Ознакомительная версия. Доступно 51 страниц из 338
тумб на две резные капители. Очевидно, Крам испытывал особую радость, попирая локтями прах поверженных врагов во время своих ночных бдений.
– Откуда вы привезли эти обломки? – поинтересовался я, чтобы просто выиграть время.
Мне хотелось слегка осмотреться в кабинете Крама и выяснить, что его окружает. Я желал наконец понять, что же представляет собой Томас Кромвель.
– Из обители Святой Марии, ваша милость. Первого распущенного нами монастыря.
Он с любовью взглянул на трофеи.
– Памятные ценности, – кивнув, заметил я.
В дальнем углу высилась стопка книг. Какого рода наукам они посвящены? Жаль, что ереси не нужен зримый реквизит католицизма. Никаких статуй, четок или Преждеосвященных Святых Даров. Один лишь злой умысел в душе.
– Да. – Он уже овладел собой и приготовился к любым вопросам. – Что так обеспокоило вашу милость?
– Соглашение, касаемое принцессы Клевской. Не пойму пока, почему мне не хочется его подписывать.
– Какие пункты задели ваши чувства? Я могу внести исправления…
– Сам не пойму, какие именно… Но что-то в нем меня беспокоит.
На самом деле совесть мою беспокоило решение развестись со славной женщиной, чья вина лишь в том, что она не возбуждает меня.
– Не лучше ли вовсе отказаться от этой затеи! – оживленно предложил он. – Возможно, уколы совести подскажут вам иной путь, более справедливый!
Кромвеля воодушевляла малейшая надежда на сохранение состряпанного им брака. Но шансов у него не было.
– Нет, развод – единственный выход. Нашему королевству необходимы настоящая королева и новые наследники, если будет на то воля Всевышнего. Тогда легче будет жить и Эдуарду, не придется одному нести бремя преемника королевской власти.
Кромвель, как и следовало, согласно кивнул; хотя, вероятно, задумался о том, не восстановит ли очередная королева на троне те связи, которые он стремился разорвать.
Неожиданно развернувшись, я быстро подошел к его столу, чтобы взглянуть на разложенные там бумаги. С виду все они казались вполне невинными. Но кто знает? Они могли быть и зашифрованы – насколько я знал, Кромвель изобрел какие-то шифры. Для сокрытия своих планов?
Потом я позволил себе хорошенько рассмотреть его кабинет. Но при таком тусклом освещении углы оставались темными. Прищурившись, я заметил возле одной стены стеллаж, заполненный сосудами странных форм. Подчиняясь внезапному порыву, я взял одну из свечей и направился туда. За мной с явной тревогой последовал Кромвель.
Да, там стояли разнообразные склянки, флаконы и шкатулочки. Среди них были, очевидно, и древние раритеты, о чем свидетельствовало источенное червями дерево.
– Что это за коллекция? – спросил я, взяв один из экспонатов – округлый сосуд с укрепленной на петлях крышкой.
Внутри оказалась какая-то мазь. Я принюхался. На меня пахнуло жуткой мерзостью, подобное зловоние исходит от разлагающейся плоти.
– Я спросил, что это за сосуды? – повторил я.
Как он смел медлить с ответом?
– Я… Простите, это лекарственные снадобья из монастырских лечебниц, – наконец выдавил Крам. – У вас в руках склянка с мазью, снимающей сердечные приступы… Вы помните, что случилось с Карью в пещере?..
Карью… М-да. К сожалению, его сердце перестало биться из-за его предательства, а не из-за болезни. Но мазь наверняка пригодилась бы другим больным!
– А сохранила ли она целительную силу?
– Вполне! Она спасла уже много жизней; монахи того аббатства славились лекарским искусством.
– Почему же тогда вы не поделились ими с нашими придворными лекарями?
– К чему прославлять монахов, которые изобрели столь полезные лекарства? Нет, я предпочитаю…
– Вы предпочитаете прятать эти средства у себя! Пусть люди умирают, лишь бы не возносили благодарности монахам!
– Но необходимо подорвать доверие к ним! – возразил он.
– Кому необходимо, Кромвель? – укоризненно спросил я.
Пробили часы на башне. Значит, я провел здесь полчаса. Сделав вид, что прислушиваюсь к их бою, я подошел к подоконнику, заваленному таинственными книгами.
– Как интересно, – пробормотал я, открывая оконную раму.
Выглянув во двор, я вполне естественно оперся левой рукой на подоконник, а правой…
– Боже, что это? – испуганно воскликнул я, свалив на пол темную груду фолиантов.
Сдавленно выругавшись, Крам рванулся ко мне, чтобы собрать книги. Вдруг из-под подоконника, фырча и шипя, выскочил взъерошенный кот. Черный. Животное уставилось на меня своими дьявольскими глазами, в них плясали красные отблески свечного пламени, но казалось, что зрачки излучают мистический огонь. От испуга меня прошиб холодный пот.
Тем не менее я заставил себя успокоиться и, взяв одну из книг, небрежно открыл ее.
Сочинения Томаса Мюнцера[114], изданные Лютером. Мюнцер… этот анабаптистский бунтарь открыто выступал против королевской власти, а в 1524 году возглавил крестьянское восстание в Германии! Еретическая книга… одна из самых вредоносных.
Отбросив ее, я взял другую. Трактат Филиппа Меланхтона[115], обвинявшего меня в замашках Нерона и желавшего, чтобы Господь надоумил какого-нибудь героя убить меня. Этот напечатанный в Цюрихе труд тайно привезли в Англию.
– Крам… – в ужасе прошептал я.
– Все это, ваша милость, изъято у известных еретиков и сохраняется до суда как свидетельство их преступлений, – спокойно и самодовольно пояснил он. – И ваша реакция со всей очевидностью подтверждает тяжесть вины этих грешников. Любой человек, владеющий такой мерзостью, должен быть объявлен еретиком. Разве вы не согласны?
– Вы держите их в своих покоях, Кромвель… – наконец сказал я. – Ваш кабинет уже пропитался скверной…
Попадались и не «еретические» труды вроде серьезных научных трактатов Цвингли, Кальвина и Лютера. В них содержались, однако, мятежные призывы одержимых дьяволом безумцев. Только тот, кто вынашивал тайные планы восстания, мог хранить у себя подобные руководства к действию.
– К сожалению, – пожав плечами, удрученно заявил он, – мне пришлось привезти эти книги сюда, дабы уберечь от воров. Вы даже не представляете, с какой ловкостью орудуют жаждущие добраться до них веронарушители! – Кромвель грустно усмехнулся. – Они готовы рискнуть всем, лишь бы уничтожить эти свидетельства обвинения. А человеку, пытающемуся спасти свою жизнь, придает силы сам дьявол.
«Не он ли подсказывает ему хитроумные ответы, – подумал я. – Сатана защищает своих должников».
Теперь я узнал все, что хотел. Мысленно я возблагодарил Христа за то, что Он явил эти знаки, открывшие мне глаза. Я пожелал Кромвелю спокойной ночи, но покинул его с тяжелым сердцем. Как же мне хотелось, чтобы на самом деле он оказался совсем другим человеком, ну почему, скажите на милость, самый талантливый из советников короля соблазнился ересью и жаждал установления порочной власти…
Несколько оставшихся до рассвета часов я пребывал в странной задумчивости, созерцая, как темнота опочивальни постепенно рассеивается и сменяется голубоватым туманом. Наконец из-за двери донеслись привычные утренние звуки: зевающие и потягивающиеся слуги принялись греть воду, чистить и раскладывать одежду, готовясь к ритуалу утреннего туалета.
Я спустил ноги с
Ознакомительная версия. Доступно 51 страниц из 338
