class="p1">— Длиннопалый, ты знаешь, как ей это удалось сделать?
— Понятия не имею. Но магию не применяла — это точно, иначе бы на кровати валялся, минимум, один труп. С большей вероятностью — два. Проснётся, спросим. Чего гадать?
— Сможешь аккуратно проверить их состояние? Чтобы хоть понимать, к чему готовиться, — Энр похлопал себя по карманам, проверяя, какие зелья сейчас находятся при нём.
Длиннопалый кивнул и осторожно направился к кровати. Стараясь не разбудить девушек, он аккуратно прикоснулся сперва к Мейрин, а потом к Тарке. Вампиры замерли в напряжении. Даже Хелвики перестал дышать. Увидев, как Длиннопалый жестом показал, что всё в порядке, вся троица облегчённо выдохнула. Болотник пальцами изобразил шагающего человечка и быстро покинул комнату.
— Никак докладывать побежал. — скептически заметил Энр.
— Не без этого… — задумчиво согласился Длиннопалый, пытаясь вспомнить, слышал ли болотник его объяснения Кайлу насчёт особенностей блоков Мейрин.
— Главное, чтобы Старый сейчас не заявился. Жаль, что подпирать поленом дверь бесполезно. Предлагаю переночевать здесь. В случае чего попробуем его задержать. Тогда будет шанс оставшемуся утащить обеих подальше. Бесконечно развлекаться догонялками мы не сможем, но хотя бы время выиграем. А там, может быть, сумеем его убедить, что он был сильно неправ, устроив такое. Теперь нам есть, что ему противопоставить после пояснений Мейрин.
Глава 23
Немного о знаниях и экспериментах
Несмотря на то что я выспалась, во всём теле ощущалась сильная разбитость. Всё-таки длительное пребывание в скрюченном положении дало о себе знать. Чтобы не потревожить больную ногу, я не могла полноценно лечь набок, поэтому пришлось развернуться верхней частью тела, дабы обхватить Тарку во время «возвращения», да и потом, когда та уснула. После подобных «воссоединений» требуется тесный телесный контакт извне, чтобы создать ощущение защищённости и присутствия рядом «опоры», тем самым помогая сформировать прочную связку душа-тело и создать привязку к миру живых. Это даже удачно получилось, что мы обе уснули почти на сутки. Необходимое для создания связей время пролетело незаметно, да и кто знает, вылежала бы я так долго неподвижно, если бы бодрствовала.
— Как себя чувствуешь? — шёпотом, чтобы не разбудить мирно сопящую Тарку, поинтересовался подошедший Длиннопалый.
Я поморщилась, дёрнув кончиком носа:
— Паршиво…
Древянник тут же присел на край и обеспокоенно коснулся моей левой руки:
— Если ты отвечаешь обычно «нормально», когда тебе «очень даже паршиво» на самом деле, то услышать от тебя «паршиво» — серьёзный повод задуматься о том, не при смерти ли ты, Мейрин. Тебе в целом плохо, или болит где-то конкретно?
— Где плохо? Кому плохо? Мейрин плохо? — встрепенулась полусонная Тарка.
Но я тут же погладила её по голове, стараясь продлить сон:
— Спи, путешественница, ещё рано.
Длиннопалый с сомнением уставился на стоящее в зените солнце.
— Ей действительно ещё рано.
— Понял. Надо же, незабудки ещё живы. Как будто я их только что сорвал… — Длиннопалый обратил внимание на венок, съехавший Тарке на лоб.
— Значит, всё завершилось так, как и должно быть, — я немного сдвинулась в сторону, пытаясь изменить положение тела, но тут же зажмурилась от внезапно прострелившей в позвоночник боли.
— А вот над тобой ещё стоит потрудиться. Может, Кайлу стоит её унести к себе? Уже можно или тоже рано? — поинтересовался проверяющий и анализирующий мои жизненные потоки древянник, качнув при этом с некоторой досадой головой.
Ненадолго задумавшись, чтобы высчитать правильно периоды, я ответила:
— В принципе, можно, но только недалеко от меня. Пока Тарка будет чувствовать, что мы рядом, привязки окончательно окрепнут.
— Привязки? — удивился Длиннопалый, озадаченно потирая подбородок.
— Привязки, или, как их официально называют, «якори» — это невидимые ментальные связи с чем-либо, или с кем-либо, что создаёт психологическое ощущение стабильности, неизменности, цельности, и служат своеобразным основанием, опорой в критических ситуациях. В случае Тарки привязка души к телу пошла через эмоции и физическую близость. Прекрати так таращить на меня свои огоньки! А то у меня возникает огромное желание притушить эти фитили. Говоря о «физическом», имела в виду исключительно ощущение рядом кого-то знакомого, кого она хорошо знает, при минимальном контакте «тело к телу». Не просто же так я до сих пор её обнимаю. Спасибо, Кайл, хоть выпрямиться сейчас смогу. А ты что, всю ночь на подоконнике спал?
Вампир утвердительно кивнул и, аккуратно завернув спящую Тарку в плед, взял на руки.
— Безумец. Но твой выбор. Возьми ещё мой палантин. Так надо.
Кайл аккуратно подцепил протянутый кончик бирюзовой ткани:
— Слушай, Мейрин, откуда ты знаешь всё это? Разве инквизиторов такому учат?
Я с хрустом потянулась, чувствуя неимоверное облегчение:
— Жизненный опыт, немного некромантии, немного психологии…
Длиннопалый тихонько присвистнул, на что получил укоризненный взгляд, полный обещаний страшных мук и страданий, от Кайла, укладывающего Тарку на диванчике в другом конце комнаты.
— Ты ещё и некромантией владеешь?
— Кто? Я⁈ — покосившись на вампира, я замотала головой. — Нет. Нам её просто тоже преподавали. Кладбище поднять или лича упокоить я не смогу, но в общих чертах суть процессов знаю. Точнее, обязана знать, ибо никогда не угадаешь, с чем придётся столкнуться во время очередного рейда. Нас вообще много чему учили. Или ты думал, что я умею только огненные шары метать, да волны пламени пускать?
— Так, подожди. Когда ты успела всё это изучить? Насколько знаю, инквизиторы несколько лет посвящают мастерству владения «инквизиторским пламенем». Или слухи врут? — озадаченно потёр подбородок древянник.
Я прищурилась и с усмешкой протянула:
— Друг мой, как ты думаешь, в каком возрасте поступают на инквизиторский факультет?
Длиннопалый развёл руками:
— Наверное, как и на все остальные: в шестнадцать или в восемнадцать…
— В четырнадцать, Длиннопалый, а диплом мы получаем в двадцать два. Свой я получила, уже имея несколько сотен рейдов за плечами. Четырнадцать лет — это именно тот возраст, когда юного мага можно переломать магией максимально безопасно для психики и его природной магии, при условии, что врождённый дар не вошёл в свою полную силу. Так что, можешь считать меня, в какой-то степени тоже «Изменённой»…
Неожиданно для самой себя я замолчала и посмотрела в сторону Кайла, примостившегося рядом с Таркой.
— Что-то не так? — мгновенно встрепенулся Длиннопалый.
— Всё так… — задумчиво пробормотала я в ответ, переводя взгляд на лежащие рядом незабудки. — Тарка же любит цветы…
— Поэтому ты и сплела
