Елена Невейкина - Наследница

— Ладно, как знаешь. Всё равно ж сделаешь по-своему, — вздохнул он. — А я? Какую роль сыграю я?

— Мне нужно будет незаметно уйти с места нашей последней встречи с господином Лосевым. Когда мы будем знать, где она состоится, ты сам оценишь, как это сделать лучше всего.

— Хорошо… А если всё же что-то пойдёт не так? — рискнул опять спросить Юзеф.

— Не пойдёт. Лосев слишком самоуверен. Но даже если случится невероятное, разве мы не сможем отбиться? У него есть только старый слуга, он не боец. Только повыть иногда может, — криво улыбнулась Элен. — Значит, Лосев опять кого-то наймёт. Думаю, такие люди не слишком хорошо и ещё менее охотно владеют оружием, особенно против вооружённых противников.

— А тебе не кажется, что вид размахивающей шпагой молодой женщины — картинка запоминающаяся? Умолчать о ней, не рассказать всем подряд — это просто выше человеческих сил.

— Почему ты представил себе вооружённую женщину? — Элен усмехнулась.

— Ты что ж, решила пойти…

— Да, в мужском платье. Это проще и безопаснее. А для моего «кавалера» станет особо пикантным обстоятельством.

Зимние праздники закончились. Жизнь в Петербурге не замерла, но стала заметно тише. Теперь Элен могла встретиться с Борисом Лосевым только случайно. Но они, каждый со своей стороны, оба желали этой случайности. Наконец, когда Элен с Машей возвращались из ближайшей церкви домой, к ним подошёл Лосев. Изящно поклонившись, он попросил разрешения проводить её. Несколько раз обернувшись по сторонам, он, наконец, спросил, почему нигде не видно господина Юзефа.

— Он же всегда вас сопровождает. Я, право, начал считать его вашей тенью. А тут вдруг тень исчезла.

— Пан Юзеф был вынужден уехать по неотложным делам. Он отбыл сегодня рано утром и будет отсутствовать несколько дней. Так что я осталась без… как вы сказали? — без своей тени. Придётся это время просидеть дома, выходя только в церковь. Но что делать? Я дала дяде слово, что без сопровождения никуда не буду выезжать.

— Вот в чём дело, — протянул Лосев, пытаясь не выдать волнения. Ну, наконец-то ему повезло! Нужно успеть воспользоваться ситуацией, пока не поздно! Может, прямо сейчас?.. Нет, стоп. Не горячиться! Нужно сделать так, чтобы всё выглядело пристойно.

— Госпожа Соколинская, могу ли я предложить вам свои услуги на время отсутствия господина Вольского? Поверьте, я не хуже него смогу оградить вас от любых неприятностей!

— Вы? Нне знаю… Дядя имел в виду пана Вольского… Но если мы не будем уходить далеко от дома…

— Зачем же далеко? Как вы относитесь к тому, чтобы проехаться по улицам, посмотреть на строящиеся дома? А можно съездить к верфи, взглянуть на новые корабли. Их сейчас строят не так много, как при Петре Великом, но всё же строят.

— Да, конечно, это интересно, — без особого восторга согласилась Элен.

— Вас что-то волнует?

— Да. Я чувствую себя неуютно на открытом месте без пана Юзефа. Он стал уже как бы моей привычкой. Не смейтесь, господин Лосев, не смейтесь. Только, ради Бога, не поймите меня превратно. Я доверяю вам, но… Словом, я предпочла бы быть в помещении. Но на приёмах нас все тоже привыкли видеть с паном Юзефом. Да и приёмы сейчас редки.

— А зачем приёмы? — Борис решил пойти ва-банк. — Я и один смог бы скрасить ваше одиночество в эти несколько дней.

— Это было бы прекрасно, — наклонив голову, тихо ответила Элен. — Но я не могу никого пригласить в дом. Тем более мужчину.

Лосев указал глазами на Машу. Элен приподняла брови, изобразив непонимание, потом после ещё одного выразительного взгляда и кивка, сказала Маше, чтобы та шла вперёд, поскольку её до дома проводит господин Лосев. После того, как они остались вдвоём, Борис вернулся к прерванному разговору.

— Я понимаю, что не могу рассчитывать быть принятым у вас в доме, по крайней мере, пока. Смею надеяться, что причиной этому не я сам, а те условности, которые вас окружают.

— Это так. Я сожалею.

— Но что вам может помешать принять меня в другом доме?

— В другом? В каком? Что вы имеете в виду? У меня нет другого дома.

— Вы можете снять дом на несколько дней. В нём вы будете полновластной хозяйкой и сможете не оглядываться на кого-то или что-то. А я обещаю вам, что слово «скука» за эти дни ни разу не придёт вам в голову, — чуть наклонившись, чтобы увидеть её лицо, сказал Лосев.

— Это… так неожиданно, — растерянность Элен была неподражаема. — Я должна всё обдумать… Мы пришли. Благодарю вас.

— Так вы подумаете?

— Да.

— И ваше решение будет положительным? Прошу вас… — прошептал Борис, взяв её за руку. Рука дрогнула, но пальцы в тонкой перчатке не торопились выскальзывать из его ладони.

— Я напишу вам… — так же тихо ответила Элен, не поднимая глаз. — Скажите только, куда.

На этот вопрос, с помощью которого Элен решила выяснить на всякий случай, где он живёт, Лосев ответил не задумываясь:

— Знаете ли вы трактир здесь, неподалёку от вашего дома?

— Да, я проходила мимо не раз.

— Пусть вашу записку отнесут его хозяину. Он найдёт способ быстро передать её мне. Хорошо?

— Хорошо…Борис, — тихо произнесла Элен и поспешно скрылась за воротами дома.

Лосев был вне себя от радости. Вот это удача! Всё! Она попалась. На этот раз он увезёт её… Она чертовски хороша!.. Соблазнительна. Хм, а стоит ли торопиться с похищением? Дом она, конечно, снимет тайно. Придёт туда скрытно, не сказав никому. Да, и кому говорить-то? Юзефа нет, а остальные — слуги. Им-то что до неё? Так. Значит, ему предстоит провести несколько волшебных часов наедине с польской красавицей. А вот после этого можно и увезти её. Это, тем более, легче будет сделать, когда она доверится ему, когда задремлет, утомлённая его страстью…

Лосев даже облизнулся, шагая к себе в комнатёнку. Ничего! Недолго ему осталось здесь прозябать! Скоро он выплатит все долги и начнёт жизнь настоящего вельможи. Конечно, ни о каком переезде в Польшу пока что и речи не может быть, его всё устраивает здесь, в России. Но на всякий случай иметь путь к отступлению всегда полезно. Нет, ну до чего же удачно всё складывается!

Элен в волнении ходила по комнате и рассказывала Юзефу об их разговоре с Лосевым.

— Нет, ты представляешь?! Он даже не подумал сам снять дом! Предложил это сделать мне! Так красиво предложил: там, мол, я буду хозяйкой! Господи, ну что за ничтожество…

— Да-а. Однако видимо, он вовсе без денег. Иначе, при его-то самолюбии, он никогда не сказал бы такого. Но это нам на руку. Теперь, когда выбор места действия целиком зависит от тебя, можно учесть все мелочи заранее.