слушал. Снимки отправлял Вадиму. Тот реагировал иногда сразу, иногда с опозданием.
«Всё-таки окультурили тебя, дружище. Вернёшься, будешь всякую хреноту нести типа “недурственно” и “извольте откушать”».
Крис отправил ему фото стены Цоя и получил ответ.
«Перемен требуют наши сердца!»
После Арбата пешком дошли до Красной площади и снова разбрелись кто куда. Фотографировали, снимали видео и громко восхищались. Крис уже бывал здесь два раза, поэтому наслаждался острыми и яркими эмоциями Славки. Она сначала ошарашенно замерла, потом медленно огляделась и, присев, приложила ладонь к брусчатке. Крис сделал пару снимков исторического музея и ГУМа, самые удачные кадры снова улетели к Вадиму и парочка к Ане. Вадим отправил голосовое сообщение с безжалостно перевранным гимном, а Аня попросила купить ей какую-нибудь безделушку в сувенирном магазине.
Побродив в сердце столицы, наполнили карманы сувенирами и наконец-то отправились обедать в кафе. Декан оказался прав. Впереди ещё было посещение Третьяковской галереи, а время уже давно перевалило за полдень. И снова предстояло спускаться в метро. У турникета Крис поймал пальцы Славки и крепко сжал. Ступил на эскалатор одновременно с ней, потом сразу же спустился на одну ступеньку и развернулся к ней лицом. Они почти выровнялись макушками, и Славка невольно поймала его пристальный взгляд.
– Не смотри вниз, – приказал Крис.
– А куда смотреть? – простучала она зубами, нервно сглатывая.
– На меня смотри.
– Можно подумать ты лучше, чем эта подземная кишка.
Он сжал её пальцы.
– Уже почти приехали. Это ещё хорошо, что нам не нужно на станцию «Парк культуры». Там самый длинный эскалатор.
К Славкиной радости, в метро пробыли недолго, проехали всего одну станцию и снова выбрались на поверхность.
Третьяковская галерея сама по себе выглядела как что-то древнее и художественное, хотя снаружи казалась обманчиво нелепой и компактной. На входе неожиданно возникла проблема. Большая часть их группы уже спустилась в гардеробную, когда охранник остановил Славку и потребовал отдать ему колюще-режущие предметы.
Она сняла с плеча рюкзак и нехотя вынула складной ножик, а потом ещё один, крупнее, в кожаном чехле. Крис не сдержал улыбки. Ну конечно, в Старолисовской все носили ножи, как сейчас мобильные. А Славка могла выйти на улицу без макияжа или телефона, но не без ножа.
По залам бродили до самого вечера. Сначала долго и пристально всматривались в портреты, разглядывали детали и глубокомысленно вздыхали, но чем дальше уходили, тем меньше внимания доставалось картинам. А в последние залы дошли не все, только самые стойкие и упорные, большей популярностью пользовались танкетки в залах. На улицу вышли, словно выбрались из подвала после долгого заключения. Хотели сощуриться от солнца, но Москва уже утонула в сумерках. Уставшие студенты выглядели так, словно переели культуры, и она уже лезла из ушей и выплёскивалась из глаз.
Декан, беспрестанно зевая, изучил карту метро и погнал студентов на «Третьяковскую станцию». Доехали до «Таганской», там пересели на кольцевую, по ней добрались до «Комсомольской». Именно с этой станции уезжали рано утром. Крис не отходил от Славки ни на шаг, хотя поймал несколько красноречивых взглядов Кати и подозревал, что Аня вместе с сувенирами получит букет слухов. Правда, Криса это больше не волновало. Он принял решение. Славке он не будет навязываться, пусть любезничает со своим рыжим, хуже некуда – ощущать себя слабохарактерной тряпкой, но с Аней расстанется в любом случае.
Во дворе многоэтажек Демьян Станиславович вспомнил про ужин.
– Давайте пиццу закажем сразу на всех. По два куска на лицо хватит?
– По три!
– Жирно будет. Хватит штук пять на всех.
– Шесть! – выкрикнул тот же голодный голос.
В хостел вернулись уставшие и наполненные впечатлениями. Пока ждали пиццу, звонили домой и отправляли фотографии. А потом ужинали на общей кухне, перебрасываясь фразами и строя планы на завтра.
Крис ел стоя, в беседе почти не участвовал, поглядывал на Славку и переписывался с Вадимом. Тот снова требовал фотоотчёт.
«Давай хвастайся, что там ещё наснимал».
«Я тебе весь день фотки отправляю. Не надоело ещё?» – Он откусил от пиццы и пристроил тарелку на краю подоконника.
«Надоело. Но давай ещё парочку».
Крис пролистал галерею, выбрал самые свежие кадры из Третьяковки и отправил Вадиму.
«Это что за дева?»
«Княжна Тараканова, вообще-то», – ответил Крис.
«И не только. Судя по оранжевому шарфу, там ещё и Славка бродит. А есть девочка с персиками?»
«Есть».
Крис снова пролистал галерею и нашёл упомянутую картину. Но и на этом фото, кроме девочки, обнаружилась Славка. Он хмыкнул, пропустил этот снимок и нашёл другой. Чуть обрезал попавшие в кадр чёрные кудри и только потом отправил.
«Девочку не нашёл. Лови “Всадницу”».
Почти минуту Вадим набирал ответ. В итоге пришло не сообщение, а серия снимков. Арбат, кафе, метро, галерея и Красная площадь. На всех фотографиях в центре кадра была то Катя, то девчонка с четвёртого курса, имени которой Крис не запомнил. Но не это привлекло его внимание. На заднем плане или на общих фото был он сам, и везде рядом со Славкой.
Он рассмотрел все снимки, но не ответил, ждал, что ещё добавит Вадим, а в том, что тот добавит, не сомневался. Телефон снова тренькнул сообщением.
«Катькину инсту просмотрел и ещё парочку, даже к Демону заглянул. Ты мне ничего не хочешь объяснить? Что-то тебя прямо примагничивает к одной особе».
Крис выключил экран, немного выждал, когда пульс успокоится, и набрал ответ:
«А что я должен объяснить?»
Вадим не ответил. Вместо этого позвонил. Крис приглушил звук и вышел на лестничную площадку. Только потом принял вызов.
– Алло.
– Раз ты сам не колешься, придётся тебя расколоть насильно.
Крис оглянулся, убедился, что рядом никого нет, и никто не подслушивает.
– На что ты намекаешь?
– Я тут узнал кое-что. Славка-то не из Краснодара, а из Старолисовской. Той самой деревни, в которую тебя пару раз ссылали на лето. И знаешь, там не такой уж огромный мегаполис. Не верю, что вы с ней за три месяца ни разу не пересеклись. И почему ты не сказал, что вы знакомы?
– Какая разница? Она явно дала понять, что знакомство продолжать не планирует.
– Что вы там такое натворили, черти?
– Ничего, – Крис вздохнул. – Это всё в прошлом.
– Ну конечно! Поэтому тебя так плющит, тащит и таращит?
– Возможно, – осторожно согласился Крис.
– И что ты думаешь теперь делать?
– Во-первых, я расстанусь с Аней.
– Окай. А раньше почему не расстался?
– Думал, что смогу забыть Славку.
– Не смог, – Вадим даже не спрашивал, произнёс уверенно и немного задумчиво.
Крис прошёлся от стенки до стенки, постучал носком
