Оба были вооружены: на фоне неба покачивались иглы штыков. Он нырнул обратно в комнату и опустился на пол.
В углу, с мокрым поблескивающим лицом, скорчился Делламэн. Вместо Маккардля роль охранника выполнял Гейган. Он молча держал Делламэна за горло. Маккардль вместе с Кэролайн торопливо связывал ленты в веревку. Когда появился Родни, она подняла глаза. Он потряс головой и молча показал на потолок. Он лихорадочно думал. Вбежал в ванную — бесполезно. Захватить часовых врасплох и прорваться силой? Не хватит ни людей, ни оружия.
Пальцы Кэролайн проворно летали от узла к узлу. Стоя на коленях и продолжая свое занятие, она сказала, не поднимая головы:
— Они ведь… время от времени… убивают людей… прямо здесь, во дворце… И куда они… девают тела?
— Потайные колодцы? Да, во всех таких дворцах они есть. Я как-то видел их в Агре. Здесь, вероятно, они тоже имеются. Но это в темницах, гораздо ниже.
— А если им надо… избавиться… от почетного гостя? Не нести же тело… через весь дворец?
— Возможно, но…
Он пожал плечами. Маккардль, прислушивавшийся к разговору, перебил:
— У нас нет времени на болтовню. Надо поднять ковры, особенно под этой диванной штуковиной.
Веревка была готова, и они втроем принялись за дело. Миссис Белл, стискивая своего ребенка, слезла с дивана, глядя на них безучастным взглядом. Толкая диван, Родни внезапно понял, что они только зря теряют время. Бежать невозможно. Им лучше смириться с тем, что их ожидает. Может, рани и защитит их.
Кэролайн бросила на него пылающий взгляд такой силы, что у него приоткрылся рот. Вдруг под диваном все-таки обнаружится потайной колодец? И тогда, если повезет, они смогут по нему скрыться. Он навалился всем весом, и диван сдвинулся с места.
Они скатали ковер, который лежал под ним. К одной из вновь обнажившившихся плит были приклепаны два железных кольца. Когда за них потянули, плита сразу отошла. Родни заглянул в узкое черное отверстие, почти вертикально уходящее вниз. Не было никакого способа определить, насколько глубок этот колодец, и где он кончается. Квадратные стены были облицованы грубо отесанным камнем. Склонившись на коленях над краем, он перевел взгляд с Маккардля на Кэролайн.
Она прошептала:
— Это единственный способ взять над ней верх.
Голос у нее дрожал, но смотрела она не на него или в колодец, а на Робина, который, лежа на койке, сосал пальец. Он снова заглянул в черную глубину. А что, если выход из колодца заделан решеткой — прямо под водой? Кто может поручиться, что он не обрывается высоко над рекой? А в сухой сезон там, внизу, могут оказаться камни или едва прикрытые водой утесы? Что, если простыни не выдержат? И пока они будут скользить вниз, они могут напороться на что угодно, переломать кости, обгореть. Тех, кого обычно сбрасывали вниз, такие мелочи уже не волновали.
Он услышал, как Кэролайн сказала:
— Сначала я, потом Робин. Потом ты, потом мистер Маккардль.
Он было заспорил, но она уже стала главной благодаря силе воли. Она продолжила:
— Когда спушусь, если получится, два раза дерну за веревку. Тогда вытягивай веревку, привязывай Робина и спускай.
— Ладно.
— Давай. Нет, погоди минутку. Я не могу бросить всех остальных.
Она развернулась и повысила голос:
— Пожалуйста, выслушайте меня. Вы сейчас в большей опасности, чем до сих пор. Мы можем выбраться отюда. У нас снаружи есть друзья.
Молодой Майерз поглядел на мать, потом на сестру. Те уставились в пол. Миссис Белл еще сильнее притиснула к себе ребенка. Миссис Булстрод захихикала; миссис Хэтч уставилась в темную дыру и выругалась себе под нос.
Отец д’Обриак жизнерадостно сказал:
— Je crois que vous avez raison, mon enfant. Mais ces autres ont le corps et l’ăme malades. Мое место — с ними. Allez vite, bonne chance, et que le bon Dieu, qui est mort pour nous, vous prẻserve dans ses mains ẻternelles.[108]
Его рука нарисовала в воздухе крест; глаза радостно поблескивали, и, казалось, эти слова доставляют ему такое же наслаждение, как глоток хорошего вина.
Гейган повернул голову и прохрипел:
— Я бы пошел, если бы не был такой обузой. Удачи — она вам чертовски понадобится!
Он злобно усмехнулся и сильнее сжал шею Делламэна.
Кэролайн сказала:
— Спасибо, святой отец. Спасибо, мистер Гейган. Прощайте, все! И удачи вам! Давай!
Родни привязал один конец связанной из простынь веревки — она получилась примерно пятьдесят пять футов длиной[109] — к ножке кровати, и закинул другой конец в колодец. Маккардб приготовился всем весом придавить кровать. Кэролайн спросила:
— Где мы встретимся, если потеряем другу друга?
— Через милю вверх по течению — по этому берегу — в моем старом лагере. Знаешь, где это?
— Знаю.
— Ладно.
Она торопливо присела на край колодца, схватила веревку обеими руками, перекатилась на живот и исчезла внутри. Он следил за тем, как покачивается ее макушка, пока темнота не поглотила ее. Двадцать секунд. Сорок. Шестьдесят. До него донесся слабый отзвук всплеска, и веревка дернулась. Перехватывая руками, он вытянул веревку. Было очевидно, что она едва достала до воды. Макардль соорудил петлю под коленями Робина, и еще одну у него подмышками. Это означало, что веревка стала короче еще футов на пять. В окнах прогремел звук выстрела — стреляли с крепостной стены. Если в Кэролайн попали, Робин утонет. В тусклых глазах мальчика внезапно появился свет, он слабо закричал и попытался выбраться из колодца.
— Все в порядке, Робин. Там, внизу, тетя Кэролайн, она тебя возьмет на ручки.
Времени уже не оставалось, и он изо всех сил надавил на плечики Робина, чтобы крохотные пальчики отцепились от каменного края. Маккардль постепенно выпускал веревку, и Родни с перехваченным горлом следил, как жалобное личико сына исчезает в темноте. В шахте колодца эхом отдавались крики перепуганного ребенка. Миссис Булстрод разрыдалась.
Укоротившаяся веревка закончилась, и Родни посмотрел на Маккардля. Родни, должно быть, болтается в нескольких футах над водой, и Кэролайн не может до него дотянуться. Веревку придется отпустить; ему и Маккардлю придется скользить внутри без поддержки. На крепостной стене раздался еще один выстрел. В переходе послышался шум. Отец д’Обриак привалил к двери две койки и подозвал молодого Майерза. Гейган выпустил Делламэна и, хромая, присоединился к ним. Вместе они завалили дверь, пока Делламэн, упав на пол, кричал: «На помощь! На помощь!»
Маккардль отвязал веревку от ножки кровати и кивнул. Они отпустили ее. Последние несколько узлов скользнули во тьму и исчезли. Раздался плеск.
Переваливаясь, к ним подошла миссис
