class="empty-line"/>
Колёса в размеренном ритме стучали по рельсам, вагон плавно раскачивался из стороны в сторону. И так уже две недели. За это время комсомольский задор был уже на исходе. Это первые несколько дней пути казались прекрасными, как же, они едут строить БАМ — Байкало-Амурскую магистраль! Вся страна в патриотическом порыве бросилась выполнять наказ партии.
Ещё три недели назад Казимир Гордеев и Анатолий Дымарский жили своими радужными надеждами. Июнь 1976 года, они только что уволились из армии. Впереди вся жизнь! А что у них было позади?
Казимир лежал на втором ярусе плацкартного купе, он повернул голову. На соседней полке посапывал во сне Дымар. Монотонный стук колёс убаюкивал, и Казик закрыл глаза. Картины детства всплыли в сознании и тот последний день детства тоже.
…Тогда автобус остановился, и Антону нужно было выходить. Как им не хотелось, чтобы Харитон их покидал, воспитатель Алексей Семёнович обратился к Антону.
— Ну вот, Антон, дальше ты один и сам. Будь сильным, пусть Бог тебя хранит!
Эти слова тогда он сказал не только Харитону, а им всем. Антон потом долго бежал за автобусом. Мальчишки прильнули к заднему стеклу и смотрели, как удаляется фигура друга. Детдомовцы слёз не любили, но тогда их не стеснялись.
Их потом тоже разбросили по разным интернатам, троих в Брест отправили, а вторую тройку — в интернат в Высоком. Им хоть немного было легче, они вместе, а Харитон остался один.
Вместе с Гордеевым в Высокое попали Дымарский и Савчук. Не прижились они там, с местными пацанами война началась, да и класс на группы разбит, каждый за себя. Добыв до конца года, Сова в бега подался. С летних каникул в школу не вернулся. Больше они его не видели. Сами с трудом дотянули до десятого класса. Толе справку дали, что прослушал школьный курс. Таких справок в классе с десяток выдали. Учиться никто не хотел!
Дымару теперь без аттестата жить надо. А зачем аттестат этот, работяги нужны везде, возьмут и без аттестата, лишь бы вкалывал!
В армию Гордеев и Дымарский вместе ушли и попали в одну часть. Служили в Липецке в стройбате, там и освоили строительные специальности.
Перед увольнением многие сослуживцы в роте разговоры заводили о том, чтобы на БАМ рвануть — Байкало-Амурскую магистраль строить. По комсомольским путёвкам, хотя ни Казимир, ни Анатолий комсомольцами никогда не были. Там заработать можно, вот за этим и ехали. Жизнь начинать надо, а денег дядя и тётя им не дадут, да и родни той нет, так что только на себя надежда! Вот она, взрослая жизнь, и началась.
…Гордеев открыл глаза, прямо на него смотрел Толя.
— Ты чего не спишь? — адресовал ему вопрос Казик.
— Не спится, вот думаю, зачем мы в такую даль поехали. В Москву можно было рвануть! Ехать надоело!
— Дымар, ты чего? С твоей справкой только в Москве и ждут!
От их разговора внизу проснулись соседи, Виктор Каюров из Уфы и киевлянин Дмитрий Зеленко. Дима до хруста в суставах потянулся и, зевая, протянул:
— Не, пацаны, за эту дорогу высплюсь на всю жизнь!
Дымарский не разделял его радужных настроений.
— Пахать начнёшь, на ходу спать будешь!
К разговору подключился и Виктор.
— Ребята, а вы знаете, как расшифровать «БАМ»? — он обвёл всех загадочным взглядом.
— Ну и что ты придумал? — Казик подтолкнул его к ответу.
— Да не придумал, вчера в соседнем вагоне услышал. БАМ — это Брежнев Абманывает Молодёжь!
Казик изобразил подобие улыбки.
— Тоже мне, грамотеи! Да мне по барабану, кто кого обманывает, будут платить — буду пахать! За копейки я и на завод пошёл бы! Дымар, я прав?
— Прав, Казик, я тоже так считаю! Ну что, братва, перекинемся в картишки? — Толя спрыгнул с полки.
Остальные готовы были присоединиться. А чем ещё можно было заняться от скуки в ограниченном пространстве! А так хоть время убивали.
Через неделю прибыли к месту назначения. Бригаду из восьми человек, в которую вошли Казимир и Анатолий, на автотранспорте доставили в Усть-Муй. Посёлок располагался на берегу у слияния рек Муи и Витима. Остановились у дома с вывеской «Витимская партия. Багдаринская геологическая экспедиция». Их поселили в общежитии, друзья расположились на соседних кроватях.
— Всё как всегда! В этой стране мы с тобой на казёнке всю жизнь проведём! — подытожил Казимир.
— А нам что, привыкать? — отозвался Анатолий.
Два дня ушло на оформление документов, обустройство и ознакомление. Позже они сменят бригаду на Ангароканском перевале. Работали вахтовым методом, смена каждые двенадцать суток.
Через два дня двадцать человек транспортным вертолётом за 200 километров перебросили к месту работы. Пролетая на вертолёте меж двух огромных сопок, ребята с замиранием сердца смотрели вниз — такой красоты в своей жизни они ещё не видели. Вот она первозданная красота природы! Уже на земле они только и вертели головами по сторонам, бросая восхищённые взоры вокруг.
К ним подошёл мужчина огромного роста, это был бригадир. Он понимал настроение прибывших романтиков, молодёжь, что они видели?
— Э, молодёжь, эта красота вам ещё надоест! Напашешься здесь — не до красоты! — проговорил он с усмешкой.
— Да разве может такая красота надоесть? — с удивлением отреагировал Казик.
— Ну-ну, посмотрим! А сейчас прошу к нашему шалашу! — он указал на бревенчатый домик. Там и поселились прибывшие строители коммунизма.
Больше времени на раскачку не отводилось. С самого утра на следующий день приступили к работе. Бригада из десяти человек, в которую были определены Казимир и Анатолий, занималась расчисткой леса для будущей дороги. Работа не для слабаков, но таковыми друзья себя не считали. Втянулись и быстро привыкли к физическим нагрузкам.
Валили вековой лес, делали обрубку, жгли ветви. В общем, расчищали полотно для будущей дороги. И так двенадцать дней!
К концу смены прилично устали и с нетерпением ждали смены. Тем же маршрутом прибыли обратно в Усть-Муй.
Почти сутки отсыпались. На следующий день Казик уговорил друга прогуляться по окрестностям. Пристал к нему с самого утра.
— Дымар, подъём! Всю жизнь проспишь! — и одеяло с него стянул.
Анатолий знал характер товарища, всё равно не отстанет, стал нехотя собираться.
Побродив по окрестным горам, к полудню вышли к ручью, впадающему в Мую. Через полчаса остановились на её берегу. Казик предложил отдохнуть и присел на огромный валун. Рядом пристроился и Анатолий.
Они долго сидели, каждый со своими мыслями и думами. Неотрывно смотрели на воду. У их ног меж камней в воде водили хоровод лёгкие хариусы, а рядом неторопливо проплывали стаи чебаков и чёрные
