чтобы провести через толпу, и она все еще ощущала его прикосновение. В голову пришла странная мысль: как бы изменилась ее жизнь, будь рядом с ней мужчина? Не какой-нибудь кожевник или могильщик, а кто-нибудь… такой, как Вернер? Она подняла глаза. Решительно вскинув подбородок, Вернер поднял руку, пытаясь привлечь внимание трактирщика. Почувствовав на себе взгляд Лене, он посмотрел на нее и улыбнулся.
– Вы уверены, что это нужное место?
Лене собралась с мыслями и огляделась вокруг.
– Да. Вон там, кажется, можно пройти!
Они протиснулись в открывшуюся лазейку и наконец добрались до грубой деревянной стойки, за которой трудились около дюжины работников, в том числе женщины, – наливали пиво, брали деньги и периодически призывали посетителей к порядку.
Лене подошла к полной женщине средних лет в простом льняном платье и фартуке. Чепчик у нее на голове съехал, каштановые с проседью волосы спутались и прилипли ко лбу, на котором блестели капли пота. Женщина указала на Лене пальцем, и та сразу ухватилась за возможность:
– Мне нужно поговорить с хозяином!
Уперев руки в полные бедра, женщина строго, но не без симпатии оглядела Лене.
– А в чем дело? Что-то не так?
– Я предпочла бы сказать это лично! – Лене пришлось кричать, чтобы ее было слышно в этом грохоте.
– Лично не получится! – ответила женщина, уже собираясь отвернуться.
– Меня прислал Пит Смайлин!
– Правда? – прищурилась она.
– Пожалуйста, это очень важно!
– Эй, Мэгги! – крикнул кто-то.
Женщина отошла, и, пока она отсутствовала, Вернер то и дело обеспокоенно оглядывался назад.
– С Софи ничего не случится, – успокаивающе сказала Лене, чувствуя его тревогу. Само собой, Вернеру хотелось поскорее покинуть это место и удостовериться в том, что его жена в безопасности.
– Ну что тут у вас? – вернувшись, спросила женщина, кажется, ее звали Мэгги. – Или заказывайте, или уходите!
– Мне нужно переговорить с хозяином, – повторила Лене. – Пожалуйста, это очень, очень важно!
Мэгги с раздражением вздохнула, отчего ее грудь заметно приподнялась.
– Сэм! – крикнула она прямо в лицо Лене, отчего та невольно отшатнулась. – Сэмюэл!
В стене за стойкой распахнулась дверь, и оттуда вышел массивный мужчина с блестящей лысиной. Впрочем, недостаток волос на голове с лихвой компенсировала густая рыжевато-коричневая с проседью борода, свисающая почти до груди. Засаленный жилет, под ним – рубашка, закатанные рукава которой открывали ряд зловещих татуировок. Казалось, при виде этого мужчины Вернер окончательно потерял надежду на то, что им помогут.
– Все вопросы туда, – пояснила Мэгги, на этом считая разговор завершенным.
Вернер сглотнул, наблюдая, как здоровяк с бычьей шеей тяжелой походкой направился прямо к нему. Теперь лишь стойка бара отделяла миссионера от груды мышц, которая, казалось, только и ждала повода, чтобы затеять драку.
– Чего тебе? – проревел бородач, глядя прямо на Вернера.
Лене быстро шагнула вперед.
– Меня зовут Лене Воскамп. Я хотела с вами поговорить. Меня прислал Пит Смайлин. Он сказал…
Сэм оперся огромными руками на стойку и наклонился вперед. На обеих руках отсутствовали мизинцы – не похоже на результат несчастного случая.
– Ну и? – последовал вопрос.
– Он сказал, что я могу здесь остановиться.
Сэм приподнял брови. Лене придвинулась ближе к Вернеру.
– А это пастор из Бранденбурга, человек Божий. Они с женой направлялись в Бирму, но их ограбили. Им нужно место для ночлега – на одну ночь или до тех пор, пока церковь не пришлет им деньги.
Сэм выглядел сбитым с толку от такого обилия информации. Он открыл было рот, но Лене его опередила:
– Пит передо мной в долгу.
– Какой еще, черт побери, Пит?! – прорычал Сэм, поворачиваясь к Вернеру, который в испуге посмотрел на Лене.
– Слуга из дома мистера Рэлея, – пояснила она.
Если Пит ее обманул, то все плохо закончится.
Лене наклонилась ближе и, прикрыв рот рукой, тихо добавила:
– Который играет в вист и у которого еще все пальцы на месте. Если вы понимаете, о чем я.
Сэм тут же убрал руки.
– Так бы сразу и сказала.
Он прошел к концу стойки, поднял доску, жестом велел им следовать за ним, а потом с громким стуком опустил доску.
– Сюда, – сказал он, указав на дверь.
Вернер двинулся первым, Лене последовала за ним. За дверью оказалось помещение, напоминающее склад: вокруг громоздились бочки, столы, тюки с тканями и ящики. После того как Сэм закрыл дверь, в помещении стало тише. Вернее, чуть тише, чем в зале, – как если бы они оказались в центре огромного улья.
– Значит, ты знаешь Пита? – прищурился Сэм, закатывая рукава повыше и открывая татуировку с изображением черепа на правом плече. Череп выглядел как-то странно – овечий, что ли?
Лене с трудом отвела взгляд от тату и кивнула.
– Скажем так: мы познакомились за игрой в вист. Пит обещал, что у вас найдется для меня место. По крайней мере, до тех пор пока я… – Она бросила взгляд на Вернера, который молча стоял с суровым выражением лица и скрестив руки, словно решил принимать все происходящее как очередное испытание на своем пути служения Господу. Говорит ли он хоть немного по-английски?
– …пока мне не придется уйти, – закончила она неуверенно.
Сэм потер бороду.
– Звучит слишком неопределенно. У нас здесь не приют сестер милосердия.
– Две недели, – сказала Лене. – Может, три. Не дольше.
– А что ты умеешь, кроме как в вист играть?
– Все. Убираться, шить, стирать. – Она оглянулась вокруг. – Ловить крыс.
Едва заметная усмешка скользнула по губам сурового Сэма. Он повернулся к Вернеру.
– А с ним что?
– Меня зовут Вернер Бреннике. Мы с женой просто ищем ночлег. Завтра мы обратимся в судоходную компанию, там нам помогут.
Лене с облегчением выдохнула. Пастор говорил с заметным акцентом, но его можно было понять.
– У вас уже есть билеты?
Лене едва заметно помотала головой, надеясь, что Вернер правильно поймет ее намек. Сертификат у него в кармане был на вес золота.
– Нет, – ответил Вернер, быстро взглянув на Лене: они были сообщниками. – Мы собирались его приобрести, но нас ограбили. У нас ничего нет, совсем ничего.
Сэм разочарованно фыркнул – единственный комментарий, которым он удостоил ситуацию.
– И вы пришли сюда? Вместе с ней?
Лене кивнула:
– Я встретила их на Харп-Лейн. Они весь день блуждали по Лондону. У них ничего нет – разве что одежда на них.
– Их? – Сэм снова наклонил голову, будто собираясь выставить рога. – Так он не один?
– Со мной моя жена Софи, – быстро ответил Вернер. – Вы окажете нам большую любезность, которая, уверяю вас, не останется без вознаграждения.
Сэм вопросительно хмыкнул.
– Речь идет о спасении вашей души, – пояснил Вернер, чтобы избежать недоразумений
