главе с Полем Кагаме вторглись на землю исторической родины с территории Уганды. Не без доли везения они сумели закрепиться в приграничной зоне Руанды. Ну а далее начались военные действия, все менее и менее успешные для правительственных войск, ибо их государство осыпалось у них в тылу.
В Заире, на который ориентировался Хабьяримана, творилось черт знает что. В сентябре 1991 года на фоне экономических неурядиц произошло первое выступление военных, подавить которое оказалось возможно только ценой политических уступок. 16 октября 1991 года после сентябрьского солдатского бунта в столице Тшисекеди, выдвинутый коалицией ведущих политических противников режима, занял пост премьер-министра и сразу же попытался установить контроль над центральным банком, который Мобуту, как мы помним, использовал бесконтрольно, в том числе для личного обогащения и подкупа. 19 октября новый председатель правительства обнаружил, что его кабинет закрыт, а 22 октября был отправлен в отставку. В январе 1992 года в обращение были введены пятимиллионные купюры. Оппозиционные активисты убедили владельцев столичных магазинов не принимать их, и недовольные этим военнослужащие, получавшие в том числе в них свое жалование, вновь подняли бунт, в который вмешалась и президентская гвардия. Последствия произошедшего были еще плачевнее, чем в сентябре 1991 года. Управляемость армией полностью нарушилась. В январе 1993 года заирские солдаты застрелили французского посла. По некоторым сведениям, он был ликвидирован как обладавший информацией о подготовке покушения на Тшисекеди, но, возможно, и по другим причинам. В общем, Мобуту было совершенно не до Руанды. А США вообще стало решительно плевать на всех этих диких и страшно дорогостоящих африканских диктаторов после 1991 года.
А что же Бурунди? В сентябре 1987 года президент Багаза, который, как мы помним, имел неосторожность начать масштабную антикатолическую кампанию, был свергнут майором Пьером Буйоя, который организовал военный переворот, провозгласив себя президентом страны. Разумеется, покушение на церковь было не единственной причиной – в основе вновь было сочетание экономического неблагополучия и этнической розни. В августе 1988 года в дестабилизированной переворотом стране опять вспыхнули массовые межэтнические столкновения. Армия тутси сумела навести порядок, но при этом погибли не менее 5000 крестьян-хуту, около 60 000 были вынуждены бежать из страны. Обычное дело для этих мест – но после этих событий Буйоя повел себя не так, как его предшественники.
Президент, этнический тутси, начал политику национального примирения. Он назначил представителя хуту премьер-министром страны и включил их в состав своего правительства. Впрочем, окончилось все для Буйоя потерей власти. На состоявшихся 1 июня 1993 первых в истории страны демократических президентских выборах победил представитель хуту Мельхиор Ндадайе, набрав 65 % голосов при лишь 32 %, отданных за Буйою. Вслед за этим состоялась победа на парламентских выборах, когда партия Ндадайе получила 65 из 81 места в парламенте страны. Через неделю после которой уже по счету неудачной попытки переворота, которая была осуществлена 3 июля, Ндадайе принес присягу на посту президента.
Новый глава Бурунди предпринимал, в общем, правильные шаги, но, видно, все было уж слишком запущено. Он назначил Сильви Киниги, женщину-тутси, на пост премьер-министра и отдал треть министерских портфелей и две должности губернаторов представителям партии Буйоя Союз за национальный прогресс. Он объявил политическую амнистию, в рамках которой был оправдан бывший диктатор Жан-Батист Багаз. В то же время президент поставил под сомнение некоторые решения, принятые во времена правления тутси, что несло угрозу олигархической верхушке тутси (могли быть оспорены акты приватизации государственного имущества) и армии (назначения). Ндадайе понимал, что ему нужна своя вооруженная опора, начал реформы в военной и правоохранительной областях с целью снижения доминирования тутси в силовых структурах. Но не успел. Возможно, потому, что этнические проблемы углублялись усилиями СМИ, впервые за долгие годы получившими настоящую свободу.
Все окончилось 21 октября 1993 года. Точные события того дня до сих пор неизвестны, но наиболее вероятно, что самого президента, Понтьена Карибвами (председатель Национальной Ассамблеи) и Жиля Бимазубуте (вице-спикер Национальной ассамблеи) привезли в казармы под предлогом того, что им грозит опасность. Последние трое, а также многие другие члены парламента и правительства были убиты, сам Ндадайе заколот штыком. Смерть президента повлекла тяжелые последствия для всей страны. Попытка государственного переворота быстро провалилась, поскольку гражданский политик Франсуа Нгези, приглашенный сформировать новое правительство, отказался поддерживать мятежников и назначил временно исполнять обязанности главы государства тогдашнего премьер-министра Киниги. Совет Безопасности ООН осудил убийство и переворот и вынес этот вопрос на ближайшее заседание Генеральной Ассамблеи. Власть в Бурунди тем временем исчезла. Этнические группы четко разделились, заботясь каждая о себе. Низовой, зачастую полубытовой, не имевший четкой политической самоидентификации гнев вырвался наружу. Структуры «Демократического фронта Бурунди» ответили на убийство своего лидера и президента нападениями на тутси. Было убито до 25 000 человек. В ответ часть бурундийской армии (уже не организованной военной силы, но развалившейся по этническому признаку на куски) и тутси из числа гражданских лиц ответили нападениями на хуту, включая гражданское население, убив примерно столько же. Всего в последующий год на территории страны было убито от 50 до 100 тысяч человек. Позднее эти события будут квалифицированы как геноцид тутси – но тут явно большую роль сыграл мировой резонанс событий в Руанде. На самом деле оба этноса отличились в равной мере. Да и о политике целенаправленного истребления беззащитных говорить не приходится – две стороны сражались в примерно равных условиях.
Руандийским тутси повезло куда меньше. Пропаганда Хабьяриманы, силясь мобилизовать народ на борьбу с РПФ, а также объяснить общее ухудшение (хотя, казалось бы, куда еще) уровня жизни, обуславливало все беды происками тутси. Эта идеология получила название «Власть хуту». Ее рупором стал популярный журнал «Кангура», основанный группой офицеров и членов правительства. В нем были опубликованы расистские «Десять заповедей хуту», которые обличали хуту, женившихся на тутси, как предателей. Довольно скоро поднятая волна ненависти стала выходить из-под контроля. В то время как сам президент начал склоняться к компромиссу с РПФ, многие деятели в руководстве его партии, а также в армии и прессе Руанды стали, напротив, выдвигать все более радикальные лозунги. В частности – что само стабильное и спокойное существование государства возможно только в одном случае – если в нем не останется постоянно вносящего разлад фактора тутси. В 1992 году сторонники жесткой линии основали партию «Коалиция в защиту республики» (КЗР), связанную с находившимся у власти Национальным республиканским движением за демократию и развитие (НРД), но более правую. Ее члены критиковали главу государства за излишне «мягкое» отношение к отрядам Кагаме. Подписанные 4 августа 1993 года так называемые Арушские соглашения, согласно которым становилась возможной легализация РПФ и окончание войны, большинство из них восприняли как слабость и даже предательство. Ну а дальше…
Поздно вечером 6 апреля 1994 года на подлете к столице Руанды – городу Кигали, был
