папочка».
Он знал, что, если папа пошевелится, то его можно легко разбудить. Когда папа проснется, он может сказать, что ему страшно, поэтому он должен спать между ними. Иногда можно признаться в своих страхах. В любом случае, он ещё совсем ребенок.
Но сегодня по какой-то причине Цзи Ян не просыпался, а продолжал сладко спать. Цзи Сяо Чжо не растерялся и приблизился к уху отца, чтобы позвать его. Но тот по-прежнему спал.
Цзи Сяо Чжо недоумевал и не понимал, что случилось с его отцом сегодня вечером, но он не хотел будить маму, боясь, что она не выспится. Спустя какое-то время Сяо Чжо, находясь в отчаянии, был вынужден вернуться ко сну. Он крепко прижался к Тан Тан и попытался втиснуть своё пухленькое тельце в её объятия. Он ерзал до тех пор, пока его положение полностью его не удовлетворило, а затем уснул.
Цзи Ян открыл глаза, улыбнулся, укрыл малыша одеялом и положил свою большую руку ему на живот. И мать, и ребёнок были притянуты в его объятия.
* * *
На следующий день, когда Сяо Чжо проснулся, родителей уже не было рядом, но он всё ещё хорошо помнил прошлую ночь. Он разозлился и сразу же закричал: «Мамочка...»
Тан Тан в это время делала процедуры по восстановлению красоты в ванной. Она испугалась и поспешила выйти: «Что случилось?»
Цзи Сяо Чжо увидел свою маму и почувствовал себя обиженным: «Мама, ты бросила меня прошлой ночью. Ты хочешь только папу, а я тебе теперь не нужен!»
«А?» — Тан Тан не могла понять, о чём идёт речь. Когда это малыш стал ей не нужен? — «О чём ты говоришь, Бао Бао? Когда это мама бросала тебя?»
Цзи Сяо Чжо запрыгал на кровати, и та заходила ходуном: «Мамочка, не ври мне, я всё видел, когда захотел в туалет посреди ночи. Ты спала с папой, а я спал один. Его ты обнимала, а меня нет!»
Жалоба Цзи Сяо Чжо была слишком правдоподобной, ему незачем было врать, поэтому Тан Тан удивлённо раскрыла глаза и широко открыла рот.
Когда это она успела заснуть в обнимку с Цзи Яном? Почему она ничего об этом не знала? Неужели ей снова приснилось что-то непристойное ночью, и из-за этого она начала ворочаться и прижиматься к Цзи Яну? Скорее всего она оказалась в объятиях Цзи Яна, потому что он принял её за Сяо Чжо и обнял.
Тан Тан подумала, что такое вполне могло произойти. Вариант, где Цзи Ян мог сам проявить инициативу и обнять её был невозможным.
В конце концов она позволила себе такое поведение. Что о ней теперь подумает Цзи Ян? Не покажется ли ему, что она слишком раскованна?
Тан Тан погрузилась в свои мысли и ничего не могла с собой поделать. Другие варианты развития событий даже не приходили ей в голову.
Цзи Сяо Чжо некоторое время наблюдал, как его мама хмуриться. Она разозлилась и стукнула себя по голове. «Мамочка, что ты делаешь? Ты меня слушаешь?»
Тан Тан тут же опустила руки и почесала затылок: «Я слушаю, но мама сделала это не специально. Мама наверное сильно ворочалась во сне и оказалась в объятия твоего папы».
«Неужели?» — у Цзи Сяо Чжо не было причин не верить. Он тоже так думал. Папа никогда раньше не обнимал маму. Подобное произошло один единственный раз прошлой ночью. Возможно, она действительно сделала это не специально, поэтому малыш обнял Тан Тан за шею и сказал: «Мамочка, ты должна хорошо себя вести и не ворочаться сегодня вечером, когда мы ляжем спать. Если захочешь обниматься, лучше обними меня».
Тан Тан кивнула, и её лицо заалело.
Когда вечером пришло время ложиться спать, Цзи Сяо Чжо схватил свою подушку и устроился по середине кровати. Он раздвинул руки и ноги, чтобы разделить родителей, как млечный путь галактику.
Тан Тан опустила голову и с серьёзным видом продолжила заниматься пошивом одежды, делая вид, что не замечает намерений Цзи Сяо Чжо. Цзи Ян тоже не стал обращать внимание на Цзи Сяо Чжо и спокойно читал свою книгу. Они оба вообще никак не взаимодействовали.
Цзи Сяо Чжо постепенно успокоился и окончательно убедился, что произошедшее прошлой ночью было случайностью, поэтому перестал обращать внимание на родителей. Он медленно закрыл глаза и вскоре погрузился в сладкий сон.
Остальные два человека в спальне продолжали бодрствовать. Тан Тан снова пришла на ум сцена, разыгравшаяся прошлой ночью, где она обнимала кое-кого без тени стеснения. Она никак не могла успокоиться, и ей стало казаться, что в воздухе витает ощущение чего-то непристойного. Это заставляло её ещё больше нервничать и смущаться, поэтому Тан Тан пришлось последовать примеру малыша и лечь спать пораньше. Когда она заснет, то перестанет что-либо чувствовать.
Цзи Ян хотел насладиться сладостью момента близости с Тан Тан, но не мог. Он не хотел, чтобы Тан Тан сбежала. Он ей явно нравится, но она продолжала думать, что безразлична ему, и старалась избегать разговоров с ним. Скорее всего, она боялась, что он откажет ей. Честно говоря, если бы она призналась ему в прошлом, то, вероятно, так бы и было.
Если он вдруг скажет ей, что она ему нравится, то она испугается или подумает, что он шутит, не так ли? Скорее всего, так и будет, поэтому ему нужно было дать ей понять, что она ему нравится, а потом сказать об этом прямо, чтобы она приняла его чувства как должное.
Подумав об этом, Цзи Ян прошептал: «Тан Тан, у меня болит грудь. Можешь подойди и помочь мне посмотреть?»
Тан Тан услышала его и, всё ещё переживая смущение, тут же поднялась. Она перебралась к Цзи Яну через Цзи Сяо Чжо и, протянув руку, положила её на грудь Цзи Яну: «Здесь? Сильно болит?! Ты сегодня поранился на тренировке?»
Цзи Ян с облегчением вздохнул про себя, но на его лице не отразилось никаких эмоций: «Во время спарринга, меня случайно ударили кулаком».
Цзи Ян не лгал, его действительно ударили кулаком, но для него такой удар не имел значения, а вот его противник даже вскрикнул от боли.
А теперь он вспомнил об этом и рассказал Тан Тан. По правде говоря, Цзи Ян считал, что он ведет себя довольно бесстыдно. Зачем он это сделал? Он просто сделал это и не хотел останавливаться.
Любовь действительно меняла людей.
Тан Тан услышала, что Цзи Яна кто-то ударил, и начала переживать, не
