я знаю об этом, – подтвердил он.
– Не могли бы вы прочитать в этом документе, в какое время поступила эсэмэска о том звонке?
Глаза его вспыхнули, и он прочитал:
– Двадцать ноль четыре.
– Благодарю вас.
Я уселся на место, а Зейдер в ту же секунду вскочил на ноги.
Я вдруг опять ощутил всю тяжесть навалившихся на Дэвида улик. Моя же защита была построена на чем-то не толще первого льда, и ступать по нему следовало очень медленно и осторожно, иначе и Дэвид, и Кристина, и я сам провалимся в темные холодные глубины.
А Зейдер, судя по всему, готовился проделать в этом льду здоровенную трещину.
– Мистер Форест, учитывая разночтения при фиксации времени с различных устройств, возможно ли, чтобы подсудимый вышел из своей квартиры еще до того, как в ней было совершено убийство?
Судья Роллинз с энтузиазмом закивал – ему, видно, пришло в голову то же самое.
Свидетель помотал головой.
– Нет. Убийство не могло быть совершено после того, как подсудимый покинул квартиру. И вход, и выход в ней только один – дверь на лестничную площадку. На записи с камеры наблюдения видно, как мистер Чайлд и потерпевшая входят в квартиру и как вскоре он выходит оттуда один. Я лично беседовал с мистером Гершбаумом. Никто не проникал в его квартиру через балкон, а это все-таки двадцать пятый этаж. Когда я осматривал квартиру мистера Чайлда, в ней никого не было. Это совершенно исключено еще и потому, что потерпевшая физически не могла нанести себе столь многочисленные ранения, и никто, кроме подсудимого, из квартиры не выходил. Единственный человек, у которого была возможность убить Клару Рис, – это Дэвид Чайлд.
Глава 80
Каждая частичка моего тела, каждая капля крови в жилах так и тянули меня обернуться и посмотреть на Кристину, но я хорошо знал, что в этом случае потеряю все окончательно. Главная битва сейчас здесь, в суде.
С трудом заставил себя опять сосредоточиться.
Шепнул Дэвиду:
– Не волнуйтесь. Все о'кей.
Но до «о'кей» было еще ох как далеко.
Проглотив свой страх, Дэвид похлопал меня по руке. Он по-прежнему в меня верил.
Хоть кто-то в меня еще верил!
– Офицер Ноубл! – объявил Зейдер.
К свидетельской трибуне поспешно направился худощавый мужчина в очках, синих джинсах и красно-синей клетчатой рубахе. Белый галстук, который он зачем-то напялил поверх этого далеко не официального наряда, выделялся на нем, как бельмо на глазу. Довершали этот диковатый ансамбль ковбойские сапожки, только благодаря которым по какой-то непостижимой причине он и смотрелся более или менее цельно.
Едва произнеся слова присяги, офицер полиции Ноубл сразу же принялся протирать очки кончиком своего белоснежного галстука. Ответы на первые вопросы окружного прокурора представили Ноубла как опытного и хорошо подготовленного эксперта-криминалиста, который изучил как тело убитой, так и само место преступления, сделав в ходе этого осмотра целый ряд фотографий.
– Офицер Ноубл, на основании результатов вашего тщательного обследования места преступления, а также данных, полученных медэкспертом, – каково ваше заключение о том, каким образом было совершено данное преступление?
– Учитывая расположение огнестрельных ран на теле убитой, а также местоположение пуль, пробивших ее череп и застрявших в бетоне под разбитой кафельной плиткой пола, выстрелы в голову были произведены, когда потерпевшая лежала на полу лицом вниз. Это дает мне все основания полагать, что первые выстрелы были произведены со спины. Две входные пулевые раны расположены в области поясницы. Одна из пуль застряла в позвоночнике. Другая прошла навылет, так что…
– Простите, разрешите мне вас немного перебить? Что понимается под словом «навылет»? – встрял Роллинз. М-да, налоговым юристам нечасто приходится иметь дело с огнестрелом.
– Этим термином описывается ситуация, когда пуля входит в тело с одной стороны и полностью выходит с другой.
– Я понял. Продолжайте, пожалуйста. – Судья кивнул.
– Я считаю, исходя из имеющихся свидетельств, что эта вторая пуля попала потерпевшей в спину и, оставив большое выходное отверстие в передней части грудной клетки, полетела дальше в окно.
– Как вы пришли к заключению, что именно эта пуля разбила стекло?
– На месте преступления мы обнаружили пустой магазин, а еще один пустой магазин был вставлен в орудие убийства, изъятое из автомобиля подсудимого. Магазин данного пистолета вмещает шесть патронов. На полу кухни было обнаружено двенадцать стреляных гильз, в то время как пуль в теле убитой и в полу у нее под головой нашлось только одиннадцать. Одной не хватает. Разумно предположить, что эта пуля прошла навылет, разбила стекло и в результате была безвозвратно потеряна.
– Что находится под балконом?
– Его окна выходят на Сентрал-парк. Мы обыскали этот участок территории парка, но пулю так и не нашли.
– В отчете медэксперта говорится, что, по ее мнению, пуля, попавшая в позвоночник потерпевшей, либо сразу ее убила, либо наверняка полностью парализовала. Учитывая ваш опыт, какой вывод можно сделать из того, что убийца еще и многократно выстрелил ей в голову, хотя смертельное ранение было нанесено уже одним из первых выстрелов?
– Страсть. По моему разумению, налицо было так называемое «избыточное убийство». Это не работа профессионального киллера – стреляли в состоянии бешенства, повышенного нервного возбуждения.
– Откуда такая уверенность?
– Убийца перезарядился. И извел еще целый магазин.
– Существует ли какая-то официальная статистика в отношении преступлений, совершенных с подобной жестокостью?
– Да. Большинство аналогичных преступлений совершается в домашней обстановке, и значительные повреждения наносятся жертвам уже посмертно. Согласно статистике, девяносто четыре целых и восемьдесят девять десятых процента таких убийств совершаются супругами или сожителями.
И на этом Зейдер уселся на свое место. Свидетель – мой.
Я молча поднялся и стал ждать, пока Роллинз поднимет голову от своих заметок, чтобы выслушать мой вопрос. Прошло добрых десять секунд, прежде чем судья соизволил уделить мне внимание. Мне эти секунды показались минутами. Ноубл воспользовался случаем, чтобы отхлебнуть водички, поправить галстук и проверить на свет очки. У меня тоже появилось время подумать, и думы были далеко не радостные. Прямо перед тем, как судья Роллинз нацелился на меня высокомерным взглядом, Куч чуть привстал, положил мне руку на плечо и шепнул:
– Встряхнись, Эдди!
В голове немного прояснилось, и я не спеша приступил:
– Офицер Ноубл, насколько я понимаю, орудие убийства уже проверено на предмет отпечатков пальцев, так?
– Верно. Никаких отпечатков не обнаружено.
– Да, я читал ваш отчет. Там говорится, что единственные отпечатки на нем принадлежат патрульному офицеру Филипу Джоунсу, который изъял пистолет из автомобиля подсудимого, верно?
– Да, верно.
– Но в вашем отчете отмечено и еще одно наблюдение. Вы утверждаете, что когда вынимали пустой магазин, то обнаружили на нем
