произвело».[1002]
2. И мне самое время упомянуть [составленные под его руководством] мифы, не гнушаясь ими; но вовсе не для того я напомню бесчестные дела их [богов], чтобы осквернить сие святое место, но дабы здесь же, обличив постыдные их дела, освободить наших оглашаемых от прелести, ведь и апостол не поколебался вспомнить нечто из неблаговидных дел [людских], когда говорил о постыдных деяниях и непотребных глаголах, как мужчины на мужчинах делают срам (Рим. 1:27), и рассказать [о них] не для того, говорит, чтобы этому нам научиться, но чтобы от этого нам всем освободиться, [напоминал об этом] для нашего же исцеления. Так и всякий лечащий язву врач терпит зловоние и марает руки; если же у врача руки будут чистыми, то, конечно, рана останется неизлечимой. Итак, поскольку нам должно изобличить ложь, чтобы она стала явной, [нужно помнить, что] как злодей дает смертельные яды в сладких напитках, так и сам диавол под словами благими скрывает лукавство, дабы коварный совет его остался незамеченным посредством внешнего прикрытия. И как опять же те, кто дает лекарства, не дают их в чистом виде ввиду их горечи, но с помощью привычной пищи искусно скрывают подмену, так и наш враг изящными словами и выдуманными им зодиаками, обманывая мифами и внушая [страсть] к удовольствию, вверг нас в разнузданность: к нашим праздникам он приложил опьянение и [изысканную и обильную] пищу, дабы, ими отягощенные, мы не исследовали ложь басен, но, ими обманутые, праздновали бы во вред себе; обнаженные по причине вина и смешанные с грязью через нечестие и постыдные дела, произносили бы срамные слова и от того страдали. И, совершенно предав их [людей] удовольствию, он так все устроил, чтобы не был обнаружен сам нечестивый растлитель целомудрия. Так как он видел, что наша душа устремляется к Божественному, то вводит несуществующих богов, чтобы мы отпали от Сущего [Бога], и облекает нас всеми таковыми [воспоминаниями их постыдных] прелюбодеяний, только бы мы не подвизались в целомудрии.
3. Но кто же, слушая, что бог, согласно басне, – если действительно есть так называемые, как они говорят, боги, – итак, кто же, слушая, что некий бог [Зевс], первый из богов, сделался быком, чтобы обмануть деву, а после опять превратился в золото, чтобы обокрасть недра [другой], и еще, обратившись в орла, похитил юношу для своих утех вопреки природе,[1003] то кто же будет после сказанного сдерживаться, а не подражать тому, кому он поклоняется? Если же тот, кому поклоняются, изменяет свое естество, чтобы растлить душу, или как тот, о котором мы сказали, опускается до такого распутства, то что еще не сделают те, которые валяются внизу и подражают поклоняемому? Когда же в душу введено удовольствие, то она помрачается и неспособна здраво понимать вещи. Подобно тому как пыль, попав в глаза, лишает зрение правильного различения, так и страсти, проникнув в душу, не позволяют страждущей душе рассуждать верно, и как кормчий, когда наступает буря, утрачивает искусство управления [кораблем], так и вошедшие в душу страсти подавляют ее разум. О, сколько зла должен был внедрить в нас диавол сверх всякой меры, чтобы мы познали, сколько благ нам даровал Бог через Христа, дабы [хоть напоследок] стала ясна болезнь, усвоенная нами через тот злой его древний совет, а ее долговременность и чрезвычайное многообразие наших зол открыли силу Врача.
4. Так всякие [вещи и явления] обратил против нас диавол: одно – по своей воле, другое и нехотя. Небо – против своей воли, ведь хотя [Бог и] не хочет, чтобы самому небу оказывалось поклонение, но тем не менее Он [, по словам апостола,] нас побуждает [к достодолжному его рассматриванию], дабы через возвышенное Его творение обнаруживался Сам Поклоняемый (ср. Рим. 1:20). И потому лукавый, не желая, чтобы устремление человека к высокому – небу – угодило Богу, не хотящему поклонения [небу], опорочил создание [, исполнив нас пустого и жалкого суеверия], а поклонения истинного – Самому [Творцу] – нас лишил.
И потому [враг], зная, что Бог не желает этого поклонения, однако [зная также, что его доброе рассмотрение] приносит нам [несомненную] пользу [, когда от него мы восходим помышлением к его Творцу], наполнил наши сердца ложью мифов, чтобы мы не были спасены истиной. Много, говорит, богов – и да не взыскивается Единый. И сладко удовольствие – пусть пренебрегается целомудрие. И боги, говорит он, бесчестные – да не взыскивается Честный. И те творения, которые дал нам Бог как добрые, враг внушил использовать против нас же не по намерению Божию. Добро, говорит, злато – да выплавит человек себе изваяние в обман, и сребро пусть будет ему в прельщение, и драгоценные камни – в иное намерение, и священные рощи пусть [человек] уделит демонам, и источники пусть посвящают тем и иным богам, и реки – другим, и моря – иным.
5. Я затрудняюсь говорить [об обольщении человека], собравшиеся же вместе [мои слушатели, конечно,] знают [, сколь пагубно было это внушение]: так обольститель постарался отчуждить от нас создания и с этой целью придумал сие. Мы же послушались, ибо он нас привлек не силой, но, убедив, уловил: подобно тому как благородные отроки растлеваются чем-то сладостным и потому отлучаются от родителей, так и диавол, войдя в рай, указал, что [запрещенное нам] древо есть добро, и тем излил свой яд, ибо и в благих и совершенных зарождает зависть. Видя же человека в раю живущим подобно Ангелам, возлюбленным Создавшим его, почитаемым Сделавшим <...> видя, что человеку все предано для служения ему, все подчинено, он не вынес человеческого благополучия и приступил к нему: придя как друг, поступил как прилично врагам, оклеветал созданное перед Создавшим, убедил нарушить [данную Богом заповедь]. А чтобы Ему как Создателю [прародители] доверяли [больше, чем Его врагу], Бог действительно навел смерть на преступившего Его заповедь, дабы не ложно было Его слово, сказанное первому человеку: смертию умрешь (Быт. 2:17). Ведь Богу подобало разгневаться на Свои создания, поскольку они не уверовали в Благодетеля, а сораба сочли заслуживающим большего доверия, хотя и заблаговременно предостерегал Бог и грозил смертью, но не с тем, чтобы в случае преслушания человек был предан смерти, а также и не для того, чтобы исполнился совет, внушенный змием: «не умрешь смертью» (см. Быт. 3:4), но с тем, чтобы человек не пренебрегал [Божиим гласом], и с тем, чтобы избавить его от смерти [, неизбежно следующей за непослушанием].
Так обманув, враг убедил и
