значительного немецкого населения также являлось весьма тревожащим фактором, поскольку для захвата Австрии и Чехословакии рейх использовал именно это обстоятельство. Фюрер заявлял об отсутствии у него территориальных претензий к Швейцарии, однако, как известно, подобные декларации не означали ровно ничего. Поэтому правительство в Берне в период войны заботилось главным образом о том, чтобы не дать повод придраться к нарушению страной нейтрального статуса и не спровоцировать германскую агрессию. В связи с этим до 1942–1943 года нейтралитет Швейцарии был явно прогерманским, несмотря на демократические симпатии ее руководства. Тем не менее, и другие государства могли рассчитывать на терпимое отношение к своим резидентурам, развернутым на территории Конфедерации.
Таковыми прежде всего являлись англичане. Военную разведку Великобритании (ДМИ) представляли в Швейцарии полковник Генри Кэртрайт и его помощник Герберт М. Фрайер, военно-воздушную (АИ) — Фредди Уэст. Позднее к ним присоединился бежавший из германского офицерского лагеря военнопленных Кольдиц майор Пэт Рейд. СИС и ее параллельная сеть Z располагали в Швейцарии несколькими точками, общее руководство которыми традиционно осуществлял подполковник Клод Дэнси. В Конфедерации он чувствовал себя наиболее уверенно, обладал давними и прочными связями с местными бизнесменами и банкирами, а с 1937 года — и с руководителем ее военной разведки подполковником, затем бригадным полковником Роже Массоном. Даже сам замысел создания “Z” возник у него именно там. На посту помощника Синклера Дэнси руководил как “станциями” своей сети, так и традиционными резидентурами системы бюро паспортного контроля (ПКО). Как уже отмечалось, перед войной англичане приняли опрометчивое решение о совместной работе сетей ПКО и “Z” и этим свели на нет безопасность нелегальных сотрудников. В начале войны точку СИС в Берне возглавлял Эктон Варнелл, в декабре 1939 года передавший дела Р. Пирсону, бывшему работнику сети арестованного в Вене в 1938 году руководителя Континентальной секретной службы Томаса Кендрика. Резидентом СИС (ПКО) в Цюрихе являлся Эрик Грант Кэйбл, а в Женеве позднее появился Виктор Фаррелл. Швейцария стала главной базой “станций” сети “Z”, заменив в этом качестве Австрию и Данию. В Базеле точку “Z” возглавлял британский консул, будущий исполнительный директор СОЕ Фрэнк Нельсон, но четверо основных агентов находились на связи лично у Дэнси. Ими были проживавший в Лозанне Хью Уиттелл и три журналиста: корреспондент “Дейли Экспресс” Джеффри Кокс, корреспондент “Таймс” Эрик Гейди и центрально-европейский корреспондент “Манчестер Гардиан” Фредерик Войт. Все резидентуры СИС в Швейцарии подчинялись главному резиденту Фредерику Ванден Хьювелу, давнему соратнику Дэнси по сети “Z”. Общая численность британской агентуры в стране достигала 120 человек, но, к сожалению, у обеих резидентур отсутствовали источники на территории Германии. В этих условиях весьма полезными для СИС оказались контакты Дэнси с Массоном, позволившие британцам получить доступ к некоторым результатам работы швейцарской разведки, в частности, информационной продукцией “Бюро Ха”.
В ноябре 1939 года умер руководитель МИ-6 Хью Синклер, и его помощник Дэнси немедленно уехал в Лондон. Подполковник заверил подчиненных, что возглавит разведку, и по этой причине передал все контакты со швейцарскими специальными службами Нельсону. Как известно, Дэнси так и остался в СИС на вторых ролях и постоянно конфликтовал со своим смертельным врагом — заместителем руководителя разведки Валентином Вивианом. В этих условиях ему уже было не до возвращения в Швейцарию. Нельсону оказалось нетрудно установить доверительные отношения с руководителем “Бюро Ха”, убежденным англофилом Гансом Хаузаманном. Постепенно резидент достиг настолько тесного контакта со швейцарцем, что тот начал показывать ему телетайпные ленты из верховного главнокомандования вермахта (ОКБ), уверяя, что это оригиналы. По словам Хаузаманна, “Бюро Ха” получало их через сеть курьеров-железнодорожников “Викинг” от группы офицеров управления связи ОКБ, тайных социал-демократов. Руководитель ряда добывающих подразделений швейцарской разведки капитан, впоследствии майор Макс Вайбель уверял, что источники информации абсолютно надежны, поскольку впервые контакт с ними установил именно он во время стажировки в академии германского генерального штаба в Берлине.
Преемнику Варнелла на посту резидента СИС Пирсону довелось вступить в непрямой контакт с адмиралом Канарисом. Как известно, начальник абвера помог покинуть Берлин жене арестованного военного атташе Польши Галине Шиманской и лично проследил за ее безопасным прибытием в швейцарскую столицу. В декабре 1939 года беженка с тремя дочерьми появилась в польской миссии и изложила историю своего бегства, а названная ей фамилия германского покровителя вызвала немалый переполох у осведомленных лиц. Военный атташе Польши в Берне Тадеуш Василевский свел ее с Пирсоном, доложившим об этом новому руководителю МИ-6 Мензису. Тот расценил ситуацию как крайне важную и немедленно прикомандировал к ней Хьювела (“Z-1”), действовавшего под прикрытием пресс-атташе посольства Британии в Берне. Для обеспечения надежного функционирования возможного канала связи с Канарисом англичане выделили целую группу офицеров во главе с помощником резидента Эндрю Кингом (“Z-2”), сама же Шиманская стала “Z-5/1” и получила место машинистки в польской миссии для легализации ее дальнейшего пребывания на швейцарской территории.
Старания британцев не пропали даром, вскоре Канарис действительно продолжил развитие контакта через Шиманскую. По неофициальным каналам он договорился с Хью-велом о направлении в Швейцарию своего личного представителя Ганса Бернда Гизевиуса, с февраля 1940 года работавшего в Цюрихе под прикрытием должности вице-консула Германии. К этому времени из-за воздушной “битвы за Британию” руководство СИС несколько охладело к возможным перспективам общения с начальником абвера. В Лондоне опасались германского вторжения, и перипетии взаимоотношений оппозиционных офицеров с режимом Гитлера тогда казались никому не интересной мелочью. Тем не менее, для Шиманской все же изготовили французские документы на имя Мари Клена, позволявшие ей ездить на встречи с Канарисом в Париж, а в Италию для этой же цели она выезжала по польскому дипломатическому паспорту. Вся эта активность совершенно не имела отношения к Швейцарии, поэтому власти Конфедерации старались не замечать ее.
По-настоящему в Берне встревожились лишь летом 1940 года, когда в результате успешного германского блицкрига прижатые к границе французские и польские войска в поисках спасения стали массово переходить на территорию Конфедерации. Швейцарцы опасались, что опьяненный легкой победой Гитлер может использовать эту ситуацию в качестве предлога для вторжения и на плечах разбитых западных союзников введет в страну свои войска. Противопоставить им было практически нечего. Британцы также не исключали подобного развития событий и попытались хоть как-то обезопасить свои “станции” от внезапного захвата противником. С этой целью цюрихская резидентура вместе с официальными сотрудниками бюро паспортного контроля каждую ночь со всей документацией перебиралась в Берн, а работники базельской подрезидентуры ночевали в Солотурне. Планировалось вообще отозвать из Швейцарии всех сотрудников СИС, но старый солдат Дэнси воспротивился этому и оказался прав. Все же четверо технических работниц эвакуировались из страны через Бордо.
