Детектив кивнул:
— Он сказал, что Альберт Лэнгли заплатит за то, что выпустил на свободу этого сукина сына.
— Я не знал, — удивился я.
— Ты никогда не слышал, чтобы Альберт Лэнгли или его сын Адам говорили об этом? — обратился к Дереку Барри. — Может, они боялись, что Колин Маккиндрик попытается свести с ними счеты?
— Нет, — буркнул Дерек. — Я ничего подобного не слышал. — Его голос сорвался, он пошатнулся, как будто у него закружилась голова. Сын все утро стриг траву под палящим солнцем, а этого было вполне достаточно, чтобы получить солнечный удар. К тому же потрясение, которое он испытал из-за известия об убийстве Лэнгли, не прошло даром. Парень выглядел так, словно сейчас упадет в обморок.
Я схватил его под руки.
— Дерек! — воскликнула Эллен.
У Барри явно был другой план действий, и он рявкнул женщине в полицейской форме:
— Принесите воды!
Та поспешила к припаркованному неподалеку автомобилю, вероятно, за водой. Я подвел Дерека к ближайшей полицейской машине и прислонил к ней. Женщина-полицейский подбежала к нам, сорвала с бутылки пластиковую крышку и протянула питье мне. Вода была теплой. Я поднес бутылку к губам Дерека, и он сделал несколько глотков.
— Его нужно отвести в дом, там прохладнее, — заметалась Эллен. Наш дом был примерно в сотне ярдов от этого места, и коллега Барри предложила подвезти. — Я сама его отведу. — Жена, вероятно, считала, что, если я останусь с Дакуортом, смогу больше узнать о том, что произошло прошлой ночью.
— Наверное, у него шок, — предположил Барри, когда машина поехала к дому.
— А у тебя на его месте не было бы шока? Если бы твоего лучшего друга убили вместе со всей его семьей?
Детектив медленно кивнул в знак согласия.
— У тебя есть какие-нибудь предположения? — спросил я. — Это может быть как-то связано с одним из дел, которые вел Альберт? Что-нибудь пропало? Дом обыскивали?
Барри задумался.
— Я понятия не имею, что там случилось, Джим. Только знаю, что троих человек убили и вокруг этой истории поднимется страшная шумиха. Не каждый день в наших местах происходит тройное убийство. Если честно, то на моей памяти не было ничего подобного. За последнее время случилось еще несколько убийств, но чтобы такое… — Он замолчал и посмотрел на шоссе. Я проследил за его взглядом — он смотрел на наш почтовый ящик.
Он был всего один, с фамилией «Каттер». Прошлой зимой я чинил его после того, как он рухнул под тяжестью снега. Лэнгли получали письма на абонентский ящик в городе. Альберту претила мысль, что его письма будут лежать в ящике, который стоит на дороге и любой может их прочитать.
— Что ты там рассматриваешь?
— Что? — рассеянно отозвался Барри. — Да так, ничего.
Глава четвертая
Прежде чем я успел задать приятелю очередной вопрос, на шоссе появился автомобиль, привлекший к себе наше внимание. Большая черная машина медленно ехала по дороге. Дакуорт выпучил глаза от удивления и проговорил:
— Ну вот, теперь можно и расслабиться. К нам приехал большой человек.
Автомобиль оказался «меркьюри» модели «гранд-маркиз» с тонированными стеклами. Я видел ее сбоку, но знал, что у нее муниципальные номерные знаки. Из-за большого скопления полицейских машин у лимузина не было пространства для маневра, поэтому водитель включил проблесковые маячки и остановился посреди дороги.
Мы с Барри стояли рядом и ждали, когда большая шишка выберется из автомобиля.
— Скажи, зачем ты это сделал? — спросил меня детектив.
— Ты о чем? — машинально спросил я, все еще думая о Лэнгли. Вопрос полицейского застал меня врасплох.
— Зачем ты заехал ему в морду? Сколько раз мне еще придется тебя об этом спрашивать?
— Это всего лишь слухи, Барри.
— Во всем Промис-Фоллс нет ни одного государственного служащего, ни одного человека, который не знал бы о том, что ты разбил мэру нос. Это наша своего рода городская легенда.
— Нельзя верить всему, что слышишь.
— Это одна из тех историй, в которые я охотно верю, — усмехнулся Барри. — А еще я верю в то, что Элвис работал в ресторане быстрого питания на севере города. — Дакуорт посмотрел на вышедшего из машины водителя. Высокий худой человек на вид около сорока лет. Его светлые волосы коротко острижены спереди, а сзади доставали до ворота рубахи. Что-то вроде стрижки под горшок. — Я это к тому, что, когда мэр пришел на собрание городского совета, нос его оказался размером с апельсин. И знаешь, кто из администрации был в тот день уволен? Только подумай, ты до сих пор мог бы работать с Лэнсом, если бы не устроил всю эту хрень.
— Я счастлив, что все так вышло.
— Только я слышал, что сначала ты разбил мэру нос, а потом попросил у него рекомендательное письмо, и он тебе его дал, — усмехнулся Дакуорт. — Думаю, это было еще до того, как ты решил заняться частным бизнесом. Как бы там ни было, ясно одно: у тебя против него что-то было, и это замечательно. Он ведь даже не заявил на тебя в полицию. А всем известно, что трудно сыскать более мстительного ублюдка, чем Рэндалл Финли.
Задняя дверца машины открылась, и появился мэр собственной персоной. Маленький человек, явно страдавший комплексом Наполеона, держался он так, словно был настоящим гигантом. Мэр также предпочел оставить пиджак в машине. Поставив ноги на горячий асфальт, он подтянул брюки и посмотрел на место преступления через солнечные очки.
— Детектив Дакуорт! — крикнул он Барри.
— Покажи мне, как ты умеешь бегать, — прошептал я приятелю на
