скрывала ее ложь, я должен раскрыть ее лично. Таков мой долг как ее брата!
Хотя это отчасти был просто блеф, с души словно свалилась тяжелая ноша, настроение сразу улучшилось – и внезапно, словно прилив, нахлынула сонливость. В момент растворения сознания во сне я смутно услышал, как вдали снова прокричал петух.
Я проспал так до самого вечера. Дальняя поездка, смена часовых поясов, восхождение в горы, проникновение в логово льва… Физические силы, потраченные за последние дни из-за всего этого, наконец полностью восстановились. У меня возникло смутное предчувствие – решающий момент скоро настанет.
Чтобы сохранить бдительность, я спал не очень крепко. В полудреме любые звуки снаружи казались особенно отчетливыми. Вестник Преисподней и Пропойца, как обычно, после завтрака бесследно исчезли. Ближе к полудню Вэнь Юде постучала в дверь моей комнаты, но мне было лень шевелиться, и я лишь пробормотал что-то в ответ, чтобы отделаться от нее.
Около шести вечера невыносимое чувство голода наконец подняло меня с кровати. Как говорится, «армия не тронулась с места, фураж уже в пути». Проглотив большую часть вчерашнего печенья, я как раз услышал доносящиеся сверху унылые шаги. Нечего и думать, ясно, что и сегодня они ничего не добились. Мне стало смешно: они исходили всё вокруг, не зная, что тот, кого они ищут, прямо у них под ногами.
Погодите. Кажется, что-то не так… Если их цель – я, зачем же им каждый день уходить из гостевого дома? Это единственная гостиница в деревне; кроме нее, мне просто негде было бы остановиться. Они должны это прекрасно знать… Очередная странность. Однако я не чувствовал особой тревоги. Пока удача на моей стороне, и сегодня вечером, возможно, все прояснится.
Оценив текущую ситуацию, я решил сосредоточиться на этих двух мужчинах. Несомненно, А-Сян все еще опасается меня, действия Вэнь Юде также довольно загадочны, и я не могу точно определить ее позицию. Что касается методов, нужно использовать свои сильные стороны и избегать слабых, поэтому я снова решил применить уже доказавшую свою эффективность тактику подслушивания. Конечно, с учетом вчерашнего урока на этот раз я буду действовать вдвое осторожнее; дверь тоже не стану запирать, чтобы даже при повторении непредвиденной ситуации можно было бы вовремя отступить.
Этой ночью я отправился на охоту в то же время, и маршрут полностью совпадал со вчерашним. Я уже знал дорогу и без особого труда добрался до верхнего двора. Проходя мимо комнаты тети Де, заметил, что внутри стоит мертвая тишина; не знаю, чем она там занималась…
Я повторил свой трюк и подкрался к первой пещере на западной стороне. Отсюда можно было ясно слышать разговор этих двоих, сохраняя при этом относительно безопасную дистанцию. Как раз в этот момент сзади донесся тихий звук; даже я, если бы не полная тишина вокруг, вероятно, не смог бы его услышать.
Свист.
Ничтожный звук. Но он мгновенно напугал меня до полусмерти, потому что я знал, что он означает. Это было движение воздуха, вызванное взмахом одежды, словно кто-то отмахивался от насекомых. Позади меня кто-то есть! Всю дорогу я был чрезвычайно осторожен, несколько раз останавливался, чтобы прислушаться, и не уловил чьего-либо присутствия. Но тут я понял, в чем дело: в противоположной стороне от лестничного пролета, перед вогнутой внутрь дверью восточной пещеры была ровная площадка; этот человек все время прятался там, затаив дыхание. Словно я был богомолом, готовящимся схватить цикаду, а противник – жестокий императорский скворец, заранее устроивший засаду, ожидая, когда я попаду в ловушку.
Я ломал голову. Неужели вчера я оставил какие-то следы, которые кто-то обнаружил? Или А-Сян все же выдала меня? Но даже если так, как они могли предугадать, что сегодня я вернусь?
«Нам нужно лишь сидеть и ждать у дерева, пока не придет заяц…» Можно быть уверенным лишь в одном: я и есть тот самый заяц, который налетел на корень дерева.
Путь к отступлению был полностью отрезан, впереди – логово врага. Не успев ничего предпринять, я оказался в тупике.
Но даже у зайца есть три лаза из норы… Возможно, имеется еще один выход!
Мозг работал на высокой скорости, тело двигалось почти инстинктивно. Я не медлил ни секунды. Ветер засвистел у меня в ушах; я пронесся мимо комнаты двух мужчин и устремился к западной боковой двери.
Она была не заперта!
Я несказанно обрадовался и, не сбавляя темпа, выскочил наружу. Почти в тот же момент позади раздался звук другой открываемой двери.
– В чем дело? – послышался мрачный вопрос Вестника Преисподней.
– Он убежал! – Раздался топот – это Пропойца, вне себя от злости, подоспел из своей засады.
– В погоню!
Я тут же бросился в бегство, мысленно воскликнув: «Пронесло!» Если б Вестник Преисподней не остался в пещере, а поджидал прямо за дверью и они взяли бы меня в клещи, мне оставалось бы только сдаться.
Но, с другой стороны, почему же он не поджидал за дверью?
Кроме того, выбранное Пропойцей место для засады тоже было странным. Зачем прятаться так далеко? Именно из-за этого у меня появились время и пространство для побега. Восточная пещера была вогнута внутрь, поэтому, если стоишь у лестничного пролета, обзор загораживет угол стены и нельзя увидеть, что там кто-то есть. Вестник Преисподней остался внутри, вероятно, по той же причине.
Неужели… неужели они не знают, что я слепой?!
Я быстро соображал. Но шаги пришлось замедлить. Три дня назад я ходил по этой тропинке, однако далеко не настолько хорошо успел познакомиться с ней, чтобы бежать. Пришлось, держа перед собой трость и полагаясь на ультразвуковые указания, идти как можно быстрее, но так, чтобы не упасть.
В этот момент Вестник Преисподней и Пропойца появились из боковой двери гостевого дома. Благодаря неожиданному маневру мне уже удалось создать между нами некоторую дистанцию. В деревне не было фонарей, и на этой горной тропе, укрытой кромешной тьмой, их скорость передвижения, должно быть, была намного ниже моей. Однако на мою голову тут же обрушился, словно ушат ледяной воды, знакомый щелчок: кто-то из них включил фонарик на телефоне. Я невольно вытер пот, обильно выступивший на лбу. Да, я был еще далеко за пределами их видимости. Проблема была в том, что эта тропа вела к…
Слева как раз появилась развилка. Таких развилок по пути было еще несколько, и, по словам А-Сян, все они выводили к труднопроходимым подъемам и спускам. Для меня сворачивать на эти тропы было бы слишком рискованно; оставалось лишь надеяться, что мои преследователи где-нибудь собьются с
