не настигал ее. [Ныне же у нас по благодати повсюду] укрепляется и целомудрие, и женский пол [подвизается в нем], похоть же мужская ослабляется. Когда же [тогда бог] приближался, говорит басня, то сама земля, называемая также богом, матерь же тех, кто ею рожден, пощадила деву согласно мифу (хотя и ничего из этого не истинно) и, осудив преследующего, превратила ее в растение; но когда и изменилась дева, вместе с ней не изменилась похоть [бога], но ветвь от победившей его девы срывается и побежденную его главу венчает.[1008]
И в самом деле, я здесь указываю на лавровые венки награжденных в соревновании, которые даются победителям: вручающие их несут на главу [победителя] венок Дафны – символ побежденного, награда для победившего; [таковы] люди, почитающие себя ныне победителями.[1009]
Поскольку же это вымысел, то слава истине, что мы от того избавлены. Если же сие справедливо, то да будет стыд в том усердствующим. Если же сами люди изваяли этот [идол обнаженной Дафны], то исцеляющие нас [небесные] Святые Силы сим делам нашим не радуются, – да не присваивают себе [ненапрасно] поносимые [нами боги] домашние храмы [человеков]. Если же лжет про изображение [идола] история, то пусть не приступает ко лжи уже освобожденный от ее лжи. Итак, если не отступает [бог от древа, в которое превратилась дева,] и сидит при нем, то напрасно ты ему поклоняешься. Если он остается сидеть [при нагом изваянии], когда все это так и происходило [согласно мифу], то он [и сейчас] радуется [нашему вниманию к обнаженному изваянию и изображению];[1010] те же, кто радуется этим вещам, они лишь радуют демонов, которые достойны [скорее] ненависти, чем поклонения.
8. Но еще: что ты можешь сказать мне пролитии крови? что – о дыме? что – о зловонии? Сами поклоняющиеся затыкают ноздри и таким образом поклоняются чествуемым ими [богам]. Ведь ты и в доме своем не желаешь видеть ни капли крови, в храмах же ты не гнушаешься видеть потоки и реки крови.[1011] И когда в собственном своем доме ты не желаешь слышать ни [гласа] флейты, на праздниках же ты [не перестаешь] услаждаться [неистовыми] звуками. И когда никто из родителей не желает слышать, как дочь восклицает что-либо бесстыдное, они же при этом не стесняясь поют в храмах свои постыдные песни. И если ты не желаешь, чтобы твою обнаженную жену кто-либо видел, кроме тебя самого, то как находишь для себя позволительным поклоняться обнаженной богине и своим же близким подавать дурной пример нецеломудрия? И рабу [страсти], предающему свое естество, употребляющему его не по намерению [Создавшего] (дόлжно же, как было сказано, более почтенным пользоваться языком), – сему, похитившему юношу вопреки природному употреблению, ты поклоняешься. Раба блудодействующего ты обоснованно не решаешься приобрести, сему же, подвизающемуся в блудодеянии, ты поклоняешься как богу. Когда же мы в этом обвиняем [почитателей богов], то как они тогда оправдываются, выдумывая себе оправдание, которое хуже того, в чем их упрекают, и приготовляя врачество для своей раны более горькое?
«Знаем и мы, – отвечают они, – что нисколько они не боги <...> научившись из того, что [уже] воссияло Солнце [правды] (Мал. 4:2)». Но если они не боги, то что ты продолжаешь им поклоняться? «Свои мы, – они отвечают, – и близкие богу (ср. Деян. 17:28; Еф. 2:19)». Такое оправдание они используют, возражая нам: что [будто бы] они суть присные богу и составляют ближний род его. Но чтобы не забыл ты их ложь, я опять напомню. Ведь по отношению к тому мужу, которого [этот бог] сотворил, он [не поступил] прилично мужам <...> ведь не бесчестятся домашние обитающим в них богом, сотворивший свое создание никак не уносит для насилия ни мужа <...> и не нападать на жену <...> [но сами его деяния открыто свидетельствуют о нем,] что не является он истинным Богом, [потому что] его деяния производят лишь вражду, а не родство.
Бог даровал брак смертным для преемства и утешения, чтобы болезнующие мужья и жены исцелялись и получали врачество человеколюбия, блуд же, к которому приучают демоны, дабы приводить в нестроение почтенных человеков, вовсе чужд Богу и никак не приличен домашнему жительству, подобно тому как перед лицом честного царя не предстают непотребные близкие, но только почтенные.
9. Но я еще раз попробую найти [исполнение] обещания [твоего бога], еще раз рассмотрю его дела. Ведь мы ищем не умение красиво говорить, но чтобы [на деле] совершать истину.[1012] Всякий раз, когда я слышу, что храм [почтенных созданий Божиих был растлен] <...> тотчас унижался их разум <...> коль скоро храм имеет такого бога на земле и таковы поверженные долу его дела, [храм этот] поистине вдали от [истинных] небес. Домогаюсь [исполнения] самих его дел согласно его же обещанию. Если ты действительно бог, то что ты ищешь на земле? Пусть ты бог на земле, но ведь, конечно, не в спальне затворенный, не со статуями вместе соединенный, ни злыми делами обремененный, ни к волхвованию принужденный [, ибо не прииму такого бога]. Если же ты был скрыт не от нас и был осеняем тенью, но ради нас обнажился, то да увидим тобою скрытое и да познаем обличаемое. Итак, поскольку возвещаются бог и боги, то пусть они сами известят о том, пусть покажут нам не храмы, но те небеса, что за пределами [этих небес], пусть более уже они не проливают кровь, пусть не коптят свои изваяния, пусть их прорицатель уже не прорицает. Но если их бог еще и поныне действует, то пусть он уже не впадает в блудодеяния, но и, впадая, пусть сам первый восстанет [от совершаемого им греха]. Пусть он не пренебрегает [своими же предсказаниями], предсказывая будущее, пусть не не знает при этом настоящего. Если же бог их делается безумным и лишается разума, не видя и самого настоящего, то едва ли такой бог узнает и свое собственное будущее.
10. Но я хочу сказать вам, все [знающим] (см. Иуд. 1:5): да всякую исповедуем благодать, ведь долговременными и не единого дня обольщениями мы были добровольно посрамлены многочисленными мифами.[1013] Мы были отягчены ложью, мы не смогли сами отрезвиться. Пришел Иисус, могущий носить всё (ср. Ис. 54:4; Ин.16:12). Что же хочешь? Буду ли вновь изъяснять мифы?[1014] Однако стыдятся их и сами писавшие, не помогли мифам ни аллегории, ни учения мудрецов, хотя еще и не прекратились беснующиеся. Когда
