с одинокой лавки. Они единогласно признали его романтиком.
И все же порой Наташе было неудобно, когда вспоминала, что их анонимность однобока. Михей писал, что сидит тоже на скучной лекции, а она тут же вспоминала расписание его потока. Упоминал лучшего друга, и она тут же узнавала Пашку Колосова, с которым Миша был не разлей вода.
Ей все сложнее и сложнее было себя сдерживать и очень хотелось сказать ему, что Ириска – это Наташа Архипова. Вывести их отношения из онлайн-режима.
С такими мыслями она зашла в секретариат и застыла в дверях. Секретаря на месте не было, зато около принтера стоял Дима-Дурсель и так резко обернулся, что сразу себя выдал. Так дергаются, лишь когда ловят с поличным. Наташа в этом убедилась, когда яркий свеженапечатанный листок появился на выдаче принтера.
– Это флаер? – Наташа прищурилась и слегка наклонила голову, чтобы прочитать красную надпись вверх ногами.
– Реклама, хочу репетитором поработать, – не стал отнекиваться Дима.
– Еще и на цветном принтере.
– Каюсь, грешен.
Парень изобразил вселенское раскаяние и склонил голову. Наташа улыбнулась.
– Сдашь?
Было у нее желание помучить его чуть дольше, чтобы посмотреть на его представление. Но она была его должником, хоть он этого и не знал.
– Прикрою.
Яркая улыбка тут же вернулась на лицо, а предприимчивость вытеснила раскаяние. Дурсель добавил последний листок к внушительной стопке на столе.
– Спасибо, Ириска, ты настоящий друг.
Только когда Наташа уже кивнула и хотела выйти из кабинета, в голове щелкнуло, и она поняла, как он ее назвал.
– Подожди, что?
Дима тоже завис, но лишь на секунду, затем пожал плечами.
– Слетело по привычке. Звиняй.
– Так ты знал?
Наташа подошла к нему.
– Так ты тоже. Ты еще несколько месяцев назад как-то назвала меня Димой.
Наташа сморщила носик. Черт. Неудобно вышло.
– Ты ведь никому не говорил? – Она пыталась поймать его взгляд, но он увиливал.
– Нет, – протянул Дима.
– Врешь? – все напирала девушка.
– Ну, разве что одному новичку чата… Который сопротивлялся вступлению ровно до того момента, как я сказал, что в нашем чате есть красивая студентка с журфака, живущая с ним рядом. А так никому.
– И все?
– И что ее, возможно, зовут Наташа Архипова?
– Ты меня спрашиваешь? – недобро прищурилась она.
– Тогда все.
– Ох, по-хорошему бы разболтать твой секрет, – задумалась Наташа, выдерживая театральную паузу под умоляющим взглядом Димы. – Хоть скажи, это ведь не тот любитель краеведения?
* * *
Это был не он. И больше муки совести Наташу не мучали: Михей знал, с кем переписывается, точно так же как и она.
Она вместе с ребятами из группы сидела на лавочке перед центральным корпусом университета. Погода была замечательной, поэтому на время перемены все были рады погреться на солнышке. И Миша в том числе.
Он сидел на широких бетонных перилах, рядом стояла компания ребят. Наташа задумчиво наблюдала за ним и не могла понять, зачем же ему прикидываться, что ничего не происходит.
Сегодня они столкнулись в дверях, и Миша едва обратил на нее внимание. Легкий кивок, лишь мазнул взглядом. Это какая-то игра? Конечно, вдруг осенило Наташу, он ведь не знает, что я знаю. Как все запутанно…
Она решила, что даст ему понять, что все знает. А там пусть будет что будет. Только осталось придумать лучшую форму. Около дома лавочка пустовала, если не считать соседского кота. Королевского. Так она про себя его называла за горделивый вид. Он всегда так смотрел – снисходительно.
Вот и сейчас нехотя повернул голову, оценил ее, а потом вернулся в прежнее положение, словно разрешил присесть. Достойная, ухмыльнулась Наташа. Она присела рядышком и не удержалась – коснулась рукой блестящей черной шерсти. Кот остался на месте, хоть и редко позволял такие вольности.
Жил котяра в доме, но конкретно ни у кого, появлялся из ниоткуда и пропадал в никуда. И Наташа могла поклясться, что в его мяуканье было осуждение. Нет, конечно. Она знала, что ей просто казалось. Но он был таким же загадочным, как и остальные жильцы этого дома. Кроме нее, если не считать, что она болтала со зданиями и кошками.
На дорожке во двор показался парень в черной толстовке. Наташе пришлось сощуриться на солнце, чтобы рассмотреть в нем соседа с четвертого. Стоило ей это понять, как она отвернулась в другую сторону, а вот кот спрыгнул с лавки и пошел навстречу парню. Наташа не могла поверить: кот остановился около него и немного наклонил морду, словно приветствовал. Парень присел на корточки, почти протянул руку, чтобы погладить, но одернул себя. Кот махнул хвостом и важно прошел мимо.
– Невероятно, – произнесла Наташа.
Она знала, что кот не жалует людей, и его снисходительное отношение к ней принимала за… ну, что она неплохой человек, наверное. И по всем показателям этого грубияна королевский кот должен был смело игнорировать.
– Привет, греешься на солнышке? – Из подъезда вышла Ира. Сегодня она была по-особенному хороша. Свидание? Наташа улыбнулась. Она бы поставила на соседа со второго этажа – между ними определенно искрило.
– Привет, – ответила Наташа Ире ровно в тот момент, когда мимо проходил сосед.
Он удивленно посмотрел в ее сторону. Явно ведь принял приветствие на свой счет, но при этом молча зашел в подъезд.
– Пфф, – недобрым взглядом посмотрела на него Наташа.
– На самом деле он неплохой парень и очень отзывчивый, – заступилась за него Ира, заметив взгляд Наташи.
– Ну вот. Все заняли его сторону. И ты, и кот… – вздохнула Наташа.
– А есть стороны? – улыбнулась Ира.
По обе стороны фронта, подумала Наташа. Между нами идет длительная война взаимной неприязни.
Глава 6
Наташе стоило признаться, она относилась к Мише Барсову с предубеждением. Она и не думала, что он так предан учебе и может проводить столько времени за столом.
Даже с ее горой письменной работы, которую задают на факультете журналистики, она вся измаялась, слонялась без конца по дому и переделала кучу дел, лишь бы не сидеть за занятиями. Но не он.
Это все вина популярности, она добавляла его образу легкомысленность. Наташа улыбнулась, радуясь тому, что только ей известна эта серьезная сторона его характера.
Такой же он и в сообщениях. Она открыла их личную переписку и снова перечитала последние.
Mikhei: «Я понимаю, о чем ты. Иногда так много людей вокруг, но только один рядом».
Ириска: «А иногда рядом только ты сам».
Mikhei: «Точно».
Она решилась. Прикусила от волнения губу и набрала сообщение.
Ириска: «Мне кажется, я знаю, кто ты».
И отправила.
Одна галочка, две
