Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 58
и меня удивляет.
– Что вы имеете в виду? – поинтересовалась Сапфирова.
– Ну, взять хотя бы такой случай. Помните, в прошлом году закрывался медпункт: медсестра уезжала в Утёсово? Так Анна Дмитриевна решила стать медсестрой вместо Бричкиной. Я даже учил её делать уколы.
– Анна Дмитриевна – медсестрой?! – в изумлении воскликнула Сапфирова. – Вот уж никогда бы не поверила!
– И всё же это факт, – развеял её сомнения ветеринар. – Однако ж козыри у нас крести, – сказал он, возвращаясь к игре.
Они поиграли с полчасика, и Таисия Игнатьевна стала собираться домой.
– Интересно, найдут когда-нибудь вещи бедной Антониды Александровны? – спросила Таисия Игнатьевна, ласково глядя на Бочкина.
– Вряд ли, – ответил тот. – Следователь слишком глуп, чтобы что-нибудь обнаружить.
– Вы находите?
– А разве нет? Топчется тут уже месяц, и все без толку.
– Жаль все-таки Антониду Александровну, – вздохнула Сапфирова. – Саму её обокрали, подруг убили – просто ужас. Жду не дождусь, когда убийцу поймают.
– Я тоже, – пылко поддержал её Бочкин. – Хоть бы у следователя ума на это хватило. Таисия Игнатьевна, а вы верите в Женщину в белом? – вдруг спросил он.
– Может, она и есть, – ответила Сапфирова, – но убийство, по-моему, совершил реальный человек, а не призрак.
– Тут мы с вами сходимся, – кивнул Бочкин.
Таисия Игнатьевна встала и поежилась, хотя было не меньше двадцати градусов тепла.
– Холодновато для конца июля, – заметила она вскользь, – вечера становятся холодными. Я раньше любила вечерком прогуляться, а теперь вот дома сижу. Ужасная я мерзлячка, – рассмеялась она.
– Да, холодает, – неопределенно протянул Бочкин, провожая ее к дверям.
– Вы-то по вечерам не гуляете? – спросила старушка уже на пороге. Бочкин бросил на неё подозрительный взгляд.
– Почему вы так решили? – суховато спросил он.
– О, да я просто так спросила.
– Нет, не гуляю, – ответил Бочкин, выпроваживая ее. – До свидания, Таисия Игнатьевна, заходите играть в покер.
– Непременно, Артамон Матвеевич, – пообещала старушка.
«Ну вот, кажется, и еще кое-что прояснилось, – подумала она, приободрившись. – Теперь мне только остается понять, как удалось совершить это убийство. Мотив, кажется, я уже знаю».
– Что, опять макароны? – недовольно спросил Алексей Александрович Тишкин, глядя в тарелку.
– Опять, – безжизненным голосом подтвердила Вера Никитична.
– Ну хоть бы испекла чего-нибудь для разнообразия, – хмуро сказал муж.
– Вон Дина Петровна пусть печет, – все так же невыразительно ответила Тишкина. Услышав свое имя, Адская вскинула полову.
– А при чем здесь я? – воскликнула она. – Я здесь не хозяйка, а пленница.
– Если это тюрьма, то в ней слишком хорошие условия, – язвительно заметила Тишкина.
– Вам хорошо говорить, – вмешался в разговор Люгеров. – А мне с Диной сидеть здесь совсем не улыбается.
– А кому улыбается? – раздражённо спросил Тишкин.
– Вы-то хоть у себя в доме, – сказал Люгеров, – и вам досталось всё наследство. Мне же и Дине ничего, кроме головной боли.
– Что вы всё время жалуетесь? – не выдержал Тишкин. – Можно подумать, что вам тяжелее всех. Давайте говорить откровенно, Люгеров, вы вовсе не любили мою мать. Вы всегда сидели у неё на шее. Приезжали пожить на всём готовом, а сейчас, когда её нет, думаете и твердите только об одном: как бы поскорее унести отсюда ноги.
– А за что мне её любить?! – закричал в ответ Люгеров, выскакивая из-за стола. – За ее снисходительную заботу, за то, что она всем своим видом и поведением подчёркивала, что держит нас здесь из милости? За что?!
– Могли и не приезжать, кто вас заставлял? – презрительно взглянула на него Тишкина. Однако муж был настроен воинственно.
– Что за бред вы несёте? – воскликнул он, в свою очередь, отбрасывая стул. – Моя мать всегда обращалась с вами как и со мной, она никогда вас не унижала. Постыдились бы её памяти.
– Ну ладно, хватит, – примирительно сказала Адская, – разошлись, как два петуха.
Однако Тишкин не успокаивался.
– И чего это вы так рветесь отсюда? – злобно спросил он. – Может, совесть нечиста, а?
– На что вы намекаете? – взвился Люгеров.
– Смотрите, не пробейте головой потолок, – посоветовала ему Вера Никитична, с довольным видом уплетая макароны.
– На что вы намекаете? – повторил побагровевший Люгеров, вращая осоловевшими глазами.
– Сядьте вы, психопат, – скомандовал Тишкин. – Нервы лечить надо. Я ни на что не намекаю, а вот вы уж больно торопитесь уехать, подозрительно это выглядит.
– А что же мне, по-вашему, сидеть здесь и слушать оскорбления? Примите к сведению, что тут и убить могут запросто.
– Не позарятся, – успокоила его Тишкина.
– А вы бы помолчали, – накинулась на неё Адская. – Между прочим, я видела вас беседовавшей с Дочкиной за день до её смерти.
– Где же? – поинтересовалась Тишкина с некоторым напряжением.
– Около Крутой. Я была неподалеку.
– Шпионили?
– Очень нужно, – фыркнула Адская. – Случайно увидела. Я даже не подслушивала.
– Небось, жалеете? – грубо спросила её Тишкина.
– Вера, прекрати! – одернул жену муж.
– И как это я забыла рассказать об этом следователю? – продолжила Адская, качая головой.
– Непременно исправьте это упущение, – посоветовала ей Вера Никитична, доедая макароны. Люгеров внезапно встал и молча вышел из-за стола. Дверь с громким стуком за ним захлопнулась.
– Хам, – прокомментировал Тишкин и занялся макаронами.
В продолжение всего обеда больше никто так и не сказал ни слова.
Лейтенант Скворцов наслаждался чудным летним вечером.
Ему совсем не хотелось думать, а тем более говорить о столь мрачных вещах, как убийство. Однако следователь Попов, шедший рядом с ним, не грешил любовью к природе в рабочее время.
– Итак, – начал Попов, – давайте посмотрим, что у нас есть на сегодняшний день. Новое убийство сузило круг подозреваемых, и это уже хорошо. Сейчас, Владимир Андреевич, я буду исходить из того, что оба преступления совершил один и тот же человек. Значит, теперь в списке подозреваемых мы оставим всех родственников Тишкиной, Образцову, Саврасову, Симагиных, Дудкина и Редькина. Что касается Цепкиной, то она в день убийства Дочкиной была дома, хотя постоянно её никто не видел. Я считаю более чем проблематичным, чтобы она могла незамеченной добраться до дома Дочкиной и убить хозяйку. Вы согласны со мной, Владимир Андреевич?
– Вполне, – заметил тот, рассеянно поигрывая веточкой. Потом он как бы невзначай обронил: – Нам, по-моему, только и остается, что ждать, пока убийца всех перебьет. Тогда он останется один, и мы его арестуем.
– Не говорите глупостей, – рассердился Попов, но тут же бросил внимательный взгляд на коллегу. – Вы думаете, что наш убийца – маньяк?
– Не исключаю подобной возможности, – просто ответил Скворцов.
– Однако, – возразил следователь, – я не заметил среди наших подопечных кого-либо хоть мало-мальски похожего на маньяка. Хотя мне, конечно, известно, как трудно бывает порой отличить их от нормальных людей.
– Вы забываете, Кирилл
Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 58
