова задумалась. Наморщила лоб и поджала губы, перебирая пальцами кружево на платье.
– Нет, – выдала она наконец.
“Ну, слава Богу, – мысленно выдохнула я. – Значит, ничего ужасного.”
– Понимаешь, Даш, – я взяла её ладошки – тёплые и мягкие, в свои, глядя в её доверчивые глаза. – Если ты расскажешь секрет, он перестанет быть секретом. Есть такие тайны, которыми нужно делиться обязательно. Например, если кто-то обижает тебя или другого человека, если что-то угрожает твоему здоровью или безопасности. Тогда надо сразу говорить старшим.
Девочка задумчиво
