иноков» будут тебе в помощь. Я собирал их долго из практики ответов на вопросы, возникавших у приходящих ко мне.
А ответ вашего настоятеля прими без обиды, я ведь тоже служил на приходах и должен тебе сказать, что подход к службам там неминуемо другой. Мне всегда приходилось считаться и с расписанием автобусов, и со временем года, и еще очень и очень со многим.
Так что нам с тобой надо благодарить Господа за то, что есть. И монашествующие-то теперь совсем иные; и все принимаем как данность, ни с кого ничего не требуя, но только с себя.
Молись, Оленька, это самое надежное – молитва и любовь к больным, искалеченным временами безбожия людям. Как они еще живы, и живы ли? Прошу и я твоих молитв обо мне. Старость подрезает мои крылышки.
Дух бодр, а о плоти не спрашивай, и скоординировать их отношения – плоти и духа – становится все труднее. Вот где нужны терпение и истинное смирение. Вот и смиряемся.
Как у Господа все премудро. Слава Богу за все.
Господь с тобой!
* * *
Дорогая о Господе Н.!
Что ответить Вам? «Скорби и нужды обретоша нас», – но имя Господне призовем, и даст Господь терпение и разум. Я же теперь уж стар стал и обещаю только помолиться о Вас и Ваших близких.
А Вам как главе семейства посоветую все делать с рассуждением и с пользою и учитывать свои возможности. Прежде, чем сниматься с одного места, надо найти, где приземлитесь. И так во всем.
Совесть – дело деликатное, и, если она тревожит, к ней прислушаться надо, ведь она отступит в противном случае, и не будет самого верного контролера в жизни нашей.
Умудри Вас Господь!
* * *
Дорогая о Господе Л.!
Я, действительно, скажу Вам, что надо придерживаться благословения священноначалия Церковного, ибо в Церкви ум соборный. Но, если у кого-то есть возможность пока не брать карточек, то и не берите.
Но не знаю, у кого сердце будет спокойно, если он один из всей семьи будет «праведный» – без карточки и в то же время будет есть хлеб, полученный на эту карточку «погибающим» близким человеком.
А я уверен, что не искусит Господь любящих Его и верных Ему выше меры сил их.
А печать смогут поставить лишь тому, кто нераскаянно жил во грехе и кто отрекся своей жизнью от Господа. Прежде печати антихриста будет грехом опечатан ум.
* * *
Дорогой о Господе В.!
В ответ на Ваше письмо я Вас спрошу: «чем полученный Вами документ хуже или лучше того паспорта, который все мы имеем доселе?» И механического, огульного отречения быть не может, только наше личное отношение к Богу может спасти или погубить нас. А у Вас о Вашем вероисповедании никто и не спрашивал.
Умудри Вас Бог.
* * *
Дорогой о Господе В.!
Еще со времен апостольских говорилось, что уже тогда появилось много антихристов. Но жизнь идет. Христианству исполнилось уже 2000 лет.
И люди спасаются, и будут спасаться до последних дней мира. И люди живут, трудятся, одни – по закону Божию, другие – по стихиям мира сего. И нельзя сидеть у окна, ничего не делая в ожидании чего-то. Осудишься с неверами вместе за бездеятельность и за то, что не стал умножать вверенный тебе Богом дар. А о новых документах я тебе уже писал и повторяться не буду. Печать последует только за личным отречением человека от Бога, а не обманом. Обман смысла не имеет. Господу нужно наше сердце, любящее Его.
Смущение, смятение и неразбериху сеет все тот же враг, и они многих уведут от Церкви. Вот и Вы уже сделали к тому первый шаг. И вот это-то и есть шаг к погибели.
* * *
Дорогая о Господе М.!
Печать антихриста появится, когда он воцарится и получит власть, и будет один-единственный правитель на земле, а сейчас у каждого государства свой глава.
И поэтому не паникуйте преждевременно, а страшитесь сейчас грехов, которые открывают и углаживают путь будущему антихристу. А теперешние документы – того же качества, что и прежние.
* * *
Дорогой отец С.!
В кампании, предлагаемой Вами, я участвовать не буду. Сам дух подобной деятельности, где много самости, шума и надежды не на Бога, а на человека, да еще с критиканством священноначалия Церкви, который ключом бьет в Ваших высказываниях, воспрещает мне это. Я уже видел подобное в действиях и духе обновленцев, восстающих на тишайшего патриарха Тихона, а фактически на Самого Господа и Его Церковь. Письмо, которое так не понравилось Вам, не подлог, написано мной частному лицу, но волей Божией получило более широкую огласку независимо от меня, а значит, так надо.
Простите великодушно, предлагаемые Вами методы мне не по духу.
* * *
Дорогая о Господе З.!
Просьбу о молитве выполню. Но моя молитва только в помощь Вашей, материнской. Вымаливайте сына, а то очень серьезный симптом его духовного состояния – человек учится в Богословском институте, а сам вне Церкви. Останется задать ему вопрос себе: «верующий ли он?» Ведь без Церкви, без таинств – нет спасения.
Собороваться бы ему надо да заняться душой своей, да все это в свете Святого Евангелия. А Вы все молитесь, не ослабевайте – вот единственно чем Вы можете повлиять на сына.
* * *
Е., Е.!
Не напрасно томится душа Ваша. Есть такие грехи, которые раз и навсегда полагают препятствия к служению у Престола. И то, что сейчас начали игнорировать канонические правила, не лишает правила своей силы, а тот, кто дерзает жить вопреки им, несет на себе всю тяжесть их нарушения. Мне часто пишут и говорят о себе те, кто несет бремя этого нарушения.
Но решать это должен архиерей, поэтому исповедь ему перед тем, как будут предлагать принятие сана, обязательна. Причем не мямленье, а строгая и беспристрастная исповедь всего и вся. Это единственное, что предостережет от дальнейшего падения в ад.
Так что, Е., я для Вас утешитель плохой. Не могу взять на себя того, что только во власти архиерея. Вам же скажу, что такие искусительные ситуации чреваты тем, что снимается вопрос о спасении. А спасение-то – вот единственно важное дело в жизни нашей, все остальное – поделье. Умудри Вас Бог!
* * *
Дорогой о Господе Е.!
Господь с Вами, и Ваши опасения и тревога не напрасны. Канонов святоотеческих, на которых незыблемо стоит Церковь, Господь не отменил. Если люди и забывают о них умышленно или неосознанно, отметают их,
