на стене – половина третьего.
В ответ Роза закатила глаза и перегнулась через голову Рика к раковине, чтобы вымыть руки.
– Ты же всегда был умным мужиком, я же из-за этого тебя заметила… – запричитала она. – Ну, еще из-за огромных плеч и придурковатых татуировок, но не суть. Что с тобой случилось, когда ты так отупел?
С тяжелым вздохом Рик пропустил ее тираду мимо ушей, зацепившись только:
– А что не так с татуировками?
– На кой хрен тебе ехать в управление? – Роза уперлась обеими руками в край столешницы и смотрела на него так, будто если он снова начнет спорить, она вцепится ему в шею. – Они уже поняли, что ты был там, у Переса. Ты же стрелял? Из своего оружия?
– Нет, – медленно ответил Рик. Она такого низкого о нем мнения? – Я взял пушку у Кальвы, еще в клинике.
– Ладно, не такой уж ты тупой, – хмыкнула Роза. – В любом случае могли быть свидетели. Возможно, у Переса в доме установлены камеры.
– Мы проверили, – ответил он и прикусил язык. «Мы»? Какие, на хрен, «мы»?
– В любом случае, ФБР все повесит на тебя.
– Ты права, – признал он. – Я думал, что это только моя паранойя, но ты права.
– Тебе нужно исчезнуть. Они не отпустят так просто.
Рик напряг челюсть.
Исчезнуть. Его семья в Чикаго в опасности, ФБР не оставит их в покое и будут пасти денно и нощно, значит, он не сможет повидаться с матерью ближайшие лет десять. У него толком и не было друзей в управлении, со всеми, с кем завязывалось общение, он быстро портил отношения, как с той же Армас.
Хм, исчезнуть так же, как сержант Белтран из Обсидиана. В управлении говорили, что он под программой защиты свидетелей, но Рик даже со своим доступом не смог найти ни одного упоминания, ни кто над этим работал, ни одного доклада. Ни-че-го. Что, если Белтран вот так же где-то наследил? Столкнулся с кем-то, с кем не должен был, и теперь скрывается от правительства?
В его докладе говорилось, что при захвате мужа Эрмосы, Сангуинарио, Белтран всадил в подозреваемого десять пуль. Но это звучало неразумно. Десять пуль – это не холодный расчетливый выстрел, а целая истерика. Белтран никогда не походил на человека, склонного к истерикам. К спорам, непослушанию, вспыльчивости, агрессии – да. Но не истерикам. Могла ли сама Эрмоса заставить его исчезнуть?
– И что ты предлагаешь? – спросил Рик снова охрипшим голосом.
Роза закинула ногу на ногу и стала мечтательно расписывать:
– Увезти тебя в какую-нибудь далекую жаркую страну, где есть пляжи, коктейли…
– То есть Сан-Диего?
– Где нет прилипчивых копов, – продолжала она, – и экстрадиции. Как тебе план?
– А ты там есть? – спросил Рик и прижался щекой к ее колену.
– Конечно. Но это будет после того, как мы закончим войну. – Мечтательность и нежность исчезли из ее голоса, уступив место стали. – А пока нужно еще немного потерпеть и попрятаться. Что думаешь?
– Думаю, что пойду за тобой хоть на войну, хоть на лазурные берега, – со смешком ответил Рик. – Но сидеть без дела я не смогу.
– Когда ты в последний раз был в отпуске?
Рик сощурился, прикидывая в уме, но пауза слишком затянулась, демонстрируя правоту Розы.
– Я не умею бездельничать в отпуске. Мой мозг всегда зудит, и…
– Я найду тебе занятие, – мурлыкнула Роза, но не успел Рик ни ответить, ни потянуться к ней, как в третий раз кто-то застучал в дверь, намереваясь сорвать ее с петель.
– Сеньорита! – крикнул голос из-за стены, и игривость спала с лица Розы. Она спрыгнула на пол быстрее, чем голос продолжил: – Силовики окружают дом, нужно уходить! Немедленно!
Ага, стоило вспомнить ФБР, и вот они на пороге.
Рик пересек небольшую комнату, подал Розе ее разбросанные туфли, запихнул ноутбук в сумку, взял со спинки стула футболку, а со стола – пушку, проверил магазин и убрал за пояс. Роза застегнула туфли, с тоской глянула на половину недоеденной пиццы и кивнула Рику, что готова.
Он распахнул дверь в коридор, но тот же блондин, что привез Розу, теперь стоял с пушкой наготове и целился в сторону лифтов.
– Придется через окно, выходы уже перекрыты. Пожарная лестница есть?
Роза рыкнула, снова выскользнула из своих туфель и бросилась к окну, но не смогла открыть его без помощи. Двое солдат вышли первыми, оглядываясь – один вниз, второй в сторону крыши, следом – Роза, Рик и блондин.
– Гуэро, какого хрена вы не запалили их раньше? – прошипела Роза через плечо. Блондин еще задержался у окна, целясь в дверь, на случай если хвост нагонит их быстрее. – Гуэро! – рявкнула Роза, и он заторопился вниз по пожарной лестнице за ними.
– Они используют какую-то новую радиоволну для связи с полицией, на обычной было тихо, – ответил Гуэро. Рик вспомнил, что теньенте упоминал этого парня, говорил, что с ним Роза точно будет под присмотром. Рафи раньше так же говорил про Фернандо. – Пригнитесь! – крикнул Гуэро, и пуля зазвенела о железную лестницу, Роза вжалась в Рика, шипя ругательства, солдаты озирались по сторонам, ища стрелка, и нашли его на доме напротив. Два выстрела – и снайпер уже летел с крыши на асфальт.
Рик сжал ладонь Розы в своей, мог бы – закинул на плечо и унес бы отсюда, но она не простит такого перед ее людьми, и в такой позиции для нее больше шансов словить пулю. Потому Рик потянул ее за собой, бегом-бегом по очередной лестнице, прочь от очередной опасности, которую теперь он на нее навел.
Глава 22. Роза. Новый пес в стае
Ступни ныли от бесконечного дня на каблуках, от усталости, а теперь еще и от железных перекладин пожарной лестницы, по которой приходилось не просто бежать, а лететь, едва касаясь, пригибаясь от новых пуль и летящих в спину приказов копов. Роза не оглядывалась, все равно ее прикрывал Рик, а парковка была все ближе, водители уже подогнали две тачки, последний рывок. Над ее ухом раздалось шипящее ругательство, и на щеку Розе плеснуло что-то теплое, но Рик удержал ее за плечи, закрывая и не давая обернуться, узнать, что с ним. Ранен? Сильно? Суки! Ничем не лучше картелей!
До земли пришлось прыгать, всего чуть больше метра, а там два шага, и они уже в машине, Гуэро запрыгнул на переднее пассажирское, Розу зажали между плечами Рика и одного из солдат. Тачка сорвалась с места так быстро, что подняла столб дыма из-под колес,
