Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 157
5. В какой мере предается кто телесному и душевному подвигу со всяким услаждением добрыми делами, в такой же мере приобретает он причастие Св. Духа к духовному возрастанию в обновлении ума, – по благодати и туне получая (силы во) спасение, а по вере, любви и подвигу свободного произволения восходя в преспеяние и меру, чтобы как по благодати, так и правде, стать наследником Вечной жизни. Не всецело Божиею силою и благодатию, без собственного человеческого содействия и старания возрастает он в преспеянии и не всецело собственною силою и мощию, без содействия и помощи Духа, имеем возможность прийти в совершенную волю Божию и в меру чистоты. Ибо аще не Господь созиждет дом и сохранит град, всуе бде стрегий и трудися зиждущий (Пс. 126, 1).
6. Что есть воля Божия совершенная, которой достигать увещевает и убеждает Апостол каждого (Рим. 12, 2)? – Очищение и освящение сердца причастием Духа Божия, несомненно происходящее в душе, которая с верою и любовию всецело предает себя Богу. Господь сказал: блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф. 5, 7), от тех, которые желают достигнуть такого блаженства, требует совершенного очищения от греха, т. е. решительного освобождения от страстей бесчестия и совершенного водворения в себе самой высшей добродетели. На это указует и пророк, когда молясь сказал: сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей (Пс. 50, 12); и еще: когда вопросив: кто взыдет на гору Господню, или кто станет на месте Святем Его, – ответил: неповинен рукама и чист сердцем (Пс. 23, 3, 4). Сим Дух показал, что мы должны собственною своею деятельностию совершенно отсечь от себя грех, совершаемый делом, словом и помышлением, стремясь к совершенной чистоте духа и надеясь достигнуть оной благодатию Св. Духа. Вот и Апостол, сказывая, какими должны быть души, удаляющиеся от плотского брака и мирских уз и желающие пребывать в девстве, говорит: непосягшая печется о Господних, как угодить Господеви, да будет свята не телом только, но и духом (1 Кор. 7, 34). Он внушает сим, что душе, невесте Христовой, желающей сочетаться с чистым Небесным Царем, надлежит стать свободною от деятельной и мысленной грешности, или как от явных грехов, так и от тайных страстей, по сказанному у Иоанна Богослова: всяк имеяй надежду сию Нань, очищает себе, якоже Он чист есть (1 Ин. 3, 3).
7. Не от явных только грехов, – блуда, воровства, чревоугодия, клеветы, празднословия, кличей, смеха, многоимения, – должна быть чистою душа, устранившая себя от мирского общения и возжелавшая пребывать в союзе и общении с нетленным Женихом; но тем паче надобно ей содержать себя в чистоте от сильнейших душевных страстей и тайных грехов, т. е. от похотливости, тщеславия, человекоугодия, лицемерия, любоначалия, лести, злонравия, ненависти, неверия, зависти, превозношения, ревнивости, самоугодия, самолюбия, кичения и подобных сим невидимых страстей безчестия (Рим. 1, 26). Писание и сокровенные душевные грехи почитает подобными грехам обнаруженным в действии; потому что это – отпрыски одного и того же корня. Так пророк некиих обличает: в сердце беззаконие делаете (Пс. 57, 3). А о себе молится: от тайных моих очисти мя (Пс. 18, 13). Почему сколько стараемся охранять от явных грехов внешнего человека, т. е. тело, как храм Божий, столько же нужно иметь старательности и подвигов к охранению внутреннего человека, т. е. души, от всякого лукавого помысла, по сказанному: всяцем хранением блюди твое сердце: от сих бо исходища живота (Притч. 4, 23).
8. В сем очищении сердца преуспеем мы, если всегда будем противоборствовать и противоречить лукавым помыслам, – тщеславия, ненависти, кичения, лести, похоти, соперничества, любоначалия и проч., – со всею строгостию испытывая самих себя, и сохраняя ум свой от союза и согласия с тайными душевными страстями, и напротив с усилием предаваясь всякому доброму начинанию, труду и подвигу, чтобы полагать препятствия врагу своему. Ибо если будем так действовать, то Господь, видя душевный подвиг наш, по человеколюбию Своему собственною силою Духа непременно совершит в нас великое исцеление от тайных страстей, отмщая мысленным врагам нашим.
9. В какую духовную меру должно нам стремиться взойти, этому поучимся у св. Павла. Он говорит: вся забота наша к тому обращена, да представим всякаго человека совершенна о Христе (Кол. 1, 28). А в чем сие совершенство, это указал он в молитвенном благожелании своем Ефесянам, говоря: да даст вам (Бог), – силою утвердитися Духом Его во внутреннем человеце: вселитися Христу верою в сердца ваша: в любви вкоренени, да возможете… и проч. (Еф. 3, 16–18). Венец всего любовь; что еще разительнее представил он в другом послании, где, перечисляя разные дарования Божии и самопожертвования человека, ко всякому прибавляет, что все сие и подобное ничто, если нет любви. Любовь же потом изображает поедательницею и истребительницею всех страстей (1 Кор. 13, 1–8). Вот предел совершенства. Из сего следует, что сподобившиеся исчисляемых св. Павлом дарований, но не приявшие еще избавления (от страстей), силою совершеннейшей и действенной духовной любви находятся еще в опасности, борении и страхе, хотя имеют уже дарования духовные.
10. Это показал Апостол для тех, которые желают верно восходить к христианскому совершенству, чтобы кто из сподобившихся каких-либо дарований не подумал о себе, что и при неполном действии благодати достиг уже совершенства, и чтобы, возмечтав, будто ни в чем не имеет уже нужды, и удовлетворившись одними низшими дарованиями, не остался он недостигшим должного предела совершенства. Указанием же сей цели совершенства Апостол учит, чтобы каждый, признавая себя нищим пред таким богатством любви, непрестанно и неослабно подвизался подвигом добрым и проходил духовное поприще, пока не достигнет цели, по сказанному: тако тецыте, да постигнете (1 Кор. 9, 24).
11. Так много распространил я рассуждение о цели подвижничества с тою целию, чтоб в хотящих восприять его верную установить мысль о том, какое у нас упование и какое предлежит нам поприще, и чтобы каждый и каждая из посвятивших себя Богу, имея, по руководству сей мысли, постоянно в виду, куда мы призваны и какой обязаны достигать меры, всеми способами, из всех сил и со всяким тщанием самих себя и все, что имеем в веке сем, всегда усердно посвящали на благое, не допуская однако ж самомнения, будто мы нечто, но рассуждая о себе, что мы действительно всегда ничто в сравнении с превосходством совершенной меры звания нашего и неисследимого богатства любви Христовой. Терпением убо да течем на предлежащий нам подвиг, взирающе на Начальника веры и Совершителя Иисуса (Евр. 12, 1), – задняя забывая, в предняя же простираяся (Флп. 3, 14).
12. Как же братия должны жить и вести себя друг с другом? Какими трудами, потами и упражнениями любители истины могут достигать сказанной выше цели?
Стремящийся к сей цели, удалившись от мира и от мирских удовольствий, да предаст душу свою братству. Так заповедал Спаситель, когда, перечислив, что должен оставить желающий идти вслед Его, присовокупил: еще же и душу свою (Лк. 14, 26). Ибо что значит оставить душу свою, или отречься от нее? – Безусловно и всецело предать себя братству, отнюдь не исполнять собственной своей воли и решительно ничего не иметь в своей власти, кроме одежды, которую носит, чтобы ему можно было, ни о чем не имея попечения, всегда с радостию исполнять только то, что ему приказано. Отрекшийся от души своей всех братий и особенно настоятелей да почитает как господ и владык; и со всяким благоразумием да служит им, не пред очима точию работающе, яко человекоугодницы, но яко рабы Христовы (Еф. 6, 6). Предав себя Господу, да течет он сим узким и тесным путем (послушания) и охотно да подклоняется под сие благое иго Христово, несомненно веруя, что оно уготовляет ему великое спасение.
13. Братия должны жить между собою в простоте, чистоте, единодушии, мире и сердечной искренности. Никто да не превозносится над другим и да не почитает себя лучшим или высшим кого-либо, а напротив того, всякий, как ученик Христов, да признает себя скуднейшим всех людей; чтоб любовию, простотою, отсутствием соперничества и кичливости, при взаимном подчинении друг другу, в страхе Божием, мог сохраняться в братстве союз мира, как бы оно было едино тело и един дух о Христе Иисусе.
14. Намереваясь держаться таких правил, каждый прежде всего всеми мерами да старается иметь в сердце своем священную любовь и страх Божий; непрестанно да просит их себе у Бога, и частым, лучше же сказать, непрестанным памятованием о Господе и о Небесной любви всячески да ревнует возращать их в себе ежедневно, при помощи благодати.
15. В любви же к ближнему (после сего) легко уже можем преуспеть. Поставь первое на первом месте, тогда второе, следуя за первым, совершится по порядку. А если кто вознерадит о первой великой заповеди, – о любви к Богу, которая при Божием содействии образуется в нас из внутреннего расположения, доброй совести и здравых мыслей о Боге, – вознамерится же иметь попечение о второй подобной ей, то отсюда проистечет одно только внешнее служение братиям, и никогда не будет он в состоянии исполнить сие служение чисто и здраво; потому что козни злобы, находя ум его далеким от памятования о Боге, от любви и стремления к Нему, или будут производить в душе роптания и жалобы на служение братии, представляя его трудным и тяжелым, или станут надмевать его и заставлять мечтать о себе, как о досточестном и великом, обольщая мыслью о своем многоделании в пользу всех. Когда человек далек от памятования о Боге и от страха Божия, тогда необходимо ищет он славы и домогается похвалы от тех, кому служит. А когда самый ум и душевное расположение всегда заняты помышлением о Боге и стремлением к Нему, тогда в сообразность любви Божией, человек, все делая во славу Божию и богатясь чистыми и Богу угодными делами любви к братиям, получает совершенный успех в своем труде, имеющем увенчаться вечным воздаянием от Бога.
Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 157
