а я не задумывалась насколько это тяжёлый вызов для меня.
А я боялась, что в толпе проснётся неконтролируемая жажда, но никак не ревность…
– У нас бронирование на фамилию Морвель, – Дем даже не посмотрел на неё, лишь крепче сжал руку на моей талии.
Официантка заморгала, поняв, что эффект не сработал, и попыталась вернуть профессиональную интонацию.
– Конечно. Прошу за мной.
Мы поднялись по широкой винтовой лестнице, мягко подсвеченной снизу, и попали на верхний этаж, который отличался от шумного зала внизу. Здесь не было множества столиков, разговоров и мельтешащих фигур – только один стол у панорамного окна, будто всё помещение существовало ради него.
Я подошла к окну и посмотрела на оживлённую улицу. Мы были невысоко, но благодаря панорамному стеклу создавалось ощущение, будто город немного отдалился – не в смысле высоты, а в смысле шума. Словно между нами и суетой внизу появилась тонкая граница тишины.
Демиан подошёл сзади вплотную, его рука без стеснения двинулась по моему бедру, забираясь под ткань платья. Я хотела остановить его, но ощущения были слишком приятными, чтобы так просто их обрывать.
– Ты доверяешь мне, Роза? – прошептал голос у самого уха.
Выдохнув, я пыталась сохранить видимость самообладания, но его дыхание у моего уха, его рука, уверенно скользящая по коже, разрушали любые попытки думать здраво.
– Конечно…
Хотелось обернуться, чтобы встретиться глазами, но его пальцы скользнули выше, цепляя край белья, и мышцы свело сладким разрядом. Я откинула голову ему на плечо, не в силах сопротивляться. Город за стеклом дрожал огнями, а внутри меня дрожало что-то совсем другое.
– Хорошо, – Демиан провёл большим пальцем по линии бедра, и я почувствовала, как моё дыхание сбилось. – Помни об этом…
Дверь в зал слегка скрипнула, разрушая нашу идиллию. Дем убрал пальцы и любезно поправил ткань платья. В зал вернулась официантка, которая принесла воду и комплименты от заведения. Пока я не приняла препарат, еда не имела значения, а вот надоедливая девица, намеренно выпячивающая своё декольте – очень.
С радостью бы вцепилась в её шею…
Тряхнув головой, я испуганно сглотнула. Боги, о чём я вообще думаю?! Нужно немедленно сделать укол.
– Закажи что-нибудь на своё усмотрение, я сейчас, – формально улыбнувшись, я подхватила сумочку и поинтересовалась у работницы, где уборная.
Я добежала до места и захлопнула дверь, отрезая себя от всего, что бурлило внутри. Запах дорогой парфюмерии и стерильной чистоты витал в воздухе, но я старалась сосредоточиться на вещах важнее.
Мысль о том, чтобы прикончить несчастную девушку, которая строила глазки, не столько напугала, сколько выбила почву из-под ног. А если я буду постоянно так реагировать? В кого я превращусь…
Нашарив шприц, я сняла колпачок и стремительно вогнала иглу под кожу. Вновь та же реакция – кровь будто закипела, но одновременно остывала, вытравливая сущность актира.
– Занято! – выкрикнула я, когда в дверь начали стучать.
Грохот не прекращался несмотря на то, что меня точно было слышно. Первая мысль была, что это Демиан не выдержал и решил отправиться за мной.
Нам обоим нужна разрядка, иначе мы не досидим вечер… Улыбнувшись, я пошла к двери и, не задумываясь, открыла.
– Здравствуй, Мегги!
Джереми или, как я привыкла его звать Сиард, направил дуло пистолета мне в голову и заставил отойти подальше, пока лопатки не упёрлись в кафель стены. Он выглядел, как обыкновенный гость заведения – рубашка и брюки, волосы слегка зачёсаны вбок. Если Нокс и сидел среди гостей на первом этаже, я могла даже не заметить его…
– Без глупостей. Пуля специально для таких тварей, как ты. Ну ты и сама знаешь, пользовалась ни раз.
Сейчас любая пуля смертельна для меня. Жаль, нельзя отмотать время назад, чтобы не вкалывать инъекцию. Тогда я могла бы дать ему отпор наплевав на его попытки выстрелить. Но теперь… инстинкт самосохранения подсказывал, что лучше выбросить попытки противостоять.
Я не могла пошевелиться – только смотрела на бывшего напарника, не понимая, почему он не за решёткой.
– Какого…
– О, хочешь узнать, почему я не сижу вместе с отцом? Его не поймали, Смит. Он сдался сам, чтобы усыпить бдительность, и это сработало.
26
Я заказал всё меню, чтобы не мучаться выбором. Роза как раз отошла в уборную, а я сделал заказ, сжимая руки на коленях под столом. Мне не хотелось, чтобы она видела, как я сдерживаю злость.
После допроса Берроуза, свидетелями которого мы стали, на душе было неспокойно. Хотя это не то слово. Пиздец – вот подходящее. Юрий притащился добровольно и сдался с условием, что его сына не тронут. Якобы, Джереми уехал из Ноктилии и хочет начать новую жизнь.
Об этом рассказал Эрих, как и о том, что они не верят ни единому его слову, но понятия не имеют, что скрывается мудак. Габриэль предложил оставаться под охраной в квартире, а отец намекнул, что неплохо бы выманить отпрыска Берроуза, чтобы побыстрее закончить с этой вознёй.
Я предложил вариант, что Роза останется под защитой, а я как-нибудь сам попытаюсь выманить его, но все понимали, что это вряд ли сработает. Одинокий Морвель – не достаточная причина для нападения, а вот счастливая Роза рядом со мной… Мне нужно было сыграть так, чтобы разозлить Джереми, показать, что моя жизнь продолжается.
Нужна была убедительная игра… Настолько, чтобы заставить поверить даже Розу. Чтобы её эмоции, её расслабленность, её чувство безопасности стали тем, что спровоцирует Берроуза выйти на контакт. Мне запретили говорить ей… И мне бы было плевать на их запреты, если бы не тот факт, что я не хотел втягивать Левьер. Потому что боялся…
Боялся, что она будет ждать этого и может потерять контроль, выпустив актира на волю. Моё приглашение на свидание и то, что удачно остался один укол лекарства, стали отличным поводом не подставлять её.
Всё здесь было декорациями для поимки одного ублюдка. Каждый гость, даже персонал заняли свои позиции, ожидая. Габриэль уверил, что всё спланировано до мелочей. Но схватить уёбка сразу нельзя – так не предъявить обвинения, а если и предъявить, то хороший адвокат в два счёта аннулирует это. Официально, сын Берроуза не учавствовал в делах. Того, что было у Верховных оказалось слишком мало, чтобы прижать его.
Мне нужно было спровоцировать Джереми. Желательно вытянуть признания,
