видел, что женщины также употребляли кахи.
Из Миту прилетели трое медиков из правительственной медицинской службы. Они поднимутся вверх по Пирапаране, посещая общины барасана и татуйо, будут проводить беседы с местными жителями, рассказывая им, как правильно следить за своим здоровьем, проведут их общий медицинский осмотр.
Познакомился с двенадцатилетним мальчиком по имени Теодор. Он говорит, у него умерли мама и папа, поэтому он живет один. От отца ему досталась длинная духовая трубка, с которой он охотится на обезьян. Яд для стрел ему изготавливает Ромью. Естественно, его история вызывает у меня сострадание. Я даю ему гораздо больше подарков, чем его сверстникам. Однако днями позже я узнаю, что у Теодора умерла только мама. Его отец сейчас просто находится в Миту.
Все кахи, которое накануне приготовил Мучаби, съели пришедшие гости. Поэтому, как стемнело, Мучаби вновь стал готовить кахи.
На третий день, наконец, шумные гости покинули Сонанью, и в малоке вновь воцарилась тишина.
Мучаби наловил в небольшом ручье сетью мелкой рыбешки. Из нее, не чистя и не потроша, он сварил суп, добавил в него острый перец. Мучаби пригласил меня разделить трапезу. Мы ели суп вприкуску с касабе. Деромью, жена Ромью, мама Мучаби, как и все старшее поколение в общинах на Пирапаране, не говорит по-испански. В первые дни нашего пребывания в Сонанье Деромью прикрывала грудь, но теперь, привыкнув к нам, она ходит полуобнаженной. Но это, скорее, исключение. Все индейцы на Пирапаране носят одежду, женщины, как правило, легкие платья, мужчины – шорты и футболки.
Лекторий в малоке Сонанья…
…собрал много людей
Левардо Боливар (справа)
Теодор с духовой трубкой
Старик барасана плетет циновку
Я посещаю хижины, разбросанные вдоль реки, знакомлюсь с людьми. Большинство семей живет очень бедно. В их быту преобладают предметы традиционной материальной культуры: глиняные горшки, плетеные сито и циновки, у многих есть духовые трубки. Богаче всех живет семья Фаустино и моторист Хосе. У Хосе также есть телевизор. В активном пользовании в Сонанье, как и в других общинах на Пирапаране, находятся каноэ больших и малых размеров, выдолбленные из цельного ствола дерева. Алюминиевых лодок нет.
Традиционные подставки барасана и татуйо
Корзина для переноски тяжестей
Предметы быта барасана: сито, метелка, ухватка для перемешивания листьев коки, обломок керамики, прикрывающий ноги от жара костра, духовая трубка, глиняный горшок
В здании школы Сонаньи располагается радиорубка, связь поддерживается с Миту и другими общинами региона. На стене висит распорядок дня для школьников, в котором учтены не только занятия, но и перерывы на отдых и еду. Учителем работает местный мужчина барасана эдурья.
После захода солнца Ромью ставит свечу на специально предназначенный для этого невысокий столб в центре малоки. Тусклым светом пламя свечи освещает просторное помещение. В полумраке старик долго сидит на скамье, думает о чем-то своем, куря сигару из табака или цедя кахи. Иногда снаружи из темноты в малоку заходят другие мужчины, они подсаживаются к Роми, разделяя с ним табак и кахи, тихо беседуют со стариком.
Плетеная птичья клетка и ее обитатель
Ромью для меня ценный информант. Он говорит по-испански, но очень плохо. По моей просьбе Ромью перечисляет праздники барасана: укури, киса, риопирá, юрупари. Старик говорит, что дабукури – это укури. Насколько я понимаю, все эти обозначения относятся к празднику дабукури, больше известному как юруапри.
Авторы XVII в., описывая религию индейцев Бразилии, населявших ее атлантическое побережье, сообщали имена духов, которым поклонялись аборигены: Курипира, Тагуаи, Макачора, Иурупари, Марангигоана. Европейцы полагали, что под этими именами скрывался злой дух, которого они ассоциировали с дьяволом.
Х. Райхель-Долматофф пишет, что слово «юрупари» происходит из языка лингва жерал и его этимология не ясна.
Католический миссионер К. Тастевин, работавший в миссии Тефе на Солимойнсе (так в Бразилии называют верхнее течение Амазонки), трактовал термин «юрупари» как «маска». Его трактовка была связана с присутствием масок, олицетворявших духов животных и/или их хозяина на характерных праздниках у индейцев на северо-западе Амазонии.
При общении с европейцами представители социокультурной общности бассейнов рек Ваупес – Апапорис используют слово юрупари для обозначения одноименного обряда. Говоря о юрупари, информанты также могут употреблять слово дабукури, чье происхождение также восходит к языку лингва жерал.
Ромью поясняет, что священные флейты, используемые во время обряда юрупари, делают из коры пальмы пупуньи или персиковой пальмы. Юрупари проводят, как правило, в период созревания плодов персиковой пальмы, который приходится на январь. Женщинам и детям запрещено видеть священные флейты юрупари, они могут только слышать их голос. Флейты хранятся притопленными возле берега в реке Пирапарана. Я не очень понимаю, как кора может долго сохраняться в воде. Прошу Ромью это прояснить.
– Да, – констатирует Ромью, – кора в воде плохо сохраняется.
Однако он больше ничего не уточняет и не дополняет.
Вероятно, все-таки к очередному юруапри изготавливают новые священные музыкальные инструменты. Как и все, Ромью разграничивает барасана таэвано и барасана эдурья, говорит, что это две группы, говорящие на разных языках. Впрочем, очевидно, барасана имеют в виду диалекты, в противном случае таэвано и эдурья не понимали бы друг друга.
– Ымы – имя первого человека барасана, Ромьё – имя первой женщины барасана, жены Ымы, – продолжает отвечать на мои вопросы Ромью.
Разные авторы указывали, что горны и флейты юрупари изготавливаются из коры и древесины пальм, но упоминали их разные виды: персиковую и пашиубу – Iriartea exorrhizza.
Мне не ясно, когда в Пуэрто-Ортега состоится праздник дабукури или юрупари. Никто толком ничего не говорит, но все обещают мне сообщить нужную информацию. Кого ни спроси, все отвечают неопределенно: «Завтра отправляемся в Пуэрто-Ортега». Наступает завтра, и мы опять никуда не едем. Это здорово нервирует. Но ничего не поделаешь, остается только ждать.
Мне хочется фруктов, но сейчас не сезон, поспели только авокадо и гаума. Но гуама весьма своеобразный фрукт, им не насытишься.
Гуама (Inga edulis) – типичный для венесуэльской и колумбийской Амазонии фрукт. Созревший плод гуама представляет собой стручок темно-зеленого цвета диаметром до трех и длиной до семидесяти—ста сантиметров. Стручки растут на одноименном дереве, по виду напоминающем яблоню. Кучность висящих на ветвях гуамы стручков примерно такая же, как и кучность яблок на яблоне.
Продолговатый плод гуама разламывают двумя руками, производя вращательные разновекторные движения. Внутри стручка находится несколько вытянутых «горошин», закутанных в плотную белую «вату». Съедобна именно эта «вата», имеющая сладковатый утонченный нежный вкус и сочную консистенцию.
Гуама (Inga edulis)
Плод гуама
Вскрытый плод гуама
Я бы съел ананас или манго.
– Андрей, они маленькие и зеленые. Ты что, будешь их есть? – удивляются барасана.
– Да, буду, – отвечаю.
Сказано – сделано. Специально для меня с чагры принесли маленькие недоспевшие ананасы и зеленые манго. После каждодневных макарон и риса я с удовольствием съедаю принесенные фрукты. Хотя фрукты еще не дозрели, меня вполне устраивает их вкус. Организм требует витаминов. Однако барасана явно без понимания относятся к моим фруктовым фантазиям. Больше никто не хочет переводить на этого белого невызревшие фрукты. Анна, в свою очередь, просит Эмму заваривать ей листья коки кипятком. Такое употребление
