Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 161
«Здравствуйте, мои дорогие! Приветствую Зину и МВС!» Потом следовал рассказ о тюленях. Оказывается, эти водные млекопитающие составляют два семейства: настоящие тюлени (12 родов, 19 видов) и ушастые тюлени (4 вида). У настоящих тюленей ушная раковина отсутствует, ласты покрыты шерстью, в отличие от ушастых, у которых имеются маленькие ушки, а ласты лишены волосяного покрова… К отряду тюленей относятся морской заяц, нерпа, котик…
Словом, в каждом письме описывались тюлени, особенности их обитания и охоты на этих зверей. В конце послания ритуальное: «Целую вас. Будьте внимательны! Берегите друг друга!»
Петров даже не реагировал на вопросы детей, которые поддерживали переписку, — механически слал «записки охотника».
Зина в эпистолярном общении не участвовала, но мысленно вела с мужем диалоги, которые в основном сводились к упрекам и риторическим вопросам: «Как ты мог так поступить? Почему ты меня бросил? Почему заставляешь страдать? Неужели не понимаешь унизительности моего положения? Ты меня разлюбил? Мы тебе не нужны?»
У Зины не было интересов и занятий, не связанных с семьей. Не считать же увлечением еженедельное посещение косметического салона. И подруг близких у нее не было. Лучший друг — Петров. Чаще, чем с другими, она общалась с Леной Ровенской.
Сестра Валя после замужества отдалилась: они с Денисом создали на редкость гармоничный союз. Денис не сделал большой карьеры, у него отсутствовали организаторские способности — проще сделать самому, чем объяснять другому, честолюбие — ему большего и не нужно. Он был талантливым математиком, но косноязычным и стеснительным человеком. Валя не работала, ее устремления ограничивались здоровьем дочери и мужа — у них обнаружилось тяжелое, хотя и не злокачественное заболевание крови. Режим, регулярные курсы лечения, особое питание — все это отгородило Валину семью от внешнего мира. В своем маленьком мирке они были счастливы. Никогда не просили о помощи других, но не отказывали, если нуждались в них.
К Денису Зина обратилась с просьбой определить, откуда идут письма Петрова.
Он колдовал за компьютером, а Зина плакалась сестре на кухне, пересказывала упреки мужу. Валя ее не поддержала.
— Почему ты не веришь Петрову? — недоумевала она.
— То есть как — не верю? — удивилась Зина. — Как дурочка на пригорочке сижу и жду его.
— И обвиняешь во всех смертных грехах.
— Он их не заслужил? — запальчиво воскликнула Зина. — Он не бросил меня, нас?
— Петров доступно объяснил тебе свое состояние.
— А мое состояние в расчет не принимается?
— Зина, самое лучшее, что может быть между людьми, между мужем и женой, — абсолютная доверительность и честность. Нужно верить своему избраннику, без веры все теряет смысл. Я говорю банальности, но они правдивы.
— Именно правды я и хочу.
— Но не равноправия! Ты не допускаешь, что Петрову может быть плохо, что ему требуется передышка для чего-то, я не знаю для чего. Он, в твоем представлении, не человек, которому свойственны слабости, а монумент, скала, робот с атомным двигателем. Ты даже не слышишь, что он тебе говорит.
— Он не говорит со мной три недели.
— Говорил раньше, — поправилась Валя. — Ты прислушиваешься к Ленке Ровенской, у которой на первом месте бешеное честолюбие, а все человеческие отношения сводятся к животным случкам.
— Она считает, что у Павла есть другая женщина.
— Я от Лены ничего другого и не ждала, она по себе судит. А я верю Петрову! — сказала твердо Валя. — Он достойный и благородный человек. Он любит тебя и души не чает в детях.
— Любит! — горько скривилась Зина. — Когда любят, так не поступают. Ты себе представить не можешь, что чувствует женщина, которую вдруг разлюбили. У тебя те же глаза, лицо, руки, слова, но все теперь со знаком минус. Вчера был плюс, а сегодня минус. Что прикажешь с собой делать?
— Зина, ты только не обижайся, но мне кажется, что из-за тебя одной Петров никогда бы не отправился на край света Как и всякая женщина, ты слишком много значения придаешь чувствам. Для тебя любовь — это розовые очки, сквозь которые ты смотришь на мир, а для Петрова — острая приправа к будням. Ему еще нужно мамонта убить и притащить домой, чтобы семью прокормить.
— Это ты в книжках вычитала?
Валя увлекалась психологической литературой.
— Кое до чего и своим умом дошла. Например, до того, что ты совершенно не понимаешь своего мужа. Не пытаешься разобраться в его проблемах, а сыпешь на его голову обвинения. Тебе больно, и ты вопишь, не представляя, что и другие страдают.
— Значит, он любит меня?
— Не по-мавритански, конечно. А как нормальный мужик хорошую жену.
— И он не стал бы обманывать меня?
— Никогда!
Зина улыбнулась и облегченно вздохнула. Растерянная и подавленная, она легко попадала под чужое влияние, принимала точки зрения посторонних, а собственной точки опоры не имела.
Спокойствие и надежда, которые вдохнула в Зину сестра, рухнули благодаря Денису. Он пришел на кухню, смущенно посмотрел на жену, как бы спрашивая разрешения.
— Говори, — сказала Валя.
— Тут такое дело, — мялся Денис. — В общем, все письма лежат на нашем сервере, и программа их автоматически отсылает каждые три дня. Я даже нашел книгу в Интернете, откуда Петров скачал информацию.
— Ты хочешь сказать, — уточнила Зина, — что Петров заранее передрал откуда-то текст про проклятых тюленей, разбил его на части, вставил в каждую «Здравствуйте» и «До свидания», положил в ящик, и программа периодически отправляет послания?
— Да, — подтвердил Денис. — Но текст он подредактировал, в первоисточнике есть всякие диалоги и сюжеты.
Зина закрыла лицо руками, тихо застонала. Валя, чья вера в Петрова пошатнулась, все-таки стояла на своем, оправдывала изменника:
— Петров не хотел вас расстраивать.
Денис неуклюже поддержал жену:
— По-моему, здорово придумал.
Зина убрала руки от лица, посмотрела на Дениса едва ли не с ненавистью. Он смутился, принялся рассказывать о том, как плохо стало на фирме после бегства Петрова Зина перебила:
— Верить, говорите, надо? — Она усмехнулась. — В фальшивки, в подметные письма? Господи! Хоть бы все тюлени подохли!
— Животные не виноваты, — умно возразил Денис и тут же поправился: — Тюлени — это иносказательно, понимаю.
Валя смотрела на сестру с болью и сочувствием.
Зина всегда была для нее образцом стойкости. В детстве Валя старалась походить на старшую сестру, подражала ей, даже копировала. Но теперь Зина будто забыла, какая она есть на самом деле. Или переменилась?
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 161
