тонкой металлической цепочке, а на левом запястье – пластиковый браслет с цифрой «67».
– Как говорится, если суждено утонуть, то обязательно утонешь, как бы хорошо ты ни плавал. Похоже, это действительно так… – вздохнул Ван Мэн.
Ли Чжэн присела на корточки и дотронулась до головы жертвы:
– Явного перелома черепа нет. Роговица прозрачная, зрачки расширены, диаметр зрачков составляет шесть миллиметров, с обеих сторон одинаково большие и круглые, на конъюнктиве века имеется небольшое количество кровоточащих точек. – Ли Чжэн осматривала труп, деталь за деталью, а я делал записи в регистрационном листе. – Кожа бледная, трупные пятна светлые, трупное окоченение проявляется рано, рот и нос покрыты пеной, тело – «гусиной кожей»… – Она подняла на меня глаза: – Типичные признаки утопленника.
Я кивнул в ответ.
На поверхности тела не было обнаружено никаких видимых повреждений, и осмотр должен был вскоре закончиться. Но тут Ли Чжэн прикоснулась рукой к груди жертвы:
– Э?.. Похоже, у него переломы ребер и грудины. – Она посмотрела на меня снизу вверх, затем опустила голову и несколько раз сильно надавила на грудь покойника. Изо рта и носа потекла жидкость.
– Возможно, его пытались спасти, делая массаж области сердца и грудной клетки… Кости людей среднего и пожилого возраста относительно хрупкие, и сильное надавливание может легко привести к переломам, – ответил я.
После осмотра трупа Ван Мэн приступил к осмотру места происшествия. После этого он сказал:
– Это обычный плавательный бассейн, все стандарты соблюдены.
Мы вышли из бассейна. Полицейский из участка провел нас в кабинет и вкратце обрисовал ситуацию.
Покойного звали Шао Минцзе, ему был 51 год; местный житель и постоянный посетитель фитнес-клуба. Он пришел в 6:50 вечера, а несчастье произошло в 8:13.
В другой комнате мы встречались со свидетелями: тремя посетителями бассейна и спасателем. В момент трагедии в бассейне находились трое мужчин и одна женщина, каждый из которых занимал свою дорожку. Спасатель ушел в туалет и, вернувшись, обнаружил, что в воде не хватает одного пловца. Он немедленно побежал посмотреть, что происходит, – и обнаружил человека, лежащего на дне бассейна. Спасатель немедленно вытащил его из воды и сделал массаж грудной клетки. Женщина побежала в раздевалку, достала свой мобильный телефон и набрала 120. До того, как прибыли первые спасатели из больницы, человек уже скончался.
Двое мужчин утверждали, что они вообще ничего не заметили, а по словам женщины, находившейся ближе всех к месту происшествия, она видела, как пострадавший прыгнул в воду, не барахтаясь и не зовя на помощь, и подумала, что он развлекается прыжками в воду.
Поскольку эта трагедия произошла в закрытом помещении, к персоналу вопросов не было, свидетелей инцидента нашлось несколько, и все их показания подтверждали друг друга. Главное, чтобы вскрытие не выявило ничего необычного. Мы втроем переглянулись и пришли к выводу, что это обычный несчастный случай на воде. Следующими нашими шагами должны были стать объяснение причины смерти семье погибшего и приведение места происшествия в порядок.
Снаружи послышался шум, и в помещение ворвалась женщина средних лет с бровями тонкими, как листья ивы, большими глазами и бледным лицом. Назвавшись женой погибшего, она медленно села на стул, и я вкратце рассказал ей о результатах внешнего осмотра трупа.
– Он сказал, что сегодня вечером пойдет выпить; почему же он утонул в бассейне? – Женщина махнула рукой. – В любом случае, ответственность лежит на бассейне, так что вы можете просто оставить это дело как есть.
Похоже, фитнес-клубу придется договариваться с членами семьи…
– Ну, сначала тело доставят в анатомический кабинет для охлаждения, подождут, пока вы всё обговорите, а затем будет проведено вскрытие.
Такого рода несчастные случаи очень распространены. Я высказал разумное предположение и надеялся, что обе стороны смогут договориться.
Была поздняя ночь, когда я вернулся домой. Почистил зубы, умылся и сразу заснул. Все-таки у нас редко бывают выходные… Когда я проснулся, шел уже десятый час. Только я начал потягиваться в кровати, как мне позвонил Ван Мэн. Я хотел отругать его за ранние звонки в выходные, но потом передумал. Он рассказал, что члены семьи погибшего ранним утром пришли в полицейский участок и попросили произвести вскрытие тела, чтобы выяснить причину смерти.
Терзаемый сомнениями, я бросился в управление. Выяснилось, что у семьи погибшего прошлой ночью появились сомнения. Дело в том, что Шао Минцзе хорошо плавал, и причина, по которой он утонул, могла быть связана с употреблением алкоголя. Поэтому члены семьи потребовали проверить людей, которые пили вместе с Шао Минцзе. Похоже, что родня умершего собиралась привлечь к ответственности всех: не только фитнес-клуб, но и тех, кто пил вместе с утопленником.
Полицейские из участка и жена Шао Минцзе вместе нашли несколько человек, которые выпивали с Шао Минцзе прошлой ночью. Они были очень опечалены, когда услышали, что с ним произошел несчастный случай, но, когда дело дошло до ответственности и компенсации, все были на удивление последовательны в своих взглядах и попросили провести вскрытие тела, чтобы выяснить, была ли смерть Шао Минцзе связана с употреблением алкоголя. Подтекст очевиден: они не хотели оказаться козлами отпущения.
«Да, братец, наворотил ты дел своей смертью…» Я почувствовал некоторую беспомощность:
– Похоже, все сосредоточились на выяснении причины смерти. Если предположить, что дело было в алкоголе, то надо выяснить, не было ли в нем яда или не была ли достигнута летальная доза алкоголя. В противном случае не просматривается связь между употреблением алкоголя и смертью. – Я покачал головой: – Как бы там ни было, поскольку члены семьи предложили провести вскрытие тела, мы выясним причину смерти и дадим объяснения.
В это время приехала и Ли Чжэн. Хотя ей пришлось выйти на работу сверхурочно, да еще и в выходной день, на ее лице не было недовольного выражения.
На улице светило солнце, но в анатомическом кабинете было темновато. Анатомический кабинет – основное рабочее место для судмедэксперта. Вся обстановка, приборы и инструменты, находящиеся здесь, мне очень хорошо знакомы. Я смогу найти все, что мне нужно, с закрытыми глазами.
Надевая перчатки, я взглянул на шрам на своей руке и почувствовал легкий укол в сердце.
В соответствии с общепринятым процессом осмотра я вновь провел внешний визуальный осмотр трупа. Ли Чжэн была немного озадачена:
– Разве ты не видел все это на месте преступления?
Я услышал в ее голосе легкое недоумение и недовольство, словно ей показалось, что повторный осмотр трупа был вызван моим недоверием к ее первоначальному осмотру. Поэтому объяснил:
– Некоторые повреждения, такие как подкожное кровотечение, не очевидны в момент смерти, но становятся более очевидными через
