задом белый фургон. Сбоку крупными стилизованными под воздушные шарики буквами было выведено «Борнмутские надувные товары». Из кабины выпрыгнул голый по пояс лысый мужчина. Дениз шумно выдохнула.
– Невероятно.
– Невероятно, – эхом откликнулся Гарольд.
– Простите, а что это мы видим? – уточнила Астрид.
– Это надувной замок, Астрид.
– Ах да.
Мужчина улыбнулся и помахал им. Дениз и Гарольд демонстративно скрестили руки на груди. К ним торопилась Маргарет – Астрид раньше не видела, чтобы она так быстро двигалась. Маргарет встала рядом и сердито посмотрела на фургон.
– Возмутительно, – прошипела она.
– Знаю, – пробормотала Дениз. – Как называется эта штука, Крессида вечно говорит, что она нужна?
– Наследие, – подсказал Гарольд.
– Точно, – хмыкнула Дениз. – И она заказала надувной замок! После всех наших усилий создать исторически точную обстановку.
– Знаете, как я сделала голубую краску для шерсти? – спросила Маргарет.
Все покачали головой.
– Смешала индиго со своей мочой. И, думаете, я три недели писала в ведро ради того, чтобы Фонд заработал пару фунтов на надувном замке?
– Ох, Маргарет. – Дениз прикрыла рот рукавом. – Стоит вписать это в формы безопасности и охраны здоровья.
Маргарет сжала трость.
– Сейчас я скажу все, что думаю.
– Маргарет, не надо, не вмешивайся. – Гарольд положил ей руку на плечо.
– Ладно. Но это еще не конец, попомните мои слова. – Она повернулась и зашагала к своей палатке.
– Пожалуй, мне пора, – неловко сказала Астрид.
– Да, хорошо. – Гарольд по-прежнему смотрел вперед. – Увидимся завтра.
Глава 19
Женщина на почте пообещала Астрид, что уже завтра посылка с образцом лака дойдет до Национальной галереи.
– Мы же почта, нам все по плечу, – сказала она с уверенностью лучших мотивационных спикеров.
Астрид немного волновалась, что ставит Мураки в неловкое положение, но он сам настойчиво предлагал помочь. Уже через пару дней она точно узнает, подделана ли картина. И если это так, она столкнулась с весьма злодейским заговором. Появилось слишком много вопросов, ответы на которые она сама найти не могла. Харпер сбросил ее со счетов как «заскучавшую статусную жену» – ей до сих пор было неприятно, – но она даст ему последний шанс.
Она раздобыла новую информацию для обмена: Констебла подделали. Quid pro quo. Она расскажет про подделку и про мел, а сержант в ответ поделится тем, что знает. Не сможет не поделиться. Уже пять часов, если не тянуть, она застанет его на работе и выяснит, что ему известно. Если хоть что-то известно.
* * *
Полицейский участок Пула сильно походил на библиотеку в Хэнбери: приземистое здание из пеноблоков, построенное в пятидесятых. В вестибюле так же висели плакаты. Среди них была схема организации соседских дозоров, таблица из снимков анфас разыскиваемых преступников, предупреждение, что летом не нужно запирать собак в машинах.
Астрид рассматривала плакат, на котором мужчина в балаклаве всаживал лом в автомобильное стекло. Подпись гласила: «Не оставляйте в автомобиле ценные вещи». Неужели преступники вправду носили шерстяные балаклавы? Может, это добрый самаритянин прервал лыжную прогулку, чтобы спасти изнывающего от зноя пса? Вряд ли, но ничего нельзя исключить. Так в эти дни работал мозг Астрид. Она думала как сыщик.
– Вы что-то хотели? – Из передней части комнаты отдался эхом низкий голос. За стойкой, отделявшей заднюю треть комнаты, стоял полицейский. Лысый, с массивной, как глыба, головой. Розовая шея выпирала из воротника, словно верхушка маффина.
Астрид подошла.
– Я ищу сержанта Харпера.
Услышав имя, он хмыкнул.
– Харпа? Уверены?
– Да, сержанта Харпера.
Он снова хмыкнул и неторопливо прошел к двери, ведущей в просторный офис. Девушка заметила несколько пустых столов с компьютерами.
– Эй, Харп, – прокричал лысый внутрь, – тебе сегодня повезло. С тобой желает поговорить дама.
Спустя минуту в двери появился Харпер и кивнул Астрид. Первый полицейский отступил назад и смотрел, как тот выходит из-за стойки вперед.
– Вот он, инспектор Лопух.
Харпер завел Астрид за стойку.
– Здесь будет потише. – Он указал на стулья рядом с автоматом для напитков. – Не обращайте внимания на коллегу, рабочие подколки.
– Ладно, – сказала Астрид. – Вы, наверное, удивляетесь, зачем я пришла.
– Не особенно. Вы же по делу «Английского фонда»?
– Да, и у меня есть важная информация. – Она замолчала, давая ему шанс вставить слово. Но он лишь покачал головой. – И я думала, что мы, ну, можем обменяться данными. Вы мне, я…
– Я же говорил, – перебил он, – я записал ваше заявление – больше от вас ничего не нужно.
– Сержант Харпер, – настойчиво продолжила она, – позвольте напомнить, что убийца еще на свободе и снова может нанести удар.
– Нанести удар? – сказал он голосом, пронзительным не то от раздражения, не то от неприятного впечатления от Астрид – ей было трудно определить. – Миссис Киснер, это не телевизионное шоу. Я тщательно расследую это дело, и о результатах вы узнаете одновременно с общественностью.
Она придвинула стул к нему ближе, смяв квадрат ковролина.
– Ладно, я все равно вам расскажу. Потому что это крупный прорыв.
– В самом деле?
– Да. Я обнаружила, что в Шерборн-холле подделана очень ценная картина.
Появился проблеск интереса.
– Подделка? Вы уверены?
Астрид заколебалась.
– Пока не полностью. Но я ожидаю доказательств со дня на день.
Сержант вздохнул.
– Что ж, когда будете уверены, дайте знать.
Харпер собирался встать, но другой полицейский направился к стоящему рядом с ними автомату и стал возиться с кнопками, явно стараясь включиться в разговор. Харпер уперся взглядом в коллегу.
– Я возьму куриный суп, – сказал лысый полицейский, нарочито выделив «п» в слове «суп». Он взглянул на Астрид: – Не хотите? Супа.
– Не дай бог. Кто ж ест суп из автомата?
– Какая бойкая, – пробормотал он вполголоса и стал забрасывать мелочь в щель монетоприемника.
Пока они ждали, когда любитель супа уйдет, Астрид осознала, насколько Харпер его моложе. Пожалуй, чуть старше двадцати, полицейскую подготовку прошел совсем недавно.
– Давайте дальше, не обращайте на меня внимания, – сказал лысый полицейский, подмигивая Астрид.
Она повернулась к Харперу.
– Потом еще белые отметки на рукаве Девайна. Вы же их видели?
– Конечно. Как-то вы раньше не упоминали, что обследовали тело.
– Вылетело из головы.
Автомат задребезжал, и из него выскочил пластиковый стаканчик. Потом зашипел пар, распространяя слабый куриный запах.
– Я сама проверила, и это оказался мел.
– Точно, мел. Полностью согласен, – горячо добавил Харпер, поглядывая на коллегу. – Ровно это сказали мои криминалисты.
Полицейский постарше расхохотался.
– Мои криминалисты! – Он взял стаканчик с супом. – Ну ты насмешил. – И ушел назад к стойке.
– Говорил же, рабочие подколки, – сказал Харпер. Но она видела, что насмешка его ранила. Уши его сильно покраснели. Он закрыл блокнот и встал. – Спасибо, что пришли. Дайте знать, если будут новости.
– Хорошо, – ответила она.
Так вот оно
