серьезным, метнулся к новому клиенту, ожидавшему своей очереди.
Отобедали в молчании. Каждый был увлечен как едой, так и своими мыслями. Митю не отпускала вина за того старика. Как знать согласись бабка, отвезти его в госпиталь, может и жив остался бы, а так? На ум пришли слова Стешки, когда та осматривала сумасшедших, что точно они соприкоснулись с чем-то, с некой магией. А после того, как она проникла в их разум, то ворожба исчезла, оттого и следов не найти. Маг вздохнул. Неужто изгой действует или ведьма? Но в таких масштабах, уму не постижимо, это же целая шайка должна быть не менее!
— Егор, — не сдержался он, — а скажи в последнее время приезжих в городе много?
— До ярмарки месяц, так что само собой, — отозвался тот, отрываясь от пирога.
— Ну, а таких, чтоб подозрительные? Цыгане, например, или еще кто.
— Да кто угодно, — заверил его Егор. — Неделю назад иудеи приехали. А вчера у монастыря гости из Шираза шатры разбили. Монахи ежегодно жалуются, что верблюды орут как дурные. А мы что им сделаем? — он пожал плечами.
— Что ж к нам никто засвидетельствовать свое почтение не заходил? — Митя забарабанил пальцами по краю стола. — Видимо придётся навестить их лично.
— Думаешь, с ними изгои есть? — насторожился сыщик.
— Как знать… — теперь уже Митя дернул плечом, начиная злиться на свою неосведомленность.
Разговор может и продолжился бы, но тут у стола появился Чухин. Городовой, сняв фуражку, молча уставился на сыщика, всем своим видом показывая, что время вышло.
— Вот что ж такое, — Вздохнул Егор, — ладно, давай уж поехали. Только не говори, что у нас очередной труп.
— А зачем мне так говорить, если у нас кража? — пробасил городовой. — С барышни посередь бела дня украшение сорвали, вот до чего чернь-то дошла!
— Ясно, поехали, — сыщик поднялся из-за стола, рассчитался за обед и, откланявшись, покинул кухмистерскую. Не стал задерживаться и Митя.
Приобретя в лавке по соседству пару гранатов, маг направился к Лебедевой.
Консьержка, завидев его, растянула губы в улыбке и даже изобразила книксен.
— У себя? — на всякий случай уточнил Митя.
— У себя, болезная, у себя, — закивала женщина и тут же закашлялась. — С утра у нее доктор был, а больше никого, — добавила она, утирая губы платком.
— Премного благодарен, — заверил ее маг и поспешно поднялся на этаж. Остановившись у двери, он поправил цилиндр и узел шейного платка. После чего деликатно постучал и замер в ожидании. Однако ж ему никто не ответил.
— Что за ерунда? — нахмурился Митя, постучав посильнее, но с тем же результатом.
— Елена Александровна, это я, Дмитрий Тихонович, к вам! — крикнул он, надеясь, что представление поспособствует встрече, увы, зря. Хмурясь, маг вытащил зеркальце и, надеясь, что Лебедева сей момент не пребывает в неглиже, использовал магию, чтобы заглянуть в квартиру сквозь отражение. Конечно, зеркала оказались закрыты, да и окна занавешены. И все же Митя нашел отклик в стеклянном бокале и, едва сумев сфокусироваться, тут же выругался.
Резко развернувшись, он, перепрыгивая через ступеньку и топая, понесся вниз. Консьержка, заслышав грохот, успела напугаться, но магу было не до ее душевного равновесия.
— Ключ от квартиры Лебедевой быстро! — рявкнул он.
Женщина засуетилась. Открыла шкафчик и едва сняла нужный ключик с крючка, как Митя выхватил его и побежал наверх.
Замок поддался не сразу, и все же под напором щелкнул, как бы дразня. Не обратив внимания на это, Митя поспешил в гостиную.
Елена Александровна лежала на полу. Бежевый пеньюар задрался, оголив ноги. Стакан, тот самый, через который Митя и сумел разглядеть сию картину, видимо выпал из ослабевших пальцев и откатился в сторону, чудом не разбившись.
Приложив ладонь к лбу волшебницы, Митя покачал головой. Елена Александровна горела. Губы потрескались, точно она находилась в пустыне, дыхание стало хриплое и прерывистое. Несмотря на закрытые веки видно было, как глаза ее дергаются из стороны в сторону, точно силясь разглядеть нечто неведомое.
Использовав зеркало Митя настроил связь с больницей.
— Да, господин маг, — отозвалась дежурная, — чем могу помочь?
— Врача к переходному зеркалу, живо! Сейчас я его заберу, — приказал Митя. Но прежде, чем уйти, поднял Елену Александровну на руки и унес в спальню. Положив бедняжку на кровать, он кинулся к зеркалу.
Высокое в пол зеркало видимо осталось от Игната Исааковича. Отворив ставни, маг настроил переход прямиком в приемный покой.
Доктор, пожилой мужчина с саквояжем уже стоял по ту сторону, нервно переминаясь с ноги на ногу. Увидев за место себя в отражении Митю, он поправил пенсне и, не дожидаясь, когда маг подаст ему руку сам шагнул вперёд.
— Приветствую, — произнес он, когда Митя подхватил его под локоть. — Что за спешка?
— Сотруднице плохо. Следуйте за мной, — велел маг.
Они прошли в спальную комнату. Доктору одного взгляда хватило, чтобы понять ситуацию.
— Холодное полотенце и быстро, а еще таз с водой и теплые носки.
— Да где ж я их найду?! — возмутился Митя, но встретившись взглядом с доктором, умолк. Чувствуя, что найти необходимо.
Пропитанное холодной водой полотенце очутилось на лбу болезной. Еще одним доктор обтирал волшебнице руки и ноги. Митя же, по его указу, по капельке лил ей в рот горячий чай.
— Состояние критическое, — вздохнул врач. — Сейчас стабилизируем и надобно к нам в больницу. Тут, как я понимаю, и ухаживать-то некому.
— Некому, — согласился Митя. — Она — приезжая, прислугой еще не обзавелась.
— Что ж понятно-понятно, — закивал доктор, поправляя пенсне. — Степаниду Максимовну пришлите. У вас, господ магов, любой чих иначе проходит. Вот вроде бы с утра тут был и казалось, что легкая простуда, а сейчас, поди ж ты, не иначе как воспаление.
— И что же будет? — растерялся Митя, никак не ожидавший такого вердикта.
— Один бог ведает, — заверил его доктор. — А сейчас подержите-ка таз. Вот тут, под рукой. Кровопускание сделаем.
Следующий час тянулся вечность. Митя то мерил шагами комнату, то стоял, подперев дверь. В данной ситуации он чувствовал себя слабым и никчемным.
Стешка тоже находилась тут. Они с врачом о чем-то перешептывались, и ведьма дважды уходила порталом и возвращалась вновь.
В какой-то момент не в силах
