урну. – Пойдем. Остался последний этап. Если и там не лажанешь, возьму в отряд.
– Отлично… – Фенрир наконец-то заставил себя встать на ноги и вошел в здание следом за Матвеем.
Тот нажал на кнопку и шагнул в открывшийся лифт, с любопытством разглядывая молодого наемника. Андрея тяжелый взгляд Черномора коробил, но он заставил себя делать то же самое – рассматривать своего гипотетического будущего командира. Тем временем лифт спускал их вниз, и судя по табло, неприметное снаружи здание было настоящим бункером на семь подземных этажей.
– Приехали, – Черномор вышел первым в тускло освещенный коридор и двинулся направо.
Фенрир косился по сторонам. Обстановка была далека от современного технологичного убранства «Феникса». Тут все скорее напоминало старую тюрьму.
– У нас без изысков, – распознал его мысли Матвей.
– Переживу, – хмыкнул Андрей.
– А вот и третье задание, птенчик, – Черномор открыл очередную дверь.
Выйдя из-за его спины, Фенрир вздрогнул. Комната оказалась похожа на душевую: пол и стены были выложены старым голубым кафелем. В дальнем углу покоилась больничная каталка. Недалеко от двери расположился металлический стол с ящиком для инструментов и парой больших затертых тетрадей.
Но хуже всего было то, что посреди комнаты на полу лежала сильно избитая женщина, тихо скулившая от боли.
Командир наемников зловеще усмехнулся:
– У тебя час на допрос. Не вскроется – пристрели суку.
Глава 28
Проф(не)пригодность
– Макс.
– М-м-м… О, Пикуля, привет.
– Я просила не называть меня так.
– А я просил тебя встретить Новый год с нами. Один – один.
– Вы ведь еще там?
– Ага. Ты надумала?
Лера, глядя в зеркало, поправила воротник пушистого серого свитера и с сомнением замерла перед шкафом.
– Да. Или вы уже спать собрались?
– У нас тут все по принципу пионерского лагеря! В десять вечера отбой.
– Понятно…
– Но ради тебя мы перенесем его на пол-одиннадцатого! – в трубке раздался хмельной хохот.
– Дурак.
– Да приезжай уже, зазнайка. Дениска по тебе соскучился.
– Вот почему ты редко пьешь, Максим.
– Почему?
– Иначе давно остался бы без зубов с таким искрометным чувством юмора.
Голос Макса внезапно стал серьезным и заботливым:
– Оденься теплее. И свои шпильки оставь дома. Тут сугробы по колено.
– Хорошо… – Лера улыбнулась и вытащила с верхней полки белые унты с густым собольим мехом, которые носила с Кариной по очереди.
– Э… Допросить? – Андрей тупо уставился в протянутый Черномором планшет.
– Ага. Приступай, – Матвей кивнул на настенные часы. – Вернусь ровно через час.
Когда тяжелая металлическая дверь за ним закрылась, Фенрир бросил короткий взгляд на пленницу, а потом снова растерянно уткнулся в файл. Судя по описанию, перед ним болезненно стонала английская наемница Бриджит Стенфилд. Далее шел длинный список ее «достижений»: от шпионажа и заказных убийств до пыток военнопленных и незаконной перепродажи оружия.
Андрей в жизни никого не допрашивал и понятия не имел, как это делается. Но у него была четкая формулировка задачи: расколоть узницу в течение часа. Мысль об убийстве ему не нравилась…
– Пожалуйста… – прошептала девушка на английском. – Воды…
Отложив планшет, Андрей стащил с себя толстовку и присел на корточки перед ней. Разглядеть ее лицо как следует мешали кровоподтеки и рассечения. Длинные темно-русые волосы беспорядочно слиплись от крови и торчали в разные стороны. Левое колено было сильно опухшим. На нескольких пальцах уже отсутствовали ногти.
– Как тебя зовут? – спросил Фенрир, приподняв ее голову за подбородок.
– Воды… – снова прошептала англичанка.
– Если я дам тебе воды, ответишь?
– Да…
Оглядевшись, Андрей заметил в углу полупустую бутыль для кулера с надетой на горлышко побитой жизнью эмалированной кружкой.
– Пей, – он поднес ее к разбитым губам девушки, и та сделала несколько жадных глотков. – Как тебя зовут?
– Саманта… Саманта Пиклс…
– Неправда.
– Я не вру… Я из Бирмингема… Работаю медсестрой в частной стоматологии. Мы с подругой приехали в Санкт-Петербург… Долго мечтали… Пожалуйста! – глаза пленницы широко распахнулись. – Пожалуйста, помогите мне! Я не знаю, что от меня нужно этому… этому чудовищу! Он говорит что-то про убийства и оружие… Но я не понимаю! Я простая медсестра! У меня двое детей! Мальчик, Эштон… Ему двенадцать… И дочь, Кэтти… Совсем малышка! Ей исполнится три года в марте… Пожалуйста, прошу вас…
Фенрир завис.
– Пятьдесят минут, – грохнул настенный динамик.
– И все-таки. Как тебя зовут? – Андрей попытался придать голосу твердость.
– Говорю же… – всхлипнула наемница. – Саманта…
– Это неправда. Я вижу, – Фенрир лукавил: ничего он не видел. Все обрывочные знания физиогномики, помноженные на избитое лицо с нарушенной мимикой, смешались в голове от усталости. – Ты врешь.
– Нет!!!
– Послушай, Бриджит…
– Я Саманта!..
– У тебя есть один-единственный шанс выжить.
– Какой?..
Усевшись на прохладный кафельный пол, Фенрир аккуратно завел ее спутанные пряди назад, окунул руку в кружку и медленно протер лицо девушки от потеков крови. Он понятия не имел, зачем все это делал, но решил просто довериться своему чутью.
Англичанка удивленно зависла от легких прикосновений. Очистив ее лицо, Фенрир прикинул возраст: «Лет тридцать пять… Может, тридцать семь…»
– Он не убьет тебя, если скажешь правду. Просто скажи все как есть. И сможешь снова увидеть детей… Или ты их выдумала?
– Но я и говорю правду! Почему вы мне не верите?! Я ничего не выдумывала!!!
– Тшш… – Фенрир прервал ее, положив палец на припухшие разбитые губы. – Не ври мне. Ты ведь хочешь домой?
– Да…
– Тогда прекрати меня обманывать.
– Ты такой же, как он?.. – всхлипнула Бриджит. – Безумный головорез?.. Вы убьете меня в любом случае?..
Мозг Фенрира зацепился за последнюю фразу, и он прищурился:
– В каком любом случае? Я же говорю, прекрати врать. И все сразу закончится. Ну же, Бриджит, – он снова поглаживал ее по лицу, всматриваясь в большие блеклые голубые глаза.
«А у Леры яркие…» – Андрей тряхнул головой и вернулся в реальность:
– Милая, тебя дома ждут дети, да?
– Да…
– Уже почти совсем взрослый сын. И чудесная малышка.
– Пожалуйста…
– Просто признайся. Тебя осудят. Но оставят в
