четырнадцатилетнего сына Бекс, настолько захватили проблемы, какие обычно бывают у подростков, что женщина не решилась поделиться с ним своей историей. Хлое было бы любопытно послушать о приключениях матери, но сейчас она не разговаривала с Бекс. Дело в том, что вечером накануне дня похорон Икбаля Бекс поймала Хлою за попыткой тайком выбраться из дома, чтобы встретиться с ее парнем Джеком – очень милым юношей, по ее утверждению. Мать могла бы ей поверить, если бы не обнаружила в сумке дочери бутылку джина. Бекс возмущенно кричала на Хлою. «Что за девушка в шестнадцать лет может поздно вечером отправиться на свидание к парню, прихватив с собой бутылку джина?!»
Впрочем, ответ был ясен: «Бекс». В конце концов кое-что Хлоя унаследовала от родителей, и Колин явно не был бунтарем – ни в молодости, ни теперь. Бекс отлично помнила, как в одиннадцать лет украла у матери бутылку французского ликера и выпила ее в поле вместе с подругой, скурив несколько маминых сигарет.
Но ведь тогда Бекс еще ничего не понимала в жизни, была глупой дерзкой девчонкой, которая отказывалась подчиняться правилам. Пожалуй, сильнее всего Бекс злило и раздражало осознание одной вещи: она сама больше, чем кто-либо, была виновата в том, что окружающие и даже члены семьи не воспринимали ее всерьез.
Собираясь замуж, она мечтала лишь о том, как наденет обручальное кольцо и возьмет фамилию мужа. Спустя годы она поняла, что долгое время просто плыла по течению, не имея даже такого заурядного якоря, как имя.
Когда зазвонил телефон, Бекс взбивала домашний майонез венчиком, хотя в доме был отличный миксер, способный справиться с задачей за секунды. Не говоря уже о том, что неподалеку от дома было несколько магазинов, где продавался фермерский майонез. Но поскольку Бекс толком не знала, что ей делать со своей жизнью, она решила идти единственным знакомым ей путем. Раз она была домохозяйкой, ей следовало стать лучшей домохозяйкой на свете. Так она рассуждала, когда брала в руки венчик.
Ее сердце забилось быстрее, когда на экране высветилось имя звонящего, и Бекс поспешила ответить.
С теми же чувствами несколько минут спустя входящий звонок приняла и Сьюзи. Она как раз гуляла у реки с Эммой, мопсом Крекерсом и гончими Уолли и Иви.
– Я получила завещание Эзры Гаррингтона, – взволнованно сообщила Джудит. – Его прислали по почте.
– И кто же наследник? – Сьюзи сразу перешла к делу.
– Дом Эзры теперь принадлежит человеку по имени Энди Бишоп.
– Это еще кто такой?
– Судя по документу, Энди Бишоп – юрист, который занимался делами Эзры.
– Подождите, выходит, сосед Икбаля завещал свое имущество собственному юристу?
– Кроме того, он единственный наследник. Таким образом, владельцем имущества покойного Эзры стал тот, кто помогал ему составлять завещание.
– А это вообще законно?
– Я все проверила. Вполне законно. Хотя и неэтично.
– Нам необходимо встретиться, верно?
– И чем скорее, тем лучше!
Глава 21
В Марлоу не наблюдалось недостатка мест, где могли бы встретиться три женщины. Более того, казалось, что каждый второй предприниматель в городе открывает либо кафе, либо бар именно для того, чтобы женщинам было где видеться друг с другом. Джудит, Сьюзи и Бекс заняли столик у окна в небольшом ресторанчике на Хай-стрит, расположенном прямо напротив конторы Энди Бишопа. Найти ее не составило труда: адрес был указан в завещании Эзры. Джудит рассматривала симпатичный особняк в георгианском стиле с окнами-эркерами, на черной входной двери которого висела скромная медная табличка. На сайте юридического агентства Джудит нашла около дюжины имен практикующих юристов. Энди Бишоп значился старшим партнером.
Женщины размышляли, каким будет их следующий шаг. Сьюзи предлагала устроить слежку за Бишопом, Бекс убеждала приятельниц к нему не приближаться, а Джудит отвергала оба варианта. На ее взгляд, существовал лишь один способ выяснить, был ли Энди Бишоп причастен к убийству Икбаля.
Джудит поднялась со своего места за столиком. Через несколько минут она уже облокотилась на стойку администратора юридического агентства.
– Я хочу видеть мистера Бишопа, – заявила она.
Сьюзи и Бекс настаивали на том, что вот так врываться в офис Бишопа – это безрассудство, но Джудит не вняла их доводам. Более того, она учла ошибки, допущенные ею во время визита в аукционный дом Элиота. В этот раз у нее был план. По крайней мере, она так считала.
– Вам назначена встреча? – поинтересовалась девушка за стойкой.
– Нет. Пожалуйста, сообщите ему, что меня зовут Джудит Поттс и я пришла поговорить о завещании Эзры Гаррингтона.
Девушка захлопала глазами.
– Завещание мистера Гаррингтона? Его ведь составляли в прошлом году.
– Ничего, мистер Бишоп поймет, о чем речь.
Мило улыбнувшись, Джудит прошла вглубь холла и села в кресло у пустого камина. Поняв, что женщина не собирается уходить, администратор вышла из-за стойки и исчезла за ближайшей дверью. Она вернулась меньше чем через минуту.
– Миссис Поттс? Мистер Бишоп готов вас принять.
– Благодарю.
Оказавшись в кабинете, Джудит обратила внимание, что его оформлением явно занимался человек со вкусом. У низкого стола стояли два кожаных кресла, стены украшали выцветшие картины со сценами охоты. Хотя помещение располагалось на первом этаже здания, из большого окна открывался приятный вид на главную улицу города. А вот второе окно, поменьше, выходило на задний двор, а точнее – на офисную парковку.
Энди Бишоп сидел за письменным столом, заваленным бумагами. Когда он поднялся навстречу Джудит, та с удовольствием отметила невысокий рост мужчины.
Нехватку роста с лихвой компенсировала ширина. Бишоп действительно был почти круглым, жилет так сильно натянулся на его животе, что, казалось, пуговицы вот-вот оторвутся.
«Словно большой шар из теста» – так охарактеризовал его имам. По мнению Джудит, это описание идеально подходило Энди Бишопу.
Представившись, Джудит ощутила слабость в ногах. Она подумала о том, какой опасности вновь подвергала себя. Энди жестом предложил Джудит сесть.
– Вы пришли поговорить о завещании мистера Гаррингтона?
– Все верно. Он был моим другом.
– И моим тоже. Он был добропорядочным джентльменом, не так ли? Простите, здесь довольно жарко.
Мужчина достал из кармана пиджака носовой платок и, протерев им мокрый лоб, кивнул на открытое раздвижное окно, за которым стояли припаркованные автомобили:
– Кондиционера у нас нет, только так и спасаемся.
– Не беспокойтесь об этом.
– Итак, чем могу помочь?
– Я лишь хотела удостовериться, что вы тот самый Энди Бишоп, который составил завещание Эзры.
– Да, это…
– Точнее, изменил его.
– …я. В каком смысле «изменил»?
– Мне известно, что Эзра хотел оставить свой дом соседу. Икбалю Кассаму.
Энди смутился.
– Боюсь, я не могу обсуждать дела клиента.
– Но ведь это правда. Эзра давным-давно говорил мне, что завещал все Икбалю, потому что тот помогал ему, когда Эзра заболел. Возил
