единицу энергией и прохладой.
Впечатляет отделка и убранство помещений. Кругом — линолеум, пластик, деревянные панели. Из профилактория перенесены мощный холодильник, торшер, весы, цветной телевизор. Под рукой специальный телефон. Настенные шкафы удобны для хранения как безалкогольных, так и алкогольных напитков.
Перед лицом такого великолепия как-то безрадостно тускнеет помещение общей бани с ее умолкнувшими душевыми, растерзанными дверями, обшарпанными стенами и закопченным потолком. Слухи о ДГЖ не подтвердились. Ведь именно за счет капитального ремонта железнодорожной бани и оборудована финская красавица для Аллюрского и других чинов.
В день открытия новостройки высокое начальство парилось и порознь, и перекрестным способом. Усталые, но довольные высокие моющиеся единицы долго нежились на ажурных топчанах…
Конечно, самое лучшее было бы закончить рассказ этой счастливой идиллической сценой. К сожалению, в жизни счастливые концы встречаются не так уж часто. Хотя от новой мыльни было всего четыре ключа — по числу руководящих товарищей, — слухи о ней распространились с быстротой локомотива. Железнодорожники гадали, а как отчитается Аллюрский за те десятки тысяч казенных рублей, которые ушли не по назначению, на какие капиталы будет теперь ремонтироваться общая баня, находящаяся в бедственном положении? Назревал скандал. Новостройку пришлось закрыть и даже заделать в нее вход — пока не умолкнут завистники.
Читателю может показаться, что описан, как говорится, частный случай. Если бы так! К сожалению, финские бани стали своего рода модой. Их строят повсеместно и даже повселесно. Считается хорошим тоном воздвигнуть мыльню на лоне природы — на краю ведомственного профилактория или базы отдыха. Из государственного кармана изымаются солидные средства, а со складов предприятий и организаций — дефицитные строительные материалы. Приобретаются холодильники, телевизоры, мягкая мебель и даже кондиционеры. Идет негласное соревнование: у кого сауна роскошнее, у кого настоящий сухой пар, а у кого, как у бедного родственника, — жалкая подделка.
…По последним сведениям, Аллюрский размуровал вход во временно законсервированную сауну. На днях тут состоялась первая после перерыва контрольная помывка.
С инфекцией престижа не так-то легко бороться…
ПРИНЦ БЕНЗОКОЛОНКИ
Не так давно на Козьмодемьянской нефтебазе произошла кража века. Но как она отличается от других громких уголовных приключений, виденных в кино и по телевидению! Не было погонь за преступником с воем сирен и прицельным огнем по колесным скатам. Сам преступник не совершал по городу жутких зигзагов на угнанной «Волге» и не сигал с моста в мутные волны. Следователь с посеребренными инеем висками и с валидолиной под языком не пронизывал подследственного мудрым ироническим взглядом.
Поверьте, ни одного броского штриха — хоть бросай авторучку…
В бесхитростном изложении кража века выглядела так. Юный электрослесарь Шустиков был послан администрацией для погрузки предназначенных к сжиганию списанных талонов на бензин. С погрузкой Эдик справился более чем успешно. Кроме списанных талонов он погрузил в укромное место упаковку новеньких талонов на бензин А-93.
Захватывающим детективом повеяло лишь от количества походя уворованного богатства: десять тысяч талонов по пятьдесят литров каждый! Другими словами, ничем не примечательный Шустиков враз превратился в нефтяного магната, имеющего за пазухой пятьсот тонн первосортного бензина стоимостью семьдесят пять тысяч рублей.
Тут, казалось бы, и должна начаться погоня с оглушительной пальбой и прочими захватывающими подробностями. Ведь не каждый же день с нефтебазы исчезают двенадцать железнодорожных цистерн горючего. Но ничего подобного! Узнав о пропаже, директор Ю. М. Хладобойный, блюдя честь ведомственного мундира, предпочел помалкивать.
А Эдик тем временем катался, как сыр в масле: продавал талоны направо и налево, раздаривал их родным и знакомым, а также многочисленным собутыльникам. Иногда в пьяном кураже юнец просто пускал их по ветру, наподобие бумажных голубей.
— Пользуйтесь, старики, моей щедростью! — орал электрослесарь в теплой компании. — У меня этого добра больше, чем у принца Саудовской Аравии. Хошь, водоем из бензина сделаю?
— Не надо, Эдик, — пугались собеседники. — Ты их лучше нам отдай.
— И отдам. Подходи, налетай!
Протрезвев однажды утром, Шустиков решил, что проклятая неиссякаемая упаковка до добра не доведет, и решил выбросить остатки талонов рядом с родной нефтебазой. Пусть ими пользуется кто-нибудь другой.
Беспризорное богатство сразу же подобрал солидный служащий В. Г. Боголюбов. Лишенный купеческих замашек своего юного предшественника, Владимир Галактионович подошел к находке с рачительностью доброго хозяина. Для начала он обменял квитки на другую марку бензина, подходящего для личной автомашины. Затем стал делать подарки родственникам в дни рождений исключительно в виде талонов на бензин, чем вызвал слова благодарности, а заодно и сэкономил деньги.
Таким образом нефтебазовская упаковка перешагнула пределы Козьмодемьянска и пошла гулять по стране. Из отчетов автозаправочных станций только одного Козьмодемьянска следователи-знатоки изъяли несколько тысяч талонов, по которым водители более ста организаций и предприятий заправили автомашины даровым бензином. А ведь это только малая толика всей упаковки, так что надо набраться терпения и ждать известий из других городов.
Громкое происшествие на нефтебазе, как мы уже говорили, никого особенно не удивило и тем более не встревожило. Разбазаривание государственного бензина давно стало здесь таким же привычным делом, как злоупотребления ее директора Ю. М. Хладобойного.
Взять хотя бы склад, из которого электрослесарь Эдик на глазах операторов уволок упаковку. Несмотря на строжайшие инструкции о том, что талоны должны храниться наравне с денежными документами, во владениях Ю. М. Хладобойного они валялись где попало. По соседству со списанной макулатурой находились новенькие квитки, по которым иди и получай бензин. И брали, и получали, и, что самое поразительное, при непрерывном воровстве не было недостач горючего. Ни грамма! Надо отдать должное Ю. М. Хладобойному, умел он наводить ажур путем недоливов. И эти пятьсот тонн наверстал бы, не попадись «принц бензоколонки» в поле зрения милиции.
Получил свой срок лишения свободы и уехал под охраной отрабатывать семьдесят пять тысяч рублей ущерба вороватый Эдик. В адрес руководителей управления нефтепродуктов поступило частное определение суда о необходимости наказать тех, кто способствовал краже в особо крупных размерах.
И из управления грянул гром. Его начальник издал грозный приказ об увольнении Ю. М. Хладобойного за грубое нарушение трудовых обязанностей. Однако правой рукой начальник карал, а левой миловал. В трудовой книжке бывшего директора, делишками которого занимались следственные органы, появилась запись об увольнении по собственному желанию. Это дало ему возможность сразу же пересесть из одного руководящего кресла в другое — директора специальной научно-реставрационной мастерской. Уйти, так сказать, от шумной эпохи энергетического кризиса в тихую эпоху памятников архитектуры и старины, когда единственным горючим считался дешевый овес.
Родное управление и его начальника верный себе Ю. М. Хладобойный отблагодарил самым неожиданным образом. Будучи уже уволенным, он вдребезги разбил нефтебазовскую «Волгу», оставив от нее рожки да ножки.
Соответственно были
