Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 52
— Я ведь узнал вас, Елизавета Петровна. Я вас видел тогда, в девятьсот девятом году, когда ваш муженек охотился за раритетной короной императрицы Екатерины Великой. Остановились вы тогда здесь же, в нумерах «Франция», только раньше прежний хозяин этой гостиницы именовал ее отелем. И уверяю вас, найдутся еще люди, которые, несомненно, признают в вас Елизавету Петровну Родионову, урожденную дворянку Волкову. А у вас бумаги на совершенно иное имя, то бишь фамилию…
— К чему это вы? — посмотрела на Савинского Лиза высохшими глазами.
— А к тому, что вы арестованы вследствие присвоения себе чужих документов и хранения и ношения огнестрельного оружия. Здесь, в нумере, нашими сотрудниками будет устроена засада, и когда ваш муженек вернется, он будет арестован тоже. Вам же теперь остается только следовать за нами. И, пожалуйста, — Савинский выразительно посмотрел на Лизавету, — не создавайте ни себе, ни нам лишних проблем.
Елизавета непонимающе пожала плечами и повернулась к двери.
— Прошу, — любезно произнес Николай Иванович, предупредительно и по-старорежимному учтиво открывая перед Лизой дверь.
— Благодарю, — ответила она и медленно ступила за порог гостиничного нумера, за коим ее ожидало новое, неведомое и, очевидно, страшное…
Два электрических фонаря весьма слабенько освещали крыльцо внушительного здания Казанского отделения Государственного банка РСФСР. Однако в их неясном свете было видно, что вместо одного часового вход в банк охраняют двое.
— Это еще что за новость, — буркнул про себя Савелий, ни к кому не обращаясь, однако его услышали. — Они что, решили проявить бдительность?
— Нищиво, хузяин, сыпыравимся, — тихо произнес Мамай, а адъюнкт-химик прошептал:
— Какая разница, Савелий Николаевич? Газу все равно, сколь человек ему усыплять, одного или десяток. Это вопрос совершенно не принципиальный.
— Оно, может, и так, но с какой стати усилена охрана? Вот что принципиально, — промолвил Родионов уже шепотом.
— А что, внутри здания охрана тоже усилена? — спросил несостоявшийся профессор.
— Не знаю, — ответил Савелий. — Вполне вероятно. Поэтому надо быть готовыми и к этому.
Они находились за пристроем соседнего банку дома купца Оконишникова, почти вплотную — через узкую тропочку — примыкавшего к чугунному забору банка.
Пока им везло.
Свежий ветер с Волги, пропетляв по улицам города, здесь, возле здания банка, превратился в ветерок, вполне приемлемый для того, чтобы отнести усыпляющий газ в сторону часовых. Они как раз находились с подветренной стороны. А дальше… Впрочем, что и как будет дальше, загадывать не стоило.
— Ну что, с богом? — оглядел Родионов свою команду. — Давай, Ленчик.
Адъюнкт кивнул и достал из сумки, висящей через плечо, небольшой брусочек с торчащими из него несколькими головками спичек — самоделковую шашку. Чиркнув ими о коробок, химик дождался, покуда полыхнут все спички, ступил на тропинку и пробросил шашку меж прутьями забора.
Через несколько секунд шашка задымила и стала испускать газ, облачка которого поползли в сторону часовых. А еще через четверть минуты они уже возлежали возле входа, и в течение нескольких часов их не могли бы разбудить и пушечные выстрелы.
Тотчас к входу со всех ног бросились два боевика и оттащили мертвецки спящих красноармейцев в ближайшие заросли кустов. Вслед за ними, воровски крадучись, к входу в банк пробрался химик-адъюнкт. Он достал из сумки три шашки, зажег их и бросил одну за другой в галантно распахнутые боевиками двери банка. Через минуту он посмотрел в сторону пристроя дома Оконишникова, где оставались Савелий, Мамай и электрический специалист, достал из-за пазухи противогазовую маску с выступающим вперед набалдашником угольного фильтра и надел ее на лицо. То же самое проделали и два экспроприатора, после чего первые вошли в здание банка. Вслед за ними скрылся за тяжелыми дверьми химик, а затем и подошедшие, тоже в масках, Савелий, Мамай с саквояжем хозяина и электрический спец с сундуком, в котором лежал готовый к применению плавильный аппарат.
Картина, открывшаяся им, была достойна пера художника-баталиста. Холл банка, словно поле сражения, был усеян телами людей. Прямо у входа, уронив голову на стол, спал пожилой красноармеец. Поодаль от него лежал на полу, раскинув руки, красноармеец с нашивками младшего командира. Еще двое солдат лежали возле колонн. Рядом с ними валялись винтовки с примкнутыми штыками, которые на всякий случай прибрал Яким со своим товарищем.
Прямо на ступенях, ведущих на второй этаж, ничком лежал человек в штатском, зажав в руке наган со взведенным курком, а у входа в цокольный этаж сидел, опершись спиной о стену, еще один красноармеец. Уткнувшись подбородком в грудь, он храпел, испуская дивные рулады, слышимые даже в другом конце огромного холла. Мамай, проходя мимо, толкнул его носком сапога, и тот свалился на бок, перестав наконец храпеть.
Закрыв изнутри двери банка, налетчики разделились. Электрический дока, передав Мамаю сундук с плавильным аппаратом, отправился искать центральный узел сигнализации банка, набив карманы кургузого пиджака отвертками, кусачками и изоляционной лентой.
Адъюнкт-химик с одним из боевиков пошли на второй этаж, дабы проверить, не остался ли там кто из охраны, и при надобности бросить для верности еще парочку газовых шашек, а Савелий с Мамаем и Якимом спустились на цокольный этаж. У входа в него, где окончились ступени, лежали в неестественных позах еще двое красноармейцев, через которых пришлось переступать. Пройдя длинным коридором подвального этажа, Савелий с остальными свернули налево и уперлись в большую железную дверь, скорее, похожую на ворота.
— Вот она, дверь в хранилище, — глухо произнес Родионов сквозь маску.
Открыть кодовый замок с неизвестным набором цифр нечего было и думать. Можно было колдовать над ним до утра, перебирая тысячи комбинаций, и не открыть его, потеряв время и уйдя ни с чем. Поэтому Савелий, сняв маску — было уже можно, — уселся прямо на пол и принялся ждать возвращения электрического специалиста.
Мамай и Яким сделали то же самое.
— Что с подводами, Яким? — спросил Савелий, с удовольствием вытянув ноги.
— Будут ждать нас, — боевик посмотрел на наручные часы, — через два часа у окончания железнодорожной ветки… Восемь подвод.
— Восемь? — переспросил Родионов.
— Да, восемь, — подтвердил Яким. — Было бы и десять, да двое в последний момент отказались. А искать новых не было уже времени.
— Хорошо. Оставшиеся мужики не подведут? — задал волновавший его вопрос Савелий.
— Не должны, — ответил Яким. — Я дал им задаток и обещал еще вдвое после окончания дела.
— Правильно, — резюмировал Родионов и тоже посмотрел на часы. Стрелки показывали без четверти час пополуночи.
Вернулись химик-адъюнкт и второй боевик.
— Все чисто, — сообщил Савелию боевик, уважительно поглядывая на химика. — Двое солдат на втором этаже тоже прилегли отдохнуть.
— Как долго действует усыпляющий газ? — спросил Родионов у адъюнкта.
— Четыре-пять часов я вам гарантирую, — ответил химик, усмехнувшись. — Надеюсь, мы управимся за это время?
— Я тоже на это надеюсь, — медленно ответил Савелий.
Электрический мастер, он же оператор плавильного аппарата, вернулся, когда часы показывали семь минут второго.
— Все, — выдохнул он, закуривая папиросу. — Сигнализация полностью отключена. Пришлось повозиться, однако. Хитро было придумано, ничего не скажешь…
— Ну что, начинайте, маэстро, — кивнул ему Родионов, поднимаясь с пола. — Теперь все зависит от вас.
Мастер бросил папиросу, затоптал ее носком кожаных чеботов, щелкнул замком сундука и достал из него два баллона, заправленных природным газом и кислородом с резиновыми шлангами, идущими к медной штанге-держателю с широким соплом. Сопло имело несколько десятков мелких отверстий, а сама штанга — вентиль с двумя манометрами, измеряющими подаваемое давление, и немецкое клеймо.
Сначала он отвернул вентили на баллонах. Затем, отодвинув держатель в сторону, зажег спичку, повернул вентиль на штанге и поднес спичку к соплу, поглядывая на манометры. Через мгновение сопло пыхнуло голубоватым огнем, с неимоверной силой и змеиным шипением вырывающимся из него. Покрутив еще вентили на баллонах и держателе, он удовлетворенно хмыкнул и посмотрел на Савелия.
— Давай, — коротко произнес Родионов.
— Не смотрите на огонь, — предупредил маэстро и, сняв пенсне и надев очки, похожие на солнцезащитные, поднес горелку к щели меж железной дверью и металлическим косяком, где предположительно находились языки замка. Оставалось только ждать результатов действия плавильного аппарата.
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 52
