Проснулся я, не зная который час. Посмотрев на часы в каюте, увидел, что уже утро. Чувствовал себя бодрым и отправился умываться и бриться. Когда вышел из душа, то голод дал о себе знать. В дверь каюты постучали, я подошел, спросил кто там, и когда услышал голос Джеймса, открыл дверь.
— Просунулись, — констатировал он — я несколько раз подходил, но не хотел будить. Сейчас уберут посуду и принесут завтрак. Может быть, позавтракаем вместе?
Я не возражал, не так скучно, в то снова один. Он вышел и вскоре вернулся. Вынес матросу поднос с посудой и забрал у него с едой. Запах кофе, так ароматно распространился по каюте, что мне не терпелось сделать глоток.
— Мы будем в пути несколько дней, лучше, если вы не будете выходить. Когда прибудем, вы сойдете на берег после всех. Вас встретят, на этом моя функция выполнена, а пока отдыхайте. Мы прибудем в порт Кальяо, это почти столица Перу, вам будет что посмотреть.
— Вы думаете, у меня будет такая возможность?
— Хочется надеяться в вашу удачу.
— Мне тоже.
Время в плавании до Перу прошло спокойно. Океан был тихим и спокойным, к моему счастью, так как я не знал, как бы смог переносить качку. Джеймс мне не надоедал, хоть и был приятным собеседником, и мы иногда беседовали о литературе, искусстве. Судно пришло в Кальяо утром. Джеймс зашел в каюту и протянул мне документы на матроса Джона Смита.
— Это даст вам возможность сойти на берег.
— А что будет, когда один из матросов не вернулся?
— В моей практике такого не было, но в жизни бывает. Судно уходит без него. Где он и что будет делать, его проблемы. То ли пьет, то еще что. Мы не няньки. А местным все равно.
— Но пограничники могут заинтересоваться?
— Не думаю, что это их сильно озадачит. Одним нелегалом больше. У нас в Европе их тоже хватает, не так ли?
Он не ждал от меня ответа, он ему был не нужен. Я не знал, что ему известно обо мне, а вероятнее ничего, МИ-6 обратилась для оказания помощи соотечественнику. Думаю, что ни он, ни капитан не вмешиваются в подобные дела. Важно, чтобы меня меньше знали в лицо.
— Мне было приятно с вами общаться, — уходя, заметил Джеймс, — вы знаток литературы, искусства. Я от вас узнал много интересного.
— Спасибо. Знания накапливаются. Если будет возможность, может быть, и встретимся еще, — счел я долгом ответить ему, хотя такого желания сам не испытывал.
— Не уверен. Я больше в море, да и кто его знает, что будет дальше, но дело даже не в этом. Я ничего не имею против вас лично, просто нам с вами не по пути.
Мы понимали друг друга и, пожав мне руку, он вышел.
Я спустился по трапу на причал, дождавшись, когда матросы уже сойдут на берег и будет меньше глаз, предъявил документы пограничнику, и пошел к выходу из порта.
Выйдя за ворота порта, остановился, делая вид, что осматриваюсь и думаю, куда пойти. На самом деле я давал возможность заметить меня моему встречающему, не хватало только, чтобы он не пришел. В чужой стране, практически без нормальных документов, даже на ночлег не устроишься, и практически без денег. Постояв пару минут, я направился вдоль улицы. Через пару сотен метров меня окликнули:
— Джон!
Я обернулся. Меня догонял мужчина, лет тридцати. Был он смугл, улыбка делала его лицо доброжелательным и радостным, словно встретил старого знакомого, после долгих лет.
— Я думаю, ты ли это! — он подошел ко мне и шепнул, — меня зовут Рауль, — поехали, я на машине.
Не дожидаясь ответа, он направился к видавшему виды «Форду». Садясь в машину, я по привычке огляделся и увидел, что в машину, припаркованную чуть дальше, садиться женщина, на вид лет тридцати. Черные волосы, были собраны узлом на голове, губы выдавали страстную натуру, а черные глаза подчеркивали это. Я улыбнулся ей, и она, ответив обворожительной улыбкой, спешно села в машину. Как только мы отъехали, машина, в которую села женщина, отъехала от тротуара. Я не верил подобным случайностям, видимо меня ждал не только Рауль. Это не могло быть дублированием встречи, кто-то еще мной интересуется, и этот кто-то знает, когда я прибуду и куда.
— Брауна выслали из Китая, — сообщил он мне по дороге, — его остановили ночью, обыскали машину, не смотря на его дипломатический статус, нашли папку с документами. Скандал поднимать не стали, но выслали.
— Я могу только посочувствовать, — заметил я, отдавая дань предусмотрительности Брауна. Рауль только хмыкнул.
Рауль, пока мы ехали по улицам, рассказывал о городе, а я пару раз бросал взгляд в боковое зеркало. Машина шла за нами. Сомнений больше не было, это была слежка. Говорить Раулю я об этом не стал, не известно, какие у него указания относительно меня. От порта мы отъехали не далеко. Рауль остановился и, оставив машину на обочине, пошел в переулок. Я вышел за ним, запоминая дорогу и наблюдая за обстановкой вокруг. В переулке лежала тишина, которую порой нарушали крики играющих детей. Изредка встречались мужчины, что-то обсуждающие. Во дворах сушилось белоснежное белье. Рауль свернул в один из дворов. Сворачивая за ним, я заметил машину, стоящую поперек переулка. За нами наблюдали. Надо ждать гостей.
В арке двора на картонках лежал мужчина, отдыхая. Перед ним стоял радиоприемник, который потрескивал, но музыки не было. Он лениво приоткрыл глаза, когда мы проходили мимо и не найдя в нас ничего интересного, снова погрузился в дремоту.
Мы вошли в двухэтажный дом, поднялись на второй этаж. Стены подъезда были обиты фанерой. Пройдя по коридору, Рауль открыл одну из дверей и вошел, я за ним. Обстановка отличалась от обшарпанного коридора, деревянных ступенек лестницы. Комната была метров двадцать и чистой, с набором необходимой для временного проживания мебели, был даже телевизор. Рауль показал мне туалет, душ. Я открыл кран, из него потекла чуть желтоватая вода.
— Это не номер люкс, но для временного проживания хватит, — отреагировал он на мое изумление, проходя к столу и садясь на стул.
— Поживешь здесь несколько дней. Не смотри, что такой район, здесь много что видят, но еще больше молчат, поэтому и тебе спокойнее. Я к вечеру принесу другую одежду. В этой не выходи, да и вообще лучше никуда не ходить, в конце коридора есть запасной выход на другую улицу, — информировал он, и сделав паузу, вытянул руку, — давай.
— Что? — сделал я недоуменное лицо.
— Пленку.
— Не понимаю о чем ты.
— Ладно, — он достал из бумажника листок и протянул мне, — это перевод на твой счет.
Я взял и увидел, что номер счета мой, но сумма немного меньше. Поняв мой взгляд, он пояснил: — Сумма немного меньше, часть получишь наличными, это пригодиться в дороге. Давай свой паспорт, если он у тебя есть. Давай, давай, — пресек он, видя мою попытку возразить, — от него никакого толка. Надо поставить визу на выезд из Китая и на въезд в Перу.
Он был прав. Мой паспорт был здесь без виз простой не нужной бумажкой. Я достал из куртки паспорт, пленку и передал ему.
— Есть пожелания?
— Мне нужен пистолет.
— Ого! Ты собираешься с кем-то воевать?
Объяснять, что за нами была слежка, я не хотел: — Мне так спокойнее. Район хоть и спокойный, с твоих слов, но не благонадежный.
— Это верно. Ладно, вечером принесу.
— С глушителем.
— Хорошо. А ты вообще кто? Ты стрелять то умеешь?
— Надеюсь, но лишнего шума не хочу.
— Сделаю. Когда оформим паспорт, переедешь в гостиницу, чтобы потом выехать из страны официально. Отдыхай, вечером приду. Есть захочешь, смотри в холодильнике.
Он ушел, оставив ключ на столе. Делать было нечего, и я в ожидании смотрел телевизор. Рауль вернулся часов пять, войдя, развернул пакет, достал одежду, а из другого свертка пистолет.
— Не используй его понапрасну. Здесь этого не любят, — я согласно кивнул головой, — паспорт будет готов через пару дней, — продолжил он, — поэтому пока ходи с удостоверением матроса, потом отдашь мне. Поздно не возвращайся, если надумаешь пройтись. Если пойдешь, то гуляй там, где больше народа. Приду через два дня. Оставляю свой телефон.
Он ушел. В этот вечер я решил никуда не ходить. Вероятность того, что сюда придут, мала, если кто интересуется мной, то адреса еще не знали. Выходить на улицу вообще был риск, но его я оставил на завтра. Вечером проверил пистолет, как он работает, разобрал, собрал. Все было в порядке. Спасть лег рано.
Утром нашел в ванной электробритву и, мучаясь от затупленных ножей, побрился. Положил в сумку, которую принес Рауль пистолет, взял деньги, что он также оставил и вышел на улицу. В арке лежал все тот же мужчина, только на это раз рядом лежала бутылка из-под вина. «Вечный сторож» — подумал я, проходя мимо. Он, как и прежде, окинул меня взглядом.
Из переулка я вышел на оживленную улицу. Пройдя немого, решил проверить, и убедился, что слежка была. Нужно было походить, потаскать их за собой, проверить какие они профессионалы. Я не думал, что это местная безопасность, а значит, возможности их ограничены, в чужой стране не будешь держать большой штат, поэтому ходил по магазинам, сидел в кафе и скоро убедился, что это не натасканные спецы наружной слежки. Навыки слежки у них были, но слабоваты, а значит надо узнать кто они, и что им надо, хотя о целях можно догадываться и дать им возможность прийти в гости.
