он также отправил материалы обвинения еще пяти наиболее уважаемым специалистам в этой области. Единственные люди, обладающие достаточным опытом и авторитетом, чтобы выступить против эксперта обвинения, совершенно официально получили от Кастро деньги за ознакомление с материалами дела. А значит, обладали информацией об этом деле, потенциально конфиденциальной информацией, и, следовательно, не могли выступать от имени защиты. Это привело бы к упомянутому конфликту интересов.
– Версия окружного прокурора держится лишь на этом отчете баллистической экспертизы и результатах анализа ДНК, – сказала Кейт. – Если он докажет, что пистолет, из которого была убита Маргарет Блейкмор, был найден в шкафу нашего клиента с его ДНК на нем, тогда всё. Нам нужен собственный эксперт по баллистике, причем настоящий тяжеловес, чтобы оспорить это свидетельство. Без него нам конец. Что будем делать?
– Пока не знаю, – признался я. – Я еще выпил недостаточно кофе.
Все они стояли молча, уставившись на меня.
– Так чего ты ждешь? Иди пей кофе! – бросил наконец Гарри.
Я оставил их в кабинете Кейт и, не обращая внимания на кучу папок и бумаг на моем столе, направился к кофеварке. Она перекочевала сюда из моего старого офиса. Таймер больше не работал, а подставка для подогрева была не такой горячей, как прежде, – хотя, с другой стороны, я никогда ее не чистил. И неважно, какой бы марки кофе вы в нее ни сыпали, вкус жидкости, капающей из фильтра в колбу, всегда был одинаковым. Меня это вполне устраивало.
Никто, кроме меня, этой кофеваркой не пользовался. Я наварил целую колбу и по-быстрому выпил чуть ли не половину. Наконец отставил кружку, поймав себя на том, что рассеянно кручу в руке свою ручку – перекидываю ее по-всякому между пальцами. Это всегда помогало мне думать.
Вскоре ручка перестала двигаться. Я вернулся в кабинет Кейт.
Все трое все еще были там, ожидая меня. Гарри просматривал материалы обвинения, полученные от Кастро. Когда он подобрал со стола очередную страницу, на лице у него явственно проглянуло любопытство.
– Что это еще за заключение эксперта по скрытым отпечаткам, за подписью некоего мистера Бьюда? – поинтересовался Гарри.
– Профанация это, а не заключение, – отозвалась Кейт. – На пистолете имелся отпечаток ладони. Который они не смогли сопоставить с отпечатком нашего клиента – якобы этот отпечаток был лишь частичным, непригодным для идентификации.
Гарри потер макушку. Он частенько так поступал, когда задумывался. Как Аладдин, трущий лампу в надежде на то, что в ответ появится джинн или какая-нибудь гениальная идея.
– Покажи-ка мне результаты анализа ДНК, – велел Гарри.
Покопавшись в бумагах на столе, Кейт протянула ему требуемый отчет.
– Глянь-ка сюда, – сказал он, возвращая ей документ.
– И на что тут смотреть, Гарри? Это же отчет эксперта по ДНК, подтверждающий, что образец ДНК, найденный на пистолете, принадлежит Джону Джексону.
– Да, но посмотри-ка, откуда они взяли этот образец!
Я подошел к Кейт и прочитал преамбулу к отчету.
– Он извлек этот образец ДНК из частичного отпечатка ладони на липкой ленте, с помощью которого его сняли, а не с самого пистолета! – сообразила Кейт.
Благодаря последним достижениям в области анализа ДНК криминалисты теперь могут извлекать образцы ДНК и с ленты, с помощью которой снимаются отпечатки ладоней или пальцев, – вместо того чтобы брать мазок с предмета, на котором был обнаружен отпечаток.
– И что с того? – сказал я. – Какая разница, взял ли он ДНК с пистолета или с частичного отпечатка на ленте? Эксперт по отпечаткам утверждает, что этот скрытый частичный отпечаток – отпечаток ладони, а его площадь слишком мала для сравнения.
– Ты пытаешься мыслить логически, – сказал Гарри. – Вот в чем ошибка. Подумай как следует. Почему у нас вообще имеется этот отчет касательно отпечатка ладони? Кастро он ничем не поможет.
– Ему пришлось привлечь эксперта по скрытым отпечаткам, потому что ДНК была получена из отпечатка на липкой ленте. Ему нужно, чтобы эксперт по отпечаткам подтвердил, что данный отпечаток снят именно с того пистолета. Если Кастро хочет использовать в качестве доказательства экспертизу ДНК, то должен приобщить к уликам и этот мутный отпечаток ладони.
– Вот именно, – кивнул Гарри. – В противном случае Кастро похоронил бы этот отчет касательно скрытого отпечатка, как похоронил с концами некоторые другие свидетельства, которых мы еще не видели. В этом что-то есть. Что-то важное, но я пока не могу понять, что именно.
– Не уверен, что понимаю тебя, Гарри.
– Как это возможно, чтобы кто-то мог оставить свою ДНК в отпечатке ладони, и при этом этот самый отпечаток не совпадал с его ладонью? Это все равно как если я прикоснусь к вот этому столу, – и в этот момент Гарри положил руку на стол, – и оставлю здесь свою ДНК, которую можно извлечь из липкой ленты, но не оставлю собственно отпечатка ладони? Это просто невозможно. Что-то тут не складывается.
– Все складывается, если этого отпечатка ладони недостаточно для анализа в целях сравнения, – возразила Кейт.
– Ты хочешь сказать, все складывается, если мы верим Кастро, – сказал я.
– Да, в этом что-то есть, – сказала Блок.
– Возможно, – ответила ей Кейт, – но прямо сейчас у Кастро имеется рациональное объяснение, а у нас его нет. А значит, противопоставить нам ему нечего. Думайте дальше, Гарри. Но постарайтесь найти способ выцепить показания, которыми он с нами еще не поделился. Готова поспорить, что копы уже допросили Тодда Эллиса и Бретта Бейла. На этой милой улочке поговаривали, что они были более чем плотно связаны с убитой. Я уже написала ходатайство о предоставлении протоколов этих допросов, но Кастро может мурыжить нас еще несколько месяцев.
Гарри посмотрел на меня.
– Эдди, ты выпил уже достаточно кофе?
Я кивнул:
– У меня уже есть план, как добыть протоколы допросов Эллиса и Бейла. План не идеальный, но должен сработать. Гарри, поговори-ка с кем-нибудь из своих братков-судей.
– Они мне больше не братки. Я вообще-то на пенсии, не забыл?
– У тебя там всё еще есть друзья. Кому-нибудь из них можно довериться? В смысле, умеют они хранить секреты?
– Может, разве что одному или двум… Остальные такие же сплетники, как и все юристы.
– Отлично – иди поговори со сплетниками. Чем длинней у них языки, тем лучше. Скажи им, что Джон Джексон начинает давать слабину. Не может смириться с мыслью о публичном судебном разбирательстве и, вопреки всем нашим советам, хочет заключить досудебную сделку и свести дело к непредумышленному убийству по неосторожности или на крайняк к непредумышленному. Мы, мол, знаем, что Джексон невиновен, но он все равно хочет признать свою вину. Попроси у них совета. Скажи им, что поставлен
