ты объяснишь такую просьбу?
— Ну, как-нибудь. Например, могу сказать, что у меня проблемы в семье, и я хочу нанять Жукова, чтобы он проследил за определенным человеком.
Наташа теперь рассмеялась.
— Вот так, напрямую? Без всякого агентства? После такого вопроса я бы на месте Полевого спустила тебя с лестницы. Ладно, едем к тебе домой, покормишь меня пельменями. Я у тебя в морозилке видела пачку, неплохая фирма, их пельмени вполне съедобные.
Наташа размазывала сметану по пельменям.
— О чем ты думаешь?
— О тебе, конечно!
Она подцепила пельмень на вилку.
— Ответ, конечно, правильный, но несвоевременный.
— А о чем надо сейчас думать? Надо ли бежать в магазин за спиртным?
В ответ укоризненное покачивание головой.
— Почему мужчины думают только о женщинах и алкоголе?
— Вопрос риторический? А о чем еще мне думать? Мне легко вспоминать, но не думать.
Тут меня осенило! Это я красиво написал — «осенило», а на самом деле прочитал вопрос в ее глазах. Как мне это удалось? Не знаю, я просто стал чувствовать ее мысли. Наверное, пришло понимание, что творится в ее голове.
— Надо думать, как узнать адрес Жука?
Она кивнула, сделала глоток из стакана с яблочным соком. Я стал перебирать в памяти все, что было связано с агентством «След». Когда я про него узнал? …стоп!
— Кирилл! Зоин охранник!
Наташа бросила вилку, откинулась на спинку стула.
— И ты говоришь, что не умеешь думать? У меня же есть его телефон!
Пельмени тут же были забыты, телефон переключен на громкую связь. Гудки. Наконец:
— Але!
— Кирилл, это Наталья Николаевна, мы с вами недавно встречались.
— Помню, что вам надо?
Наташа подняла глаза кверху, посмотрела на меня, вздохнула.
— Что случилось с вашим агентством?
Молчание, потом хриплым голосом:
— А зачем вам это надо знать?
— Вопросом на вопрос?
Опять молчание, но уже недолгое.
— Приостановили лицензию у Полевого. Подробности не знаю. Говорят, что Следком наехал.
Снова пауза, потом продолжил:
— Полевой об этом в пятницу нам объявил. Распинался, что разберется, что еще не вечер и так далее. Попросил меня и Ивана прийти в понедельник, помочь паковать барахло. Я пришел, а Иван сказался больным.
— А Жука не попросил?
— Жука? Ха, ха и еще раз ха. Его в пятницу не было, да он бы и не пришел. Жучила еще тот, недаром у него фамилия такая. Его после четверга никто не видел.
— Мне нужно его найти.
— Если по делу, то не советую. Наобещает, потом кинет. Но если надо, то он на Косыгина живет.
— Очень надо.
— Адреса я не помню, но пару раз бывал у него, Полевой посылал. Там три белых башни, он в крайней, что ближе к площади Гагарина. Двенадцатый этаж, как из лифта выходишь, то направо и до конца коридора. Это не его квартира, съемная. Сам-то он из Твери.
Я слушал их разговор и не верил нашему счастью. Оказалось, все так просто, и не надо было Наталье сидеть в кустах четыре дня.
Наташа выключила телефон.
— Ну как тебе?
Я поднял большой палец. Наташа встала.
— Это же рядом, дожевывай скорее, через пять минут выходим.
Глава 52
— Что ты там бормочешь?
— Молюсь, чтобы Жук оказался в Москве, а не в Твери.
Мы пошли по улице Зелинского и свернули на дорожку, которая вела к первой башне. Впрочем, сейчас этот дом уже трудно назвать башней. Старый панельный дом терялся рядом с кирпичным красавцем. Подходя ближе к нашей цели, Наташа остановилась.
— Ты что?
— Нет, ничего, просто показалось.
Без проблем вошли в подъезд — кодовый замок либо не работал, либо был отключен. В лифте я попытался обнять Наташу. Она отстранилась. Я стал извиняться:
— Я просто так, вижу, что волнуешься.
Она ничего не ответила. Первой вышла из лифта, огляделась. Все тихо, в обе стороны вели коридоры. Наш, правый, был ярко освещен. Наташа приложила палец к губам, мы подошли к двери, в которую упирался коридор. Обычная деревянная дверь, ничем не украшенная. Я посмотрел на правый верхний угол — пусто. Зачем посмотрел? Искал прослушку? Вроде уже ничего искать не надо, это мы уже проехали. Наташа позвонила, мы услышали «буль-буль». Приятный звонок, но тихий, такой разбудить не сможет.
— Неужели он в Твери? — прошептала Наташа и нажала кнопку еще раз.
Тишина. Наташа вынула из сумки платок, взялась за дверную ручку, нажала. Дверь открылась. У меня перехватило дыхание, к горлу подкатился комок. Я с трудом сглотнул. Если бы мы были в детективном сериале, то в квартире бы лежал труп в луже крови.
— Василий!
Голос у Наташи прерывистый, волнение не обошло и ее.
