поднялись по скрипучим ступенькам на второй этаж старенького дома и позвонили в знакомую дверь. Какое-то время ничего не происходило, потом за дверью послышалось неторопливое шарканье. Им открыл сгорбленный старичок в большом махровом халате. Он грозно зыркнул на ребят из-под кустистых бровей и поинтересовался, чего господа желают. Господа желали сбежать, и побыстрее, но беспокойство о друге пересилило.
– Нам бы Генку, – проблеяла Олеся. – Можно?
– Ага, – подтвердил Лёха. – Гендоса позовите, пожалуйста.
Дед выпучил глаза, побагровел и рявкнул:
– Какого еще Генку? Сами Гендосы паршивые! А ну, вон отсюда, нахалы!
Ребята горохом скатились по лестнице и выпали из дверей.
– Я тут один живу… – догнало их уже на улице.
– И что делать? – растерянно развел руками Пашка.
– Дедушку жалко, – всхлипнула Леська. – Один совсем. Без Генки.
– А Генку жалко, потому что без деда? – фыркнул Лёха. – Насколько я помню, он с мамой жил.
Ребята добрели до небольшого скверика и нахохленными воробушками примостились на одинокой скамейке.
– Так, – начал Пашка, доставая из рюкзака пенал и бумагу. – Что мы имеем, кроме прогула и обиженного деда?
– Пропавшего Генку, – привычно всхлипнула Леська. – И то, что его все забыли-и-и…
– Тебе реветь не надоело еще? – возмутился Лёха. – Тут друг пропал, искать надо, а она нюни распускает. А вообще, какой он друг, если на опасное дело один пошел, а нас не позвал, а?
– Вы над ним ржа-а-али, – совсем разнюнилась Леська. – Он хотел вам доказа-а-а-ать….
– Что? – не понял Пашка.
– Все-о-о… – девочка уткнулась в широкое плечо брата и зарыдала.
– Хватит сырость разводить, – цыкнул Лёха. – Что делать-то будем? К директору идти бесполезно, раз из журнала пропал, то и он не вспомнит. А вот прогул урока нам влетит. В полицию тоже нет смысла обращаться, раз дома о нем забыли. Интересно, а мама его куда делась? Если бы ее найти.
– Как? – развел руками Пашка. – Если только у родаков поспрашивать, но вряд ли это к чему-то хорошему приведет.
– Надо лезть в сторожку – припечатала Леська. – Пока и мы о нем не забыли.
Ребята вспомнили неразговорчивого дворника, как будто специально всегда прячущегося в тени, его странную, подпрыгивающую и какую-то механическую походку. Да, Генка рассказывал, что видел, как дворник лез по стене школы, от выступа к выступу, чтобы спасти истошно орущего кота Ваську, зацепившегося когтем за карниз окна на втором этаже. Кота спасли, все были счастливы, а о непонятной ловкости дворника никто и не вспомнил. Ну, кроме Генки.
– Но он ведь не плохой, – озвучила общие мысли Леська. – Котика спас, о школе заботится.
– Ну и учеников убирает, которые лезут, куда не просят, – скривился Лёха.
– Неправда, – помотал головой Пашка. – Никто, кроме Генки, не пропал.
– Нет, это мы не помним, чтобы кто-то пропал.
Порыв ветра кинул в разгоряченные лица ребят пригоршню прошлогодних листьев, заставив испуганно поежится. Друзья застыли, понимая, что, если они пойдут в дом дворника, то могут так же пропасть. И о них никто никогда не вспомнит. Даже мама.
– Он наш друг, – дрогнувшим голосом произнесла Олеся.
– И да, мы уже тоже вляпались, – вздохнул Лёшка.
Пашка выпутал сухой листок из Леськиных вихров, пожал плечами и сказал:
– Лесь, может, ты домой пойдешь, а? Мы сами тут. А ты про нас помнить будешь изо всех сил. Хорошо?
– А если забуду? – набычилась Леська.
– Тогда вернемся и так всыплем, что мало не покажется! – хохотнул Лёшка.
– Дураки совсем? – Леська вскочила со скамьи. – Никуда я без вас не пойду!
– Лады, – смирился Пашка. – Пропадать – так вместе. Не оставлять же тебя на растерзание физруку! Но давайте хоть план составим.
План составился быстро и легко: сигануть через забор, а там по обстоятельствам. Ребята поднялись со скамьи и решительно зашагали в сторону школы.
Сторожка, в которой обитал дворник, ласточкиным гнездом прилепилась к боку школы и выглядела так же комковато и нелепо. Как бородавка на носу аристократичной дамы. Некрасиво, но уже часть образа. Сторожку от остального мира отгораживал довольно высокий штакетник, покрашенный в ядовито-зеленый цвет, за которым виднелся только небольшой стожок крыши с торчащими в разные стороны то ли ветками, то ли палками. Вокруг забора был высажен колючий кустарник, отбивающий желание подобраться к забору поближе. Впрочем, когда это останавливало любителей приключений? Вот только даже если пробраться через кустарник, забраться на шаткий забор и заглянуть внутрь крошечного дворика, то ничего особо интересного вы не увидите. Небольшая хатка-сараюшка с крошечным оконцем да куча старого металлолома. В котором, может, и неплохо бы покопаться, да стоит ли ради этого рвать штаны? Этого добра и на свалке хватает. В общем, скучно. Да и в самом дворнике ничего интересного. Мелкий, тощий, весь пыльный какой-то. Серость сплошная. А если просто постучать в калитку и войти, то и совсем не интересно. Может, поэтому желающих постучать в эту железную совершенно обычную дверку и не находилось? А может, и не поэтому. Кто знает. И вот через этот забор и предстояло перелезть друзьям.
– А может, ну его, забор, – поджала губки Леська. – Давайте постучимся и войдем, как приличные люди.
– Ага, здрасте, тут, случайно, Гендос не пробегал? – хмыкнул Лёха. – А дворник такой сразу: да вот же он, на полочке лежит. Из капсулы только вытащите и можете забирать.
– Какой капсулы? – растерялась Леська.
– Какой-какой, космической, естественно!
– Бред! – припечатал Пашка и шагнул к калитке.
Леська покорно засеменила следом. Только Лёха остался на месте, гордо скрестив руки на груди.
– Иди-иди, смертничек, – напутствовал он друга. – Мы тебя… быстро забудем.
– А что делать-то? – развернулся Пашка. – Что изменится, если мы через забор перелезем?
– Если будем орать под забором, то ничего, – фыркнул Лёха. – А вот если кто-то умный отвлечет дворника, то, может, что-то и изменится!
Умный, не умный, но ничего лучше, чем поджечь закуток со швабрами, в котором они совсем недавно прятались, друзьям в голову не пришло, тем более что орудие преступления в виде одноразовой зажигалки с проржавевшим колесиком нашлось у Лёхи в кармане.
– Так, заходим в школу через запасной вход. Его старшеклассники открытым держат, чтобы курить на перемене бегать. Тетя Маша убираться уже после уроков приходит, так что вряд ли мы там наткнемся на кого-то, – раскомандовался Лёха. – Быстренько подожжем – и к забору в кусты, а как дворник выбежит, так сразу в сторожку.
– Ой, мамочки, – простонала Леська. – А если дворник не выбежит?
– Сигнализация сработает – выбежит, – Лёха криво усмехнулся, крутанул колесико зажигалки, и маленький огонек заплясал у него в руках.
Ребята прокрались вдоль стены школы к запасному выходу, удобно скрывавшемуся за весенней зеленью деревьев. Дверь, как обычно, оказалась
