Люблю.
Ее подменили? Это шифр? Ее держат в плену? Какого хрена?
Не сходя с места, Роза набрала номер Снежки, но та сбросила. Ага, отлично, подарите Розе пару седых волос!
Несколько секунд спустя от Вирджинии пришло сообщение:
«Мы забрали язвочку, все в порядке. Не могу сейчас говорить».
Ладно, об этом Роза подумает позже.
На подходе к кухне она услышала громкие голоса нескольких человек и замерла, чтобы дослушать:
– Не ты первый рядом с ней, не ты последний, – хохотнул кто-то. Кто-то, кому явно не дорога голова – так открыто назвать своего босса неразборчивой в связях.
– Чего ты сказал? – угрожающе низко переспросил Рик.
– Я сказал, что наша сеньорита с тобой забавляется, коп, и скоро ты окажешься на помойке. Тогда и поговорим.
– Хоакин говорит, – медленно, как обычно призывают к миру, но Гуэро явно не собирался помешать их стычке, – что если теперь ты считаешь себя одним из нас, то ты ошибаешься. Коп.
И снова это слово, как самое грязное ругательство.
– Не считаю, – ровно ответил Рик. Роза сразу представила, как он расправляет плечи и скрещивает перед собой руки при этих словах. Смотрит на них сверху вниз, всем видом показывая: – Я стою выше вас.
– Потому что сеньорита пустила тебя в свою постель? – издал новый мерзкий смешок, видимо, Хоакин.
– Вулф, верно? – позвал другой голос, говоривший стоял ближе всего к Розе, может, вот сразу за углом, и, если бы она сейчас вошла в комнату, болтун бы точно обделался от испуга. – Ты посадил моего тестя несколько лет назад. И еще десятки наших парней сидят из-за тебя в тюрьме. И сеньора Вергара. Если сеньорита решила, что такое можно простить…
– Я не знаю, как тебя зовут, и мне плевать. Вы парни, сменяетесь тут раз в квартал. Откуда я это знаю? Я слушал ваши звонки. Я читал ваши переписки. Я следил за вашей беготней по городу. Я точно знал, на кого из вас надавить, чтобы получить показания. И вот тебе секрет: если я посадил твоего тестя, значит, он ослушался приказа Розы и облажался. Потому что операции, которыми руководила она сама или Мадера, мы никогда не могли накрыть. Поэтому я стою выше вас. И доказывать ничего не собираюсь.
Шаркнули ботинки по полу, звякнула посуда.
– Может, и так, – сказал Гуэро тише прежнего, и Роза напряглась. – Но тебе рядом с ней не место.
– Что, обидно за отечество, что она среди вас, сосунков, не нашла себе нормального мужика? – бросил Рик, и у Розы поползли брови вверх. Вот сейчас ей и стоило бы вмешаться, пока они не разнесли кухню, но это бой Рика, он должен сам поставить их на место.
– Мэ паресе ке ля бэна де ля ленгуа паса пор ту коло поркэ аблас муча мьерда![31] – рыкнул Гуэро, судя по голосу, уже взбешенный. Роза оценила его витиеватый слог, но вот Рик вряд ли понял, что в него сейчас бросили.
Раздался грохот какого-то дерева, может, стула, зазвенела и разбилась посуда. Роза все же сделала шаг из-за угла и остановилась, упершись плечом в боковую балку, глядя на Гуэро, уже валяющегося на обломках стола, на еще одного из солдат, держащегося за окровавленный нос, и за самого старшего, который за прошлый вечер не проронил ни слова, только буравил Рика тяжелым взглядом. Теперь Вулф держал у его горла нож; не давил, но показывал, как легко будет перерезать болтуну глотку. Это к нему Роза стояла так близко, что слышала каждый хрип под весом ножа на горле.
– Вы разобрались? – спросила Роза негромко и безэмоционально, будто каждый день разнимала собачьи драки на своей кухне. Впрочем, да, всякий раз, когда в питомник подселяли нового пса со слишком большими амбициями, он проходил проверку альфа-самцом. Роза, скорее, ждала, что такую проверку Рику устроит теньенте, но тот, наоборот, не выказывал ни слова недовольства.
– Неплохой пацан этот ваш Вулфи, – сказал Кальва перед тем, как попрощаться. – Кровь горячая, но это то, что нам сейчас и нужно, а?
Рик убрал нож от горла солдата Розы и сделал шаг назад под ее напряженным взглядом. Никто не отвечал, поэтому она повысила голос:
– Я спросила, вы разобрались?
Нестройным хором они ответили: «Си, сеньорита». Только Рик промолчал, напрягая и расслабляя челюсть. Правая скула у него уже краснела от удара. Значит, левша Гуэро врезал первым, понятно. Рик бросил нож в раковину, ставя громким звоном точку в разговоре.
– Если у кого-то еще остались возражения – один на один. На улице, – отчеканил Рик, обводя эту троицу взглядом. – И оставьте пушки, раз вы такие честные.
Когда солдаты вышли из дома, тихо притворив за собой дверь, Роза протянула Рику чашку остывшего кофе и чуть заметно кивнула. Ему не нужно ее одобрение или их признание, но пусть он знает, что она всегда встанет на его сторону. Она не помешает заработать собственный авторитет, но, если что-то будет угрожать его жизни, она повторит представление со складом Касильяса под Тихуана. И пусть смельчаки собирают угли.
Снова зазвонил телефон, и Роза ответила быстрее, чем рассмотрела имя на дисплее.
– Сеньорита. Мы нашли его.
Глава 23. Рик и Роза. Да здравствует королева!
В машину с ними попытался сесть и Гуэро, но одним взглядом и кивком в сторону Роза указала, что ему тут не место. Водитель не задал вопросов и газанул так, что Розу впечатало в спинку кресла. Кончиками дрожащих пальцев она нашла ладонь Рика, и он сжал ее руку в своей. Она не посвящала его во все детали плана, и теперь Рик не видел в этом недоверия, скорее – волнение. Если ей спокойнее в тишине – пусть так, он будет рядом, чтобы помочь или успокоить.
Под пытками вчера Фернандо назвал адреса нескольких мулов[32] Касильяса и имя Охотника, через которого он связывался с остальными. Сегодня ночью Кальва должен был наведаться ко всем этим людям. Рик подозревал, что к утру город будет в огне, но надеялся, что все пройдет тише и незаметнее. Что, проезжая сейчас через порт Саут Бэй, они не увидят несколько пожарных машин, скорых и спасателей. Это лишь Касильяса. Бандиты, не заслуживающие ни скорби, ни второго шанса. Охотник, которого они вчера пленили, знал даже больше, чем Фернандо, хотя сознался, что поступил на службу меньше полугода назад. Он скулил о прощении, рассказал, как вербовал к ним мальчишек своей деревни, как учил их стрелять. Он рассказал о яхтах в порту, которые
