Удар приманки - Ник Картер

Её грудь отчетливо обрисовывалась под тонкой тканью, когда она забиралась под одеяло. — Ты мешаешь мне с того самого момента, как мы встретились, Стефани, — сказал он. — Почему сейчас это должно меня волновать? — Я не хотела мешать, — снова надулась она. — Даже не сомневаюсь, — саркастически заверил он её.

Ник встал и выкатил поднос с грязной посудой в коридор. Когда он закрыл дверь и обернулся, Стефани уже ровно дышала — она мгновенно уснула. Убедившись, что она не притворяется, Ник взял её сумочку и начал обыск. Он не знал точно, что ищет, но надеялся найти зацепку, которая объяснит её поведение. Внутри оказался стандартный женский набор, удостоверение РУМО, билеты и багажные квитанции на рейсы в Англию и Францию... а также пистолет. Это был маленький автоматический браунинг.25 калибра, полностью заряженный и отчаянно нуждающийся в чистке.

Ник вернул всё на место, кроме пистолета, и достал блокнот с бумагами, которые забрал у Ламуша. Сначала он расправил скомканные листки из мусорной корзины. Похоже, Антон Лектор был из тех людей, которые любят рисовать каракули, когда о чем-то думают.

На каждом листке были случайные слова и наброски. Ник не был психиатром, но даже он видел в этих рисунках запредельный страх доктора за свою жизнь. Дважды на бумаге были изображены фигурки людей, где один убивает другого.

Затем он переключился на блокнот. Его интересовал верхний чистый лист. Ник поднес его к свету, пытаясь рассмотреть вдавленные следы от письма на предыдущей странице. Но следы были слишком хаотичными и накладывались друг на друга — Лектор явно писал с сильным нажимом на нескольких страницах сразу. Попытка проявить текст с помощью мягкого карандаша ничего не дала. Ник отложил блокнот, решив, что это была слишком слабая надежда.

Он сел в кресло и принялся чистить пистолет Стефани. Вряд ли она им воспользуется, но если всё же придется — лучше, чтобы он не взорвался у неё в руках.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Утром Ник проснулся с затекшей спиной — сказывалась ночь, проведенная в кресле. Он заказал завтрак в номер, но не будил Стефани до самого приезда официанта. — Подъем, «солнышко», пора за работу! — скомандовал он, шлепнув её ладонью поверх одеяла. — Что?! — вскрикнула она, резко подскочив и озираясь безумными глазами. — Спокойно, это всего лишь я. Стефани еще несколько секунд пыталась сориентироваться, прежде чем окончательно прийти в себя. — О, Ник... Прости, я на мгновение забыла, где нахожусь. — Как самочувствие? — Терпимо. Только голова немного побаливает. — Это последствия вчерашнего вина. — Я правда выпила полбутылки? — удивилась она. — Достаточно, чтобы ты сама пригласила меня в постель. — Я это сделала? — Сделала. Завтрак на столе. Поешь, приведи себя в порядок, и...

Стефани выбралась из-под одеяла. Ночная рубашка задралась, обнажая её стройные бедра. Ник невольно засмотрелся на это зрелище, пока она спешила к подносу. — Ты заказал достаточно? — спросила она, окидывая взглядом еду. — Надеюсь, — с сомнением ответил он. Хотя Ник взял два континентальных завтрака, Стефани умудрилась съесть и свою порцию, и половину его.

— И чем ты занимался, пока я спала? — Читал, — честно ответил он. — Что-то интересное? — Пока не уверен. Не могу до конца разобраться в сюжете. — О, я читала такие книги, — она встала. — Пойду в душ. Какие планы на день? — Сначала тебе нужно занять свой номер. А дальше — боюсь, я в тупике. Она нахмурилась: — Никак не пойму, когда ты шутишь, а когда нет. — Не бери в голову. Просто иди в душ.

Пока за дверью шумела вода, Ник выставил поднос в коридор и снова разложил на столе листки из дома Ламуша. Они всё еще молчали. Вскоре Стефани вышла из ванной в одном полотенце на голове, а вторым прикрывая тело. От горячей воды её кожа стала нежно-розовой. — Ванная свободна, — сказала она. — Пожалуй, подожду, пока туман рассеется, — усмехнулся Ник, глядя на валящий из двери пар. — Люблю горячую воду, — рассмеялась она. — Заметно. Ты вся светишься. Пока я моюсь, уточню у Анри насчет твоей комнаты. — Зачем? — спросила она. — Я не против остаться здесь. Ты вел себя как идеальный джентльмен. — На это нельзя рассчитывать вечно, — отрезал Ник и скрылся за дверью ванной.

Когда Ник вышел, обернув полотенце вокруг талии, Стефани ждала его... в постели. — Это еще что? Решила вздремнуть? — Не только я, — ответила она. — И на этот раз я абсолютно трезва. — Стефани... — Ну же, Ник. Я просто пытаюсь сэкономить нам деньги. Если мы напарники, расходы надо делить, верно? — Верно, — осторожно согласился он.

Она откинула простыню. Розовый оттенок кожи после душа еще не сошел, а её взгляд был вызывающим. Ник почувствовал, как полотенце стало ему тесновато. Когда он подошел к кровати, Стефани притянула его к себе. — Давай, Ник. Я не хрупкая ваза, не сломаюсь.

И она не сломалась. Она была сильной и страстной, отвечая на каждое его движение с неожиданной для «любителя» уверенностью. Когда всё закончилось, она прижалась к нему, тяжело дыша. — Видишь? Я же говорила. Ник поцеловал её. — Я и не сомневался, Стефани. У тебя есть какое-нибудь другое имя? Это слишком длинное для таких моментов. — Тебе не нравится? В детстве меня называли Стеффи, но это звучит по-детски. — Пожалуй, останусь при Стефани. Или придумаю тебе прозвище. Он поднялся с кровати. — Куда ты? — Узнать насчет твоей комнаты. — Но я думала... — Прости, детка, — он взял трубку телефона. — Мне бы хотелось оставить тебя здесь, но это слишком опасно. Для тебя же.

— Анри, это мистер Стюарт. — Ах, мсье! Как прошел вечер? — голос портье сочился двусмысленностью. — Превосходно, Анри. И ужин, и завтрак — выше всяких похвал. Вы уже подготовили комнату для моей... знакомой? — Сейчас там заканчивают уборку. — Вам нужно имя для реестра. Записывайте: Уильямс, К. Уильямс. — Кей? — уточнил Анри. — Это инициал. Зовите её Кит. Кит Уильямс. — Странное имя. Очень по-американски, не так ли? — Именно. Позвоните, когда всё будет готово.

Стефани дождалась, пока он повесит трубку. — Кит? — Кит, Китти... какая разница. Просто имя для документов. И имя, которым я буду тебя называть. Она надела халат и скрылась в ванной, чтобы одеться. Ник смотрел ей вслед. Она была слишком хороша в постели. И её поведение резко менялось, стоило ему заговорить по телефону. В голову закралась неприятная мысль: а что, если она вовсе не та, за кого себя выдает?

— Твой номер готов, Китти, — сказал он, когда она вышла —