Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 53
– С Беляхова спросить надо, – подсказал Басмач.
– Но сначала с Ясенем решить, да? – Подъярок усмехнулся.
– А если нет выхода?
– Он есть всегда. Ты сделай как я. Думаешь, я не понимаю, что к чему, почему с Кастетом ты решал сам? Никто не должен был знать, что там да как. Мы завалим Ясеня, и ты обезопасишь себя сверху. А потом ты убьешь меня, и обезопасишь себя снизу. Ты же так думаешь? – Подъярок смотрел на бутылку, но Басмачу вдруг показалось, что он вонзил свой взгляд в него.
– Да, идея, в принципе, неплохая… – вынужденно согласился он.
– Но зачем тебе это, если я могу пригодиться, да? – Стас усмехнулся.
– Спец ты серьезный, не вопрос.
– Нет, я уже не профи. Потому что убивать ты меня больше не заставишь. Да и в казино я работать не смогу, потому что у тебя камень за пазухой…
– Короче излагать можешь?
– Конечно. – Стас кивнул и продолжал рассматривать бутылку. – Ты заплатишь мне за все, что я для тебя сделал, и мы разойдемся.
– А если нет?
– Думаешь, я боюсь умереть? Нет. Можешь меня убить. Я это заслужил. На мне столько крови, что я не знаю, как быть дальше. Но в то же время я хочу жить, причем хорошо. Поэтому ты мне заплатишь. А если нет, то через месяц менты получат письмо, в котором во всех подробностях будет расписано, как, зачем и для кого были убиты Таммуз и Кастет.
– Письмо?! – Басмач озадаченно нахмурился.
– Заказное. От кого и кому конкретно, не скажу. Да ты все равно ничего не изменишь. Если со мной что-то случится, то менты обязательно узнают, кто заказал Таммуза и Кастета. Может, тебя и не посадят, но братва тебе предъявит.
Басмач рассеянно смотрел на Стаса. Будь этот парень тупоголовым бакланом, он ни в жизнь не поверил бы ему. Но голова, увы, у него варит чересчур хорошо. Это не баклан, а серьезный профи, которому по силам практически любая задача. Нет, Стас не блефовал.
– И сколько ты хочешь?
– Пятьсот тысяч долларов.
– Ты с ума сошел! – вскинулся Басмач.
– Нет. С ума ты меня свел. – Подъярок холодно посмотрел на него. – Но я тебя не виню, за Женю не предъявляю, но деньги на бочку!
– Нет у меня столько.
– Ясень пусть в долю войдет. Ты же вместе с ним Таммуза и Кастета заказывал.
– Ты вообще соображаешь, во что ввязываешься? – Басмач красноречиво постукал себя кулаком по голове.
– Я уже ввязался и ничего не боюсь. – Подъярок смотрел на бригадира невозмутимо, но в его голосе сквозило отчаяние солдата, падающего на пулемет, торчащий из амбразуры дзота.
– Пятьсот тысяч – это слишком много.
– За все надо платить.
– Ты псих!
– Тем я и опасен.
– Хорошо, я поговорю с Ясенем.
– Поговори. Это в твоих интересах. Пока я жив, Ясень тебя не тронет.
Басмач осененно посмотрел на Стаса. У этого парня не голова, а дом советов. Действительно, пока жив главный исполнитель, Ясеню нет смысла устранять посредника. К тому же он и сам может организовать посмертное письмо.
– Я сейчас, – поднимаясь со своего места, Стас коснулся пряжки ремня.
Похоже, отлить собрался. Пусть идет.
Басмач проводил его задумчивым взглядом. Действительно, почему бы не подстраховаться на случай насильственной смерти? Только деньги он с Ясеня требовать не будет.
А Подъярку надо бы заплатить. Пятьсот тысяч долларов – это, конечно же, чересчур, но сто или даже двести Ясень сможет потянуть. В конце концов, смерть Таммуза и Кастета принесла ему огромную выгоду.
А может, и нет никакого страховочного письма? Вдруг Стас все-таки блефует?..
Если письмо есть, то его можно будет перехватить и без Стаса. Подвесить Подъярка ребром за острый крюк, спустить с него шкуру и полить живое мясо рассолом. Еще пятки можно подпалить. Под пытками он расскажет все.
Басмач вдруг понял, что вместе со Стасом ушел в тот мистический туман, который смог напустить этот парень. Если так, то этого авантюриста надо брать за жабры.
Он рванул к туалету, закрыл дверь сначала на защелку, затем на швабру, вызвал охрану. Но Стаса в сортире не оказалось. В доме его тоже не было. Никто не видел, как он уходил. Тогда куда делся этот фрукт?
Басмач сжал пальцами болезненно пульсирующие виски. Стас был у бригадира в гостях и при этом умудрился обвести его вокруг пальца. Если он захочет убить Басмача, то сможет это сделать.
Этот парень реально способен наломать дров. Не проще ли откупиться от него?
Век живи – век учись. Стас хорошо помнил, как Кастет расколол его на признание. Сопоставил факты, сделал выводы, а затем вонзил в душу взгляд и стал наматывать на него правду. Стас не сознавался в том, что убил Таммуза, но Кастет не верил ему.
Именно так поступил и сам Стас. Что-то дрогнуло в Басмаче, когда зашел разговор за Женю. Стас понимал, что бандиты вниманием ее не обделят, и Басмач обязательно нагрянет к ней. Потому и насел на него, сопоставив факты. Мешков признался в том, что пытался обидеть Женю, даже правду из глаз вытаскивать не пришлось.
Может, он ничего паскудного и не натворил, но ведь пытался. За одно только это ему нужно было оторвать голову, но Стас больше не хотел убивать. Он и сам понимал, что слишком далеко зашел, и Женя уже шарахалась от него. К тому же прав был Басмач, Женя в полный рост спала с Беляховым. Вот с кого надо было спросить в первую очередь. Но Стас не трогал этого козла. Он не хотел, чтобы Женя видела в нем жестокого и беспощадного монстра.
Да и не до Жени ему сейчас было. Он ее любил, очень нуждался в ней, но между ними лежала пропасть, которую надо было преодолеть. Парень мог и рухнуть в эту бездну, исчезнуть в ней. Стас прекрасно это понимал, поэтому не питал иллюзий насчет будущего. Он даже сумел настроиться на мысль о том, что ему, возможно, придется умереть, потому и к Басмачу в гости заявился без особого страха за себя. Может, потому блеф и удался.
Сказку о прощальном письме он придумал на ходу. Тут же к нему пришла и мысль о выкупе.
Он догадывался, что Басмач собирался избавиться от него, но все-таки надеялся на лучшее. Поэтому пришел к нему, выждав какое-то время, и узнал, что его заказали, а раз так, то надо выкручиваться. Но ведь Стас не какой-то лох, который убегает от своих врагов сломя голову. Он профи, поэтому должен получить достойную оплату за свой труд. Он оказал изгорским авторитетам неоценимую услугу, и они должны раскошелиться. Удар по их кошельку просто обязан быть ощутимым.
Жаль только, что у Стаса было очень мало шансов получить эти деньги. Но ведь он профи и обязательно что-нибудь придумает.
Стас уже засыпал, когда за окном послышался недовольный голос Паганини:
– Чего так поздно?
С этим пацаном Стас когда-то служил в армии.
Характер у Вити Андреева был дурной, скверный. Он чморил по-черному и молодых, и своих одногодков из тех, что не умели постоять за себя. За эту поганую натуру он и получил свою кличку.
На Стаса Паганини тоже наехал. Была драка, Стас тогда отстоял свое право на достойную жизнь, выбив Андрееву зуб. Витя мог и злобу на него затаить, затем ударить исподтишка, но вдруг выяснилось, что они земляки. Паганини, оказывается, жил в Купавинке, что находилась в каких-то десяти километрах от Изгорска. Именно у него Стас и нашел пристанище.
Дом у Паганини был небольшой, с вросшими в землю стенами и просевшей крышей. Зато свой. С работой у него не ладилось. Он ни на одном месте больше месяца не задерживался. И ведь не выгоняли его, сам уходил. Не нравилось ему работать, зато водочку он любил. А друзей у него было много, потому и собирались в доме шумные компании.
Стаса он принял с радостью. Как-никак, товарищ армейский, к тому же у него были деньги.
Первое время после убийства Кастета и его парней Стасу очень хотелось выпить. Он фактически не просыхал, мог бы и спиться, если бы вместо тяги к алкоголю не появилось вдруг отвращение к нему. Несколько дней Стас к стакану даже не прикасался, хотя деньги на поляны отстегивал.
Сегодня он выпил, на пару с Паганини оприходовал бутылочку под щедрую закуску и лег спать. Тут вдруг и нарисовалась шумная компания. Половина второго ночи, в это время расходиться надо, а не собираться.
Стас повернулся на бок, спиной к двери. Пусть они сами там гуляют, а он будет спать.
– Дела, потому и поздно, – с гордостью сказал Игорек. – Заказ срочный. Сам Ясень машину свою у нас поставил!
– Кто такой Ясень? – спросил Паганини.
– Ну, ты даешь!..
Что сказал Игорек по поводу Ясеня, Стас не услышал. Пацаны пошли под навес, где у Паганини стоял стол. Лето как-никак, а во дворе у него даже уютней, чем дома.
Стас поднялся, вышел из комнаты и поздоровался с парнями, которые уже устраивались за столом. Всех троих он знал по именам и по способностям принять на грудь.
– Чего так поздно? – зевнув, спросил Стас.
– И этот туда же! – Игорек засмеялся.
– Куда туда?
– Ты знаешь, кто такой Ясень?
– Ясень пень… не знаю.
– Темнота! – Широкоплечий Игорек пренебрежительно хмыкнул.
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 53
