Она просто сказала:
– Серьезных повреждений нет. Советую вам обратиться со своими тревогами к страховой компании. В зависимости от уровня покрытия они могут оплатить ремонт.
Исками к страховой занималась в их семье Элена. На глазах у Сэм инспектор убрала телефон и блокнот в сумку, на которой тоже был вышит логотип отдела. Гладкая красота гостьи плохо сочеталась с униформой, Мадлен отличалась от любого известного Сэм начальства. Но уже было ясно, как себя поведет представитель государства: их с сестрой бросят на произвол судьбы. Мадлен заключила:
– Просто не приближайтесь к нему…
– Это он к нам приближается.
– …И все будет хорошо. У вас тут интересный, возможно уникальный случай встречи с дикой природой. Соблюдайте безопасную дистанцию и наслаждайтесь.
Во дворе они стали прощаться. Мадлен вручила свою визитку, а Сэм тем временем все пыталась разобраться, что собой представляет инспектор. Ведет себя покровительственно – или это просто от высокомерия? Как у тысяч прочих пижонов, которые каждый день катаются через канал. Под конец прощания Сэм не выдержала:
– Круто, что вы… как вы вообще этим занялись?
– Я изучала дикую природу в школе. Меня всегда интересовали животные. Как они себя ведут, как мы с ними взаимодействуем. Я когда-то ходила с дядей ставить капканы.
Такая безупречная дама, и вдруг капканы в лесу.
– Забавно, – улыбнулась Сэм. – По вам не скажешь, что вы на такое способны.
И как только она услышала собственные слова, то поняла, что зря их произнесла. Мадлен поджала губы. Нет, хотелось поправиться Сэм, я не это имела в виду, просто собиралась… Но никакое объяснение не сотрет сказанного, и, господи, как же она это ненавидела! Почему в ней вечно прорывается косноязычный и неуклюжий ребенок, который напрасно пытается держаться наравне с уверенными женщинами вроде Мадлен и Элены?
– Если вам что-то еще понадобится, на визитке есть контактные данные нашего отдела, – сказала инспектор. – Хорошего дня.
– И вам тоже. – Сэм переполняли горечь и смущение. Она ненавидела смущаться, и при этом ей вечно приходилось это делать.
Сэм вернулась в дом. Разулась – наверняка на обуви осталась земля. Потом пошла проверить, как дела у матери. Помогла ей добраться до туалета. Пока мать сидела на унитазе, поразмышляла об униформе и прическе «конский хвост», о визитках и элегантности. В голову все время лез конец их разговора с Мадлен. Стоя на коленях в ванной, Сэм вспоминала каждую свою ошибку, каждый момент, когда после ее слов гостья делала паузу и щурилась, а в голосе у нее добавлялось сдержанности.
Но потом Сэм решительно отринула терзания. Убедила себя, что не в ней дело. Сама инспектор себя странно вела. Мама спустила воду, и сквозь шум Сэм повторила себе, что это Мадлен неправа, а не она.
Богатые, слишком образованные люди, которые считают себя лучше других, – Сэм не хотела иметь с ними ничего общего. Мадлен ничем не напоминала Элену. Что за глупость сравнивать их. Когда мать вернулась в постель, Сэм пошла к себе и открыла на телефоне новый опрос.
Снаружи послышались голоса.
Элена. За стеной отчетливо звучали интонации сестры – но откуда? почему сейчас? Сэм сунула телефон в карман и поспешила к двери.
Элена в рабочей одежде стояла в том месте, где дорожка от их дома выходила на проезжую часть. И где была припаркована машина Мадлен. Причем инспектор еще не уехала, она разговаривала с Эленой. Когда Сэм вышла и увидела их, сестра оглянулась, помахала и жестом показала на гостью:
– Эксперт по медведям!
– Что ты тут делаешь? – спросила Сэм.
– В кухне перегорел предохранитель, – пояснила Элена. – Нас отправили домой, пока не починят. Сказали, может, несколько часов понадобится. И смотри, кого я встретила.
Сэм почувствовала жар на коже и поняла, что краснеет. Войдя в дом, она обулась, выдохнула и вышла обратно.
– Он в состоянии убить небольшого оленя, – рассказывала Мадлен ее сестре, когда Сэм подошла к ним. – Но в основном ест корешки, фрукты, зерна, насекомых.
– И рыбу? – предположила Элена.
– Да, и рыбу, конечно. И мелких млекопитающих. Медведи всеядны.
– Она тебе рассказывает, что нам не стоит бояться нападения? – бросила Сэм Элене.
Та повернулась к ней. В черной рубашке поло, с зачесанными назад волосами сестра выглядела усталой и задумчивой.
– Мы разговаривали про то, чем питаются медведи, – ответила она, а стоявшая рядом Мадлен добавила:
– У меня сложилось ощущение, что вас в основном тревожат повреждения, нанесенные дому. Но вы еще и нападения опасаетесь?
Неужели Мадлен смеется над ней? Она повторила слова Сэм так, чтобы они звучали по-идиотски, но ничего идиотского в них не было. Любой, у кого под окнами бродит медведь, испугался бы нападения.
– Конечно, опасаюсь, – заявила Сэм. – Нас преследует медведь гризли.
Собеседницы не восприняли ее всерьез.
– Да ладно, – махнула рукой Элена, а Мадлен поправила:
– И он не гризли.
Элена с интересом повернулась к ней:
– Не гризли?
– Нет, я говорила вашей сестре во время нашего первого разговора. Это определенно черный медведь.
– Но он же не черный, – удивилась Элена.
– Они бывают коричневого цвета или даже светлее, – пустилась в объяснения Мадлен. Опять лекция от эксперта. – Для черного медведя главное не цвет. Это отдельный вид, сродни скорее азиатскому черному медведю, чем американскому бурому.
– Неожиданно, – отметила Элена. – Я себе представляла, что черные медведи поменьше.
– Они среднего размера.
– Наш огромный.
– Средний размер для медведя все равно довольно велик, – сказала Мадлен. – Самцы в полный рост – примерно полтора метра. С такими не стоит связываться.
– Он выглядел побольше полутора метров, – произнесла Элена негромко.
Тут Сэм вмешалась в разговор, чтобы поддержать сестру.
– Элена знает. Он к ней пару дней назад вплотную подошел.
– Понятно. Ну, когда внезапно видишь крупных животных вблизи, испытываешь потрясение, и в результате с восприятием происходят странные вещи. – Потом инспектор добавила, обращаясь к Элене: – Наверняка вы были напуганы, когда открыли дверь и обнаружили медведя.
– Да ничего страшного, – возразила Элена.
– Вот и нет, он к ней подошел совсем близко, и это было не здесь, не у дома, – снова вмешалась Сэм. – Сестра его отлично видела. И считает, что это гризли.
Мадлен изучила их обеих, потом залезла в сумку и снова достала блокнот.
– Речь о встрече, которую вы упоминали по телефону. На Кэттл-Пойнт-роуд.
– Верно, – подтвердила Сэм. – Он прямо к ней подошел. – Элена уставилась на Сэм, так что та именно ей сказала: – Расскажи сама.
Сестра не выглядела расстроенной, не хмурилась, но шанс рассказать свою историю ее и не порадовал. Она не демонстрировала вообще никаких эмоций. Не то что после той встречи на тропе, когда она слала кучу сообщений, звонила, торопливо пересказывала подробности; когда Элена
