этим дням вместе я смогла узнать его лучше.
Каждое слово Кайнера раскрывалось во мне новой болью, но и глубокой близостью. Я ощущала, как его путь, полный потерь и тяжёлых решений, становился мне понятнее и ближе. Он рассказывал, как смерть матери пробудила в нём силу. Ту самую, выросшую из горя и утраты. Я представляла его мальчишкой, вынужденным повзрослеть в одночасье, и чувствовала, как это поставило его на путь, полный жестокости. Смерть матери заставила взять заботу о младшем брате. Он не мог растить ребёнка один: родственников не было, а потому принял единственное верное решение: отправил брата в место, похожее на интернат в нашем мире, где ребёнок мог жить на постоянных условиях и получать образование. Сам Кайнер пошёл на службу к императору, чтобы хоть как-то оплачивать брату безопасное будущее. Он понимал, что может не вернуться, но знал, что родственники погибших солдат получают хорошее пособие. Этого могло бы хватить, чтобы Саэль смог встать на ноги.
Я видела, как ему было нелегко говорить об этом, заново переживая каждую деталь прошлого, а потому не выпускала его тёплую руку из своей ладони.
Способности к перемещению, редкие и сильные, сделали его важной фигурой в армии Преисподней. Даже тогда, когда хотелось просто быть рядом с братом, он понимал, что обязан держаться подальше, выполняя чужие поручения. С каждым рассказом я видела в этом демоне не просто холодного воина, а того, кто жертвовал собой ради тех, кого любил.
На войне, когда весь отряд оказался в западне и каждый из товарищей пал под ударом противника, в нём открылась новая сила. Я не могла представить, каково это – находиться на грани смерти и обнаружить в себе способность, о которой раньше не знал. Открытием стало то, что он мог преодолевать не только пространства, но и проникать в сновидения, становясь свидетелем самых сокровенных мыслей, порой скрытых даже от собственного «я».
Эта редкая магия сделала Кайнера более ценным для императора, который отправлял его на опасные задания в качестве шпиона. Но даже несмотря на службу, при любой возможности Кайнер возвращался к брату, встречаясь с ним в укромном месте в лесу неподалёку.
– В последний раз, когда мы виделись, у него начала проявляться магия, но… необычная, – продолжил демон, лёжа на моих коленях и прикрыв глаза, пока я перебирала его волосы. – Он приручил рысь, живущую в лесу. Удивительно, но дикие животные обычно не идут на контакт. Никогда. А вот у Саэля получилось. Зверь слушает только его, будто понимает.
– В нашем мире люди каких только животных не приручают, – улыбнулась я, представляя парнишку с рысью.
– Думаешь, это не магия в нём просыпается?
– Откуда мне знать, Кай?
– Если способности не проявятся к концу обучения, его отправят в Дикие земли…
– Как дочь Шиона? – я вспомнила рассказ демона о семье и то, как сильно он переживал за родных, понимая, чем грозит отсутствие.
– Это нормальная практика – отправлять демонов в Дикие земли и Пустошь, чтобы в экстремальных условиях их способности могли проявиться. Раньше воинов отбирали среди кого попало, но многие погибали от чужой магии в бою, поэтому Император издал указ: все дети четырнадцати лет должны пробудить способности до момента вступления в службу.
– Преисподняя – ужасное место, – с каждым рассказом Кайнера убеждалась в этом всё больше.
– Земля не лучше, Ева, просто ты привыкла и не замечаешь всех недостатков. У вас тоже есть воины, жестокость и несправедливость, но вместо магии – оружие.
– Да, но детей не отправляют на смерть…
– Если кто-то защищён, это не значит, что в безопасности все. Тебе повезло не родиться там, где человеческая жизнь не стоит и бутылки воды или куска хлеба.
– Наверное, ты прав, – ответила я, но подумала, что его мир всё равно казался более недружелюбным.
Интересно, как складывалась история тех самых далёких предков, что уживались бок о бок с демонами? Сейчас эти существа уважают только силу и готовы отправить своих детей на смертельные испытания ради магии, но было ли так всегда?
– Люди кажутся тебе слабыми? – спросила, желая лучше понять его взгляд на нас.
Кайнер приподнялся на локтях и взглянул в глаза. Каждый раз, когда его лицо приобретало такое серьёзное выражение, мне становилось не по себе.
– Нет, Ева, я не считаю твой вид слабым, мы просто разные. В нашей истории людей описывали как существ, не способных обрести магию, которые однажды прокляли себя ею. Но и в вашей истории нас считают посланниками тьмы.
Я не сдержала улыбку, понимая, что истина могла быть ближе, чем я думала. Один демон-соблазнитель смог завладеть моими чувствами.
Оставалось последнее перемещение к Вратам, но Кайнер не спешил отправляться. Я ощущала, что он тянет время, заставляя забываться в его объятиях, но так не могло продолжаться вечно. Коротко поцеловав его, я поднялась с кровати, собирая на ходу разбросанную одежду.
Болезненный комок сжимал горло, не позволяя произнести ни слова, но всё внутри кричало о том, что нужно двигаться дальше, к Вратам. Ощущение прощания витало в воздухе, как будто это последнее мгновение, когда мы могли просто быть вместе, отложив мысли о том, что ждёт нас впереди.
– Нам пора, – голос предательски дрогнул, словно это было не просто напоминание о нашем пути, а нечто большее, что разрывало на части. Пальцы нервно сжимались, собирая одежду. Каждый жест, каждое прикосновение сейчас значило больше, чем когда-либо прежде, но я намеренно разрушила эту иллюзию.
Я услышала, как он встал с кровати, и ощутила его присутствие, даже не оборачиваясь. Тихие шаги, приглушённые шорохи одежды. Звуки врезались в память, оставляя следы, которые я боялась потерять. Я знала, что он чувствует ту же нерешительность, что нам обоим хотелось задержать это мгновение, скрыться от реальности и не думать о том, что ждёт впереди.
Тепло руки коснулось моего плеча короткое, почти мимолётное прикосновение, но оно словно ожгло изнутри, заставляя на мгновение закрыть глаза, чтобы удержаться от слёз.
Я сделала пару глубоких вдохов, пытаясь успокоить дыхание и привести себя в порядок.
– Там ведь не будет никаких военных? Я слышала, что Врата охраняются.
– Люди не могут подойти близко. Магия слишком хаотична, рядом с Вратами нет никого.
Натягивая куртку и шапку, я шагнула к демону, прижавшись к нему всем телом.
– Готова?
– Да, – честно ответила, погружаясь в пространство.
Я открыла глаза, как
