на часы:
– Я знаю эту модель. – Соня понизила голос, перегибаясь через стойку, словно собиралась рассказать секрет: – Она стоит больше двухсот тысяч долларов.
Киран слегка побледнел, его пальцы дрогнули, но Соня не обратила на это внимания, потому что продолжала разглядывать циферблат. В глазах ее застыло немое восхищение. В жизни они выглядели гораздо более впечатляюще, чем на фотографиях в интернете.
– Откуда ты знаешь? – настороженно спросил Киран.
Соня перевела на него сияющий взгляд.
– Однажды я рисовала комикс, – поделилась она, – главный герой истории был очень богат. Я продумывала его образ, и часы – вот эта модель – стали одной из деталей. Я так долго рассматривала их, пока рисовала, поэтому узнаю, даже если меня ночью разбудить. Я всегда думала, что элитные часы – это «ролексы», но «Гугл» сказал, что самая дорогая модель «ролексов» дешевле самой простой модели Patek Philippe, представляешь? Это действительно бренд для самых богатых людей в мире!
Киран вдруг закашлялся, и Соня наконец оторвала взгляд от часов и перевела на него. Он отвернулся, продолжая кашлять, пока Соня обеспокоенно наблюдала за парнем. Ему потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя.
– Все в порядке? – растерянно спросила, когда он замолчал, потер глаза и хмуро уставился на часы, как будто они нанесли ему личную обиду.
– Да. Просто поперхнулся, – прохрипел он.
Соня моргнула.
– Так чьи это часы?
– Забыл кое-кто из жильцов, – буркнул Киран, – как раз пытаюсь с ним связаться, а ты отвлекаешь.
– Извини… – пробормотала Соня, смутившись. – Я не думала, что…
– Соня, – оборвал ее Киран, подняв напряженный взгляд, – все еще отвлекаешь.
Соня скрыла обиду за равнодушным хмыканьем.
– Ну и ладно! Я вообще уже ухожу! – заявила она и, развернувшись, стремительно покинула холл, возмущенная его внезапной неоправданной грубостью.
Киран еще никогда не бывал с ней груб, хотя она не первый раз отвлекала его от каких-то дел. И ведь даже не сказала ничего особенного… Может, конечно, он нервничал из-за того, что такая дорогая вещь оказалась под его ответственностью, но это ведь не повод срывать злость на ней, правда?
Какой же нерадивый владелец! И вообще как наручные часы можно забыть на стойке регистрации?
Она встряхнула головой, чтобы избавиться от глупых мыслей. Наверное, богатым просто нет до этого дела.
Ей даже на мгновение не пришла в голову мысль о том, что человек, который может позволить себе такие часы, не станет останавливаться в таких дешевых апартаментах.
– Не могу отделаться от мысли, – внезапно сказала Джания.
Они сидели в кофейне на берегу моря. Соня пришла сюда поработать, но все чаще ловила себя на том, что смотрит в окно и любуется набегающими на песок волнами. Не было ничего страшного в такой прокрастинации: Соня работала так продуктивно, что впервые за долгое время никакие дедлайны не поджимали.
– От какой? – рассеянно спросила она, поняв, что подруга не планирует продолжать.
Джания откинулась на спинку стула и перекинула через плечо волосы, прочесывая пряди пальцами. Она делала так, когда мысли ее витали где-то далеко. Выглядело красиво: тонкие пальчики Джании легко проходились по гладким волосам, словно рассекали блестящий черный водопад.
– Лицо Кирана кажется таким знакомым, – пробормотала она задумчиво.
Соня встрепенулась. Имя «Киран» действовало на нее как глоток крепкого кофе – она тут же превращалась в один сплошной нерв.
– Да? – выдала она, и голос ее надломился.
Однако Джания, казалось, не заметила – слишком глубоко погрузилась в размышления. Ее большие темные глаза заволокло дымкой, и Соня не могла понять, скрываются ли в этой дымке чувства, которые она испытывала сама, думая о Киране.
Господи… Интересно, и каким же образом она планировала порадоваться за них, если они начнут встречаться?
Джания вздрогнула, будто сбрасывая наваждение, и посмотрела на нее с легкой улыбкой.
– Порой кажется, что я где-то его видела, но никак не могу понять, где именно, – пояснила она уже более оживленно.
– Ничего не могу сказать. – Пожав плечами, Соня отвернулась к окну. – Он красивый, может, где-нибудь снимался в качестве модели в рекламе? – предположила.
Джания поджала губы, раздумывая.
– Блин, – вдруг выругалась она, и Соня рассмеялась от неожиданности, она не привыкла слышать от подруги грубые слова. – Как же раздражает то, что не могу вспомнить! Ужасное чувство.
– Да ладно, – Соня потрепала ее по плечу, – спроси у него при встрече, не снимался ли он где-нибудь, и не придется голову ломать.
Джания кивнула, но лицо ее оставалось задумчивым.
Разговор о Киране напомнил Соне про вопрос, который она хотела задать подруге.
– Слушай, Джания… – Соня прикусила щеку изнутри и, дождавшись, пока девушка обратит на нее взгляд, продолжила: – Ты вызывала когда-нибудь врача на дом?
Джания чуть растерялась.
– Да, бывало раза два.
– И во сколько обходился визит?
– Это покрывается страховкой, без нее нет смысла, очень дорого.
Соня напряглась.
– Дорого?
– Конечно! – Джания округлила глаза. – Медицина здесь дорогая. А что случилось? Тебе нужен врач? – обеспокоилась она.
– Нет. – Соня покачала головой. – Просто, пока мне было плохо, Киран вызывал врача. Я проснулась, а у меня капельница стоит. Плюс лекарства… – Она вздохнула, опустив взгляд на пальцы, в которых крутила стилус. – Но он не просил меня вернуть деньги. И я думаю, сколько он мог за это заплатить.
– Ну, – Джания задумчиво сложила губы трубочкой, – дай-ка я проверю. – Она уткнулась в ноутбук, быстро что-то напечатала, глаза заскользили по экрану. Соня терпеливо ждала, наблюдая за ее посерьезневшим лицом. – В общем, – выпрямляясь, объявила подруга пару минут спустя, – вызов врача, капельница и лекарства могли обойтись ему… минимум в восемь с половиной тысяч бат.
Соня поперхнулась собственной слюной, и Джания, перегнувшись через стол, похлопала ее по спине.
– Восемь с половиной тысяч? – в ужасе переспросила Соня.
Джания кивнула, встревоженно глядя на нее, и поинтересовалась:
– Он правда не просил тебя вернуть деньги? – Соня качнула головой, огромными глазами уставившись прямо перед собой. – Может быть, забыл…
– О том, что заплатил восемь с половиной тысяч бат? – недоверчиво уточнила Соня.
– Минимум.
– Минимум! – драматично повторила Соня, падая лицом в сложенные на столе руки.
– Просто спроси, сколько ты ему должна, – успокаивающе посоветовала Джания, мягко гладя ее по облаку волос. – Или не спрашивай. Такие деньги на дороге не валяются.
Соня поднялась, только чтобы укоризненно взглянуть на нее, но Джания лишь пожала плечами.
– Ладно, – пробурчала она, – я поговорю с ним. Но восемь тысяч – это же мой месячный бюджет…
Джания сочувствующе поджала губы, но сказать ей было нечего, поэтому она вернулась к работе. Соня тоскливо вздохнула, глядя
