Галина Щебакова - Дядя Хлор И Корякин

– Ты живи с ней тут, - сказал он Корякину, когда Оля уснула. - А я могу где хочешь пожить…

– Спятил, - ответил Корякин. - Ты спятил… Это я могу, где хочешь… Я привычный…

– Да я тоже, - вздохнул Фролов. - Я два года как сюда въехал, а то все по углам…

– Два года и уже все к чертовой матери разваливается, - возмутился Корякин. - Все наперекосяк, все трескается…

– Ну, - сказал Фролов, - в кооперативе еще более-менее, а в государственных еще и не то…

– А то я не знаю! - ответил Корякин. - Я сам жил в комнате, в которую забыли поставить батарею.

– Что мы за люди? - вздохнул Фролов. - Для себя же, а не стараемся…

На следующий день Корякин взялся за ремонт квартиры. Фролов прибежал с работы, готовил еду. Оля помогала то тому, то другому, командовала.

– Дядя Хлор! - кричала. - Я уже солю картошку, не вздумай еще раз!.. Корякин! У тебя на потолке следы, ты что, не видишь?

От добра добра ищут только идиоты и жадные. Корякин нашел работу на заводике рядом с редакцией. Продали соседу тахту и купили два кресла-кровати. Оля спала на диванчике, а они на креслах.

– Они тебе кто? - спросили Олю, когда она пришла в первый класс.

В одинаковых синих костюмах, в белоснежных рубашках с душившими галстуками стояли в родительских рядах двое. Когда зазвенел звонок и женщины стыдливо засморкались, эти заплакали откровенно.

– Так кто они тебе? - приставали к Оле.

– Кто! Кто! Дядя Хлор и Корякин, неужели не ясно? - дернула плечами девочка.

Росла Оля умненькой, решительной, самостоятельной и смелой. Говорят, одинокие отцы - лучшие воспитатели. А если их к тому же два?

Время еще покажет, чем кончится этот педагогический эксперимент.

Пока же задачи решаются конкретные. Ребенку нужна отдельная комната. Вечерами Фролов переснимает четким почерком написанное объявление об обмене на двухкомнатную, а Корякин с баночкой клея в кармане ходит и развешивает их на столбах. Энзэ на доплату уже собрали.

«Хорошо! - думает ночью Фролов. - Не дай бог, что со мной случится, есть Корякин. Уже не сирота…»

На соседнем кресле про то же думает Корякин…