Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 200
народу, что едва-едва хватало места для того, чтобы стоять. Среди присутствующих оказалось немало угрюмых подростков, которых притащили сюда силком их родители. По-видимому, истерические выкрики преподобного, а также расклеенные по всему городу объявления, в которых сообщалось, что «в среду вечером в Свободной баптистской церкви преподобный Блессет вступит в поединок с дьяволом ради спасения наших детей», сделали свое дело.
Перед стоявшей на возвышении кафедрой красовались новенький проигрыватель и колонки.
И вот наконец появился преподобный Блессет собственной персоной, облаченный в белый летний костюм и розовую рубашку, раскрасневшийся и уже совершенно мокрый от пота. Широкими шагами он взошел на кафедру, держа вызвавшую весь этот переполох черную виниловую грампластинку-сорокапятку. В другой руке преподобный нес за кожаную ручку небольшой деревянный ящик с маленькими отверстиями по бокам, который поставил на пол в стороне от кафедры. После этого, повернувшись к собравшимся, он выкрикнул:
— Братья и сестры, вы готовы сегодня сразиться с Сатаной?
— Аминь! — закричали со всех сторон в ответ. — Аминь! Аминь!
Аудитория была готова к проповеди.
И преподобный начал страстно вещать о том, как коварно зло большого города, что оно добралось и до Зефира, как кровожаден Сатана, жаждущий заполучить души наших молодых людей и утащить их в ад, и что необходимо денно и нощно сражаться с дьявольскими искусами, дабы не гореть в геенне огненной. При этом преподобный Блессет носился по сцене взад-вперед как одержимый, махал руками и отчаянно потел. Нужно отметить, что шоу он устроил отличное: я даже подумал, не прячется ли у меня под кроватью дьявольское отродье, дожидающееся момента, когда я раскрою «Нэшнл джиографик», чтобы посмотреть на фотографии гологрудых африканок.
Потом, внезапно прекратив бег, преподобный Блессет обратил к собравшимся блестящее от пота лицо. Двери церкви оставались распахнутыми, но духота все равно стояла неимоверная: моя рубашка липла к спине, а преподобный в золотистых лучах солнца просто обливался потом. Он поднял над головой черный диск пластинки.
— Вы пришли услышать это, — сказал Блессет. — Так слушайте!
Он включил проигрыватель, насадил пластинку на вал и задержал на весу иглу над первым желобком.
— Слушайте внимательно, — наказал он нам, — вот они, голоса демонов!
С этими словами преподобный опустил иглу на диск, и динамики наполнились треском от царапин.
Чьи это были голоса — демонов или ангелов? Ох уж эти голоса! «Я тусуюсь, я тусуюсь и тусуюсь. Из города прочь. Я тусуюсь».
— Вот оно! — внезапно заорал преподобный, поднимая иглу. — Вы слышали это? Он внушает нашим детям, что по другую сторону изгороди трава зеленее! Разве жизнь в родном городе хуже, чем в другом месте? Сатана разжигает в неокрепших душах дьявольскую тягу к перемене мест, вот о чем тут поется!
Игла снова упала на пластинку. Когда песня дошла до места, где говорилось, как здорово иметь автомобиль без единой царапины, который ни разу не разминулся с девчонкой, спешащей на свидание, преподобный Блессет разве что не затрясся от праведной ярости:
— Вот, вы слышали это? Разве дьяволы не призывают целыми днями носиться по улицам на автомобилях? Разве тут не слышно призыва предаться похоти, легкодоступным плотским утехам?
Последние слова преподобный произнес с глумливой усмешкой.
— Задумайтесь об этом, люди! Ваши сыновья и дочери горят в пламени этого мусора, в то время как Сатана насмехается над нашей слепотой! Только представьте себе улицы нашего города, красные от крови наших детей, гибнущих в разбитых машинах, наших беременных дочерей и распаленных похотью сыновей! Вы думали, что такое возможно только в больших городах? Вы думали, что наш Зефир защищен от когтей князя тьмы? Сейчас я дам вам еще послушать эту так называемую музыку, и вы поймете, как вы ошибались!
Игла в очередной раз упала на пластинку. Звук был отвратительным: судя по скрипу и треску, преподобный Блессет прокрутил пластинку как минимум раз двадцать. Меня мало трогало то, о чем он твердил: эта музыка повествовала о свободе и счастье, в ней ни слова не говорилось о том, чтобы разбивать машины на улицах. Я слышал в песне совсем иное, чем преподобный Блессет. Отзвук лета — частичку небес, спустившихся на землю. Блессет же ощущал лишь запах серы да видел ухмылку дьявола. Просто поразительно, как служителю Господа, вроде преподобного, везде, во всяком слове слышится зов Сатаны. Разве Бог не правит миром во всех его проявлениях, как это сказано в Библии? Если так, то почему преподобный Блессет так боится за наши души?
— Языческий мусор! — орал он, комментируя ту часть песни «Бич бойз», где говорилось, что не дело оставлять дома подружек, собираясь в субботу на вечеринку. — Отвратительная похоть! Господи, спаси наших дочерей!
— Этот парень, — шепнул отец маме на ухо, — напоминает мне спятившую от жары бездомную дворнягу!
Пластинка играла и играла, а преподобный твердил о неуважении к закону, о разрушении семейных уз, грехе Евы и змее-искусителе в райском саду. Он брызгал на первые ряды слюной и исходил потом, лицо его страшно покраснело, и я опасался, как бы он не лопнул по швам.
— «Бич бойз»! — выкрикнул он со злобным смешком. — Знаете ли вы, кто это такие? Это бездельники, которые не желают зарабатывать себе на хлеб насущный честным трудом! Целыми днями они валяются на калифорнийском пляже, предаваясь блуду на песке, как дикие звери! И это сутками напролет слушает наша молодежь! Господи, спаси этот мир!
— Аминь! — крикнул кто-то.
Толпа начала заводиться.
— Аминь, братья! — раздались новые выкрики.
— Но вы ничего еще по-настоящему не слышали, вот что я вам скажу! — заорал преподобный Блессет.
Он поднял иглу и, прижав рукой диск, стал останавливать его вращение, так что аппарат протестующе взвыл. Преподобный принялся отыскивать на пластинке нужное место:
— Послушайте-ка вот здесь!
Он опустил иглу, другой рукой вращая диск в обратном направлении.
Раздался звук, похожий на протяжный стон, что-то вроде: Даадиилсмаастраабаа.
— Вы слышали это? Слышали?
Глаза преподобного торжествующе блестели, словно он только что разгадал великую тайну музыки.
— «Дьявол спрятался в моем саду!» Вот что они поют: «Дьявол спрятался в моем саду!» Звучит совершенно отчетливо! Они поют песнь во славу Сатаны, им все равно, чьи души после этого будут гореть в геенне огненной! Эта песня звучит из приемников по всей стране! Наверняка и сейчас ее слушают! Наши дети слушают эту песню дни напролет, не сознавая, что творится с ними, и не узнают ничего до тех пор, пока не станет слишком поздно! К тому времени дьявол полностью завладеет их душами!
— Кажется, примерно то же самое в свое время говорили про чарльстон, — сказал отец маме, но я
Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 200
