– Так вот, герр профессор, – впился в собеседника немигающими глазами владелец заводов, – запомните раз и навсегда: концерн вам платит за ваши исследования, а как и когда реализовать результаты этих исследований, определит правление концерна. Такой пункт включен в наше с вами трудовое соглашение, и я требую неукоснительного соблюдения этого правила…
Многое прояснилось для старого нациста Вагнера после этой встречи. Он знал о связях «Фарбенверке» как с заокеанским «Кемикл корпорейшн», так и с Цюрихским банком барона Баруха. До сих пор он полагал, что подобные связи нужны немецким промышленникам лишь для получения иностранных кредитов и стратегических материалов. Теперь в его душу закралось серьезное сомнение. «А что, если дело тут зашло глубже, чем поддерживание старых кредитно-торговых отношений в новых условиях? – спросил он самого себя и ответил тут же:- Да, несомненно, дело касается наших секретов. Не зря же шеф концерна перед каждой поездкой в Швейцарию запасается материалами, свидетельствующими об успехах моих исследований. Финансовые и промышленные тузы по своей природе космополиты. За деньги они продадут и себя, и интересы родины. Не захотел ли герр Иммерман продать «дьявольский цианид» мистеру Томсону? Чтобы предотвратить опасность, надо действовать немедленно».
Вот с такой мыслью он прибыл к Рунге под предлогом поздравить его с высокой наградой. Будущего зятя поздравил он в присутствии дочерей и других лиц, а потом вместе с Альфредом удалился в его кабинет. Беседу он начал издалека. Сначала расспросил о Хубере, о его боевом прошлом, о должности, занимаемой им в Берлине в настоящее время. Ответы Рунге вполне удовлетворили его, и он приступил к делу.
– Значит, вы поедете в Берлин? – спросил профессор.
– Завтра вылетаю. Место в самолете уже забронировано, – ответил Альфред.
– Я тоже хотел бы побывать там, да вот нет возможности. Даже для фюрера приготовил специальный сувенирчик, – хитро улыбаясь, признался профессор.
– Вы хотите передать его через меня?
– О нет! – торопливо замахал Вагнер руками.- Я хочу вручить его фюреру лично. Вас я попросил бы уговорить Хубера устроить мой вызов в Берлин.
– Я попытаюсь, но едва ли он согласится, – усомнился Рунге.- Говорят, фюрер не любит, когда его беспокоят по пустякам. А вручение сувенира, сами понимаете, повод несерьезный.
– Конечно, понимаю, – признался профессор.- Номой сувенир может привести к далеко идущим последствиям. Я это легко доказал бы, если бы фюрер согласился принять и выслушать меня.
– Вы ему хотите предложить какой-нибудь новый проект?
– Да, что-то вроде этого, – уклончиво ответил Вагнер. При этом глаза его злобно заблестели.
– Хубер рассказывал, что всех, кто является в имперскую канцелярию с предложениями новых проектов вундерваффе или иных фантастических планов разгрома врагов, личная охрана фюрера отправляет в психиатрическую больницу…
– Знаю! – сердито перебил Альфреда будущий тесть.- Вы же знаете, что я не сумасшедший. Вот и убедите в этом вашего Красавчика.
– Постараюсь, – пообещал Рунге.- Как только он согласится устроить вашу встречу с фюрером, я сразу же позвоню вам по телефону.
– Ни в коем случае! – испугался Вагнер.- Телефонные переговоры подслушиваются, и у меня немало завистников, которые постараются сорвать мою поездку в Берлин. Лучше дайте телеграмму на имя дочери.
Рунге согласился, после чего профессор объяснил ему? как зашифровать телеграмму.
За два дня Магда получила от Альфреда три телеграммы. «Какой он добрый! – целуя цветные бланки с заклеенными телеграфными лентами, подумала она.- Даже в столице ни на минуту не забывает думать обо мне».
В первой телеграмме Рунге сообщал о своем благополучном, прибытии в Берлин. Вторая немного удивила Магду. Альфред в ней сообщал об удачной покупке книги фюрера «Майн кампф». «Экая невидаль! – засмеялась фрау Крамер.- Стоило ли тратить деньги, чтобы телеграфировать об этом в Линц?» Третью телеграмму она вообще не поняла и показала отцу.
– Белиберда какая-то, – сказала она.- Если бы он сам не предупредил меня о возможности поступления непонятных телеграмм, ей-богу, пошла бы на почту выяснить, в чем тут дело.
– «Книгу «Майн кампф» сдал в переплетную, – вслух прочитал профессор.- Заказ будет исполнен послезавтра. Цена услуги – 22 марки 35 пфеннигов. Без золотого тиснения меньше. Целую. Твой Альфред».
Глаза Вагнера наполнились слезами радости. «Вот когда исполнятся мои заветные мечты! – мысленно воскликнул он.- Фюрер несомненно поддержит меня. Германия будет спасена!»
– Вы поняли что-нибудь? – спросила дочь у отца.
– Да, – подтвердил тот – Хотя все три телеграммы адресованы тебе, однако две последние предназначены для меня. В первой из них сообщается, что обо мне доложено фюреру, а в последней говорится, что фюрер примет меня послезавтра в 22 часа 35 минут. Все это надо держать в строжайшей тайне. Пока не доеду до Берлина, о моей поездке никто не должен знать Билет в мягком вагоне закажи на свое имя, а если кто поинтересуется, скажи, что едешь к Альфреду.
Магда согласилась и пообещала сделать так, как он велел. Но на душе стало сразу муторно. С тех пор как из случайно просмотренного в фотолаборатории кинофильма она узнала чем занимались ее отец и брат, Магда начала бояться всего. «Возмездия нам не миновать, – шептала она, когда возвращалась в «мерседесе» домой, Рихард уже поплатился своей головой. Отца тоже рано или поздно призовут к ответу. Но зачем же впутывать в это страшное дело еще меня и Альфреда? Ведь он наверняка повезет к фюреру либо тот фильм, либо свое изобретение, и, когда наступит час расплаты, несомненно спросят и у нас с Альфредом, почему мы помогали отцу осуществить его преступные планы. Боже мой, как мне выпутаться из этого ужасного положения?»
Своей тревогой она не могла не поделиться с Фанни, которая на время отсутствия Рунге согласилась переселиться к сестре, чтобы Магде не так было скучно. Конечно, сделала она это по совету самого Альфреда, для того чтобы следить за каждым шагом Вагнера и своевременно сообщить обо всем нужным людям. Услышав сетования Магды, она принялась успокаивать ее.
– Не горюй, сестра. Все уладится. Альфред знает, что делает. С ним ты не пропадешь.
– Меня возмущает поведение отца. Только мы начали жить по-человечески – вмешался он, и все полетело кувырком. Сначала он уговорил Альфреда поступить на службу, а теперь вот впутывает в опасное дело. Знаешь, кажется, отец боится твоего жениха. Поэтому он и делает тайну из своей поездки в Берлин. Скажи, ради бога, может быть, мне лучше отказаться от помощи, о которой он просит меня? – спросила Магда.
– Что ты должна сделать для него? – спросила Фанни.
– Просил заказать на мое имя железнодорожный билет до Берлина. Втайне от всех он собирается съездить к фюреру.
– Ничего необычного в этом я не нахожу. Если он просит, то надо ему помочь.
Магда позвонила по телефону в бюро добрых услуг, и через три часа привезли билет, а так как в то время сама занималась с детьми, то заказ приняла Фанни. Номера вагона и места она в тот же вечер сообщила товарищам Альфреда. Это и определило дальнейший ход событий. Не успел еще берлинский поезд вырваться из пригородов Линца в широкие просторы предгорий Альп, как в дверь купе, в котором ехал Вагнер, кто-то постучал.
– Войдите! – неохотно разрешил профессор.
Дверь раскрылась, и в купе вошли два незнакомых эсэсовца – офицер и рядовой.
– Очередная проверка! – объявил офицер.- Предъявите документы и вещи!
– Простите! – стараясь казаться спокойным, тихо откликнулся Вагнер – Насколько мне известно, проверяющие сначала сами должны подтвердить свои полномочия.
Офицер молча достал из нагрудного кармана свое удостоверение и показал его профессору Тот не спеша надел пенсне и внимательно прочитал предъявленный документ, в котором было написано, что оберштурмфюрер СС Людвиг Блашке является сотрудником городского управления гестапо и ему предоставлено право проверки документов и личных вещей пассажиров и работников транспорта с целью выявления и задержания вражеской агентуры. Документ был заверен печатью и хорошо знакомой подписью шефа гестапо Рудольфа Иммермана.
«Значит, пронюхали о моей поездке. Что же теперь будет?»- со страхом подумал Вагнер. Ничего не поделаешь, пришлось покориться судьбе. Он тяжело вздохнул и предъявил свои документы.
– Благодарю вас, – вежливо козырнул офицер, возвращая удостоверение.- Теперь покажите вещи!
Профессор открыл маленьким ключиком замки кожаного чемодана и предъявил различные предметы одежды, туалетные принадлежности и хорошо оформленный альбом с портретами руководителей третьего рейха. Они не вызвали особого интереса у проверяющих.
