звезды? Нет! Не полагаясь на бездушные сенсоры, увидеть своими глазами, услышать своими ушами, обонять своим носом!
Взлетев на крыльях к границе тропопаузы и стратосферы, Дракон расслабился и завис, перейдя к свободному левитационному парению. Что позволяло Зурху, отключившись от внешних раздражителей, сосредоточиться и попробовать определиться с местом своей неудачной телепортации — в конце концов, у него, как у всякого Дракона, в глубинах пролонгированной памяти хранились сведения обо всех звездах и планетах Галактики. Однако нужная информация оказалась запрятанной так глубоко, что когда Зурх до нее докопался, то обнаружил: высотный ветер перенес его через перевал и постепенно прижимает к южному склону гор. В дополнение к извлеченному из труднодоступных глубин памяти — этого только не хватало! Ведь на той планете, куда он попал из-за непростительной ошибки, Зурх не имел права находиться ни одного лишнего мгновенья! Ведь эту область Галактики Драконы оставили за зеленокожими двуногими хвостатыми млекопитающими второй планеты звезды СХ 075 а 147 рн 0018! Которые, правда, до сих пор не проявили к ней никакого интереса, но это, как говорится, их проблемы! Зурху здесь делать нечего! Немедленно телепортироваться куда угодно! Хоть в другую Галактику! Вот только…
Дракон вдруг почувствовал: оставить эту запретную планету, хотя бы бегло не ознакомившись с ней, он не в силах! Что-то, вопреки не только рассудку, но и болезненно всколыхнувшейся совести, его здесь властно удерживает. И Зурх нарушил четвертую заповедь Куратора: не поддавайся иррациональным импульсам.
Южные склоны гор покрывала растительность: в основном травы и низкий кустарник. Спикировав с высоты восьми тысяч метров, недалеко от земли Дракон перешел в горизонтальный полет и плавно опустился на вершину одиноко стоящего утеса, вспугнув гнездящуюся на нем пару орлов и, соответственно, нарушив пятую заповедь: не навреди.
Устроившись на вершине, Зурх с любопытством огляделся по сторонам: его пролонгированная память хранила лишь самые общие, да к тому же и сильно устаревшие сведения об этой запретной планете.
Драконье зрение отличалось большой остротой, в хорошую погоду Зурх мог на горизонте различить зверька размером с белку и сейчас ясно видел рассыпавшиеся по бескрайней травянистой равнине многочисленные стада и группы различных четвероногих животных. С ветвистыми выростами на голове, с невероятно вытянутой, сужающейся к концу подвижной мордой, с торчащими в разные стороны кривыми колючками, с шишкообразными выростами на носу — совсем неприметными и выделяющимися цветом, размером, формой. Но Зурха в первую очередь интересовала не эта самодостаточная фауна — нет: двуногие носители разума. Которых Драконы когда-то здесь обнаружили. И хотя разум у покрытых шерстью двуногих созданий был в самом зачаточном состоянии и вряд ли мог существенно развиться за столь незначительный промежуток времени, как 850 тысяч периодов обращения планеты вокруг звезды, и, соответственно, не стоило надеяться обнаружить носителей этого зачаточного разума в такой холодной климатической зоне, — Зурх, оглядывая расстилающуюся внизу равнину, усиленно искал глазами именно их, двуногих «уродцев». И скоро нашел. Здесь. На самой границе спускающегося с гор ледника и продуваемой всеми ветрами равнины.
Вернее, прежде самих двуногих — Зурх увидел их небольшие конусообразные жилища. И вьющиеся то там то сям дымы. И только заинтересовавшись этим феноменом — дымами в безлесном, явно не вулканическом ландшафте, — Дракон заметил снующих возле костров двуногих. Бледнокожих и почти безволосых. Надо же! За каких-нибудь 850 тысяч обращений планеты вокруг звезды аборигены везде, кроме головы, утратили защитный волосяной покров! И овладели огнем! Что, вероятно, было взаимосвязано: научившись обогреваться извне — а на многих двуногих Дракон заметил одеяния из звериных шкур, — они перестали нуждаться в естественной защите от холода. И смогли поселиться у самого края ледника. До чего же хитрые и предприимчивые создания! И как катастрофически быстро эволюционирующие! Да если такими темпами они будут развиваться и дальше, то через каких-нибудь 500–600 тысяч обращений планеты смогут разжечь уже не межмолекулярный, а внутриядерный огонь! На котором неизбежно сгорят. Повторив судьбу большинства «обзаведшихся» индивидуальным сознанием млекопитающих и рептилий. Ведь чем быстрее развивается разум этого типа, тем выше вероятность его самоуничтожения. И куда только смотрят зеленокожие хвостатые бездельники со второй планеты звезды СХ 075 а 147 рн 0018?! Ведь это же их область Галактики! Ведь в ведение этим ленивым тварям Драконы ее передали давным-давно! И — зря! Допустить у себя под носом столь ужасающе быстрое развитие сознания индивидуального типа — это же… это…
Зурху вдруг показалось, что он осознал, почему, вопреки запрету, решил задержаться на этой планете. Конечно, если зеленокожие бестии оставили без внимания столь самоубийственно быстро развивающееся сознание — он призван замедлить эволюцию! Дать аборигенам хотя бы маленький шанс избежать самоистребления! Да если всего за 850 тысяч оборотов планеты вокруг звезды они овладели огнем, научились шить одежду и лишились волосяного покрова, то того и гляди, изобретут лук, пращу и прочие метательные орудия. Ведь создание опережающей развитие этических норм и внутренних запретов орудийной технологии, это же… нет! Он просто обязан вмешаться! Да — но… почему он решил, что зеленокожие Кураторы обошли вниманием эту планету?
(Не будь Зурх хроническим троечником, он бы наверняка вспомнил о шестой заповеди — не укради у аборигенов их историю, — заповеди хотя и спорной, но, как правило, уберегающей Куратора от многих сделанных по свойственному юности нетерпению ошибок.)
Почувствовав себя призванным, Дракон больше не колебался, и, как ему ни претила трансформация в млекопитающих, ради великой цели Зурх был готов принять даже облик этого самого крайне ему не симпатичного двуногого. Однако вовремя сообразил, что явиться к аборигенам в образе их собрата — мысль не слишком удачная.
В два-три взмаха могучих крыльев спланировав со скалы, Дракон трансформировался в самое крупное из замеченных им животных — с вытянутой подвижной мордой, торчащими из пасти огромными кривыми клыками и маленьким весело болтающимся хвостом. Рассудив, что поскольку это животное явно травоядное, то аборигены особенно бояться его не будут, а так как в сравнении с двуногими носителями зачаточного разума оно имеет колоссальные размеры, то и напасть на него не посмеют. И он сможет мирно пастись неподалеку от какого-нибудь туземного стойбища, потихоньку собирая необходимую информацию.
Поначалу все пошло по замыслу Зурха: бледнокожие двуногие почти не обратили внимания на флегматично щиплющего траву гиганта, и трансформировавшийся Дракон с расстояния в четыреста, четыреста пятьдесят шагов мог спокойно наблюдать за жизнью разумных аборигенов третьей планеты звезды СХ 075 а 147 рх 4285. И очень скоро сделал крайне неприятное открытие: луком эти существа уже овладели. И кроме него, множеством разнообразных каменных и костяных орудий: ножами, топорами, скребками,
